Читать книгу - "Первый новой ветви - Юджин Никитин"

Из ранее оговоренного им оставалось сделать всего два небольших дела. Посетить с новыми бумагами отделение банка, чтобы переоформить счёт Алексея, уже без обременения поручителя, для полного распоряжения оным. И посетить этого самого поручителя, кто с докладом о проделанной работе, как Кольцов, а кто и с беседой о предстоящих действиях, как Алексей. Время перевалило уже за три часа по полудни, и с учётом предстоящих мероприятий, думать о возвращении в Буй сегодня смысла уже не было. Охрану сейчас осуществлял Кольцов, поэтому представителя жандармов сейчас с ним не было. А вот за пределы Костромы ему уже требуется убывать, не только предупредив жандармов, но и обязательно в их сопровождении. Урядник, что погиб во время засады совершенной Новиковым, изначально должен был сопровождать его и на обратном пути тоже, так что теперь ему должны были выделить нового сопровождающего, а в свете всего с ним происходящего как бы и не одного. Но это уже откровенно говоря не его головная боль, так что думать о жандармском сопровождении Алексей долго не стал. Смысла думать и ломать голову из-за того на что не можешь повлиять, не было по определению.

Визит в банк прошел не в пример глаже и проще чем начало визита в Дворянское собрание. Вежливые улыбки, обходительные манеры и быстрое обслуживание, вот, наверное, и всё что можно было сказать о тех тридцати с небольшим, минутах, что они с поверенным провели в отделении банка. Переоформление счёта с предоставлением именной чековой книжки, выпитая чашечка кофе, принесенная услужливым сотрудником, и снятые со счёта триста рублей на непредвиденные расходы, не заняло долгого времени. А рассиживаться им самим, и наслаждаться сибаритской атмосферой не было никакого резона. Деньги Алексей снял со счёта после недолгого обдумывания и преодоления небольших сомнений. Кубышку, теперь уже после небольшого снятия наличных, из трёх тысяч семисот рублей лишний раз трогать не хотелось, оставляя на возможные трудные времена, но форс-мажоры могли случится в любой момент, так что пришлось тем самым подготовится к возможным неприятностям и расходам.

На самом деле, лично для себя, для собственных расходов, Алексей снял всего две сотни. Сто рублей после небольших колебаний он решил пожертвовать семье погибшего вчера жандармского урядника. Не сказать, что он испытывал чувство вины за то, что при его сопровождении погиб жандарм, это была вина тех, кто напал на них, да и урядник был при исполнении, знал изначально на что шёл, когда начинал служить в этом ведомстве. Но поступить именно так, Алексею показалось правильно, по-человечески. Это сейчас, когда во внутреннем кармане покоится чековая книжка и одним пером можно выписать получение тысяч рублей, всё вокруг кажется белым и пушистым. А вот на самом деле, для семьи жандарма, получавшего месячное жалование рублей так в тридцать, те же сто рублей точно будут серьезным подспорьем в такой тяжелый жизненный момент.

И дойную корову, рублей за шестьдесят — семьдесят можно купить, и ещё обуть, одеть семью хватит. Благо та же рубаха обойдется рубля в три, сапоги яловые в пять, ну и мало ли что захотят прикупить по мелочи. А корова на деревне, это вообще спасительница и кормилица — опора семьи в любое время. Ну а пенсия по потери кормильца, что предоставит государство будет уже идти на повседневные расходы. Так что сделанным Алексей был доволен, и о переданных им Кольцову ста рублях, с просьбой обеспечить их получение семьей погибшего урядника не жалел. Да и молчаливое одобрение от Макара Андреевича получил, судя по его выражению лица при передаче денег.

Завершился полный событий и переживаний день в кабинете Данилова, куда уже ближе к пяти часам вечера, под начинавшее уходить за горизонт солнце, они наконец-то попали. И если в самом начале доклада Кольцова, начавшегося после приветствий и того как они расселись по креслам, лицо Данилова хмурилось, особенно когда он услышал о встрече и самое главное, обещаниях Григория Дмитриевича о завтрашних проблемах. То вот дальше, по мере рассказа его брови поднимались всё выше и выше, а взгляд, совершенно изумленный, метался между поверенным и уже теперь Алексеем Николаевичем Белодревовым. Он порывался даже пару раз вскочить, но смог удержаться и оставаясь на месте, дослушать до конца. И только тогда резко встав он шагнул к так же поднявшемуся Алексею и схватив парня за плечи, недоверчиво качая головой смог выдать своё резюме услышанному.

— Ну Алексей Николаевич, ну удивил. Ну молодец. — при этом нещадно тряся того за плечи.

Алексею лишь оставалось в роли трясущейся куклы, переглядываться с наблюдавшим за этой картиной неожиданно восторженного начальника, с лёгкой удивленной улыбкой Кольцовым. Наконец, по прошествии долгой минуты напор Данилова спал, и они снова расселись в кресла.

— Значит дядюшка ваш был уверен в том, что завтра решение об опеке в Дворянском собрании будет точно и безапелляционно в его пользу? — задал неожиданный вопрос Данилов, как только все расселись.

— По крайней мере говорил он об этом очень уверенно. Как о свершившемся факте Александр Сергеевич. — осторожно подтвердил его вывод Алексей.

— Интересно, крайне интересно — проговорил, задумавшись Данилов, постукивая пальцами по подлокотнику своего кресла. — Я завтра к моему сожалению это событие пропущу. А вот Дмитрий Андреевич там однозначно будет. Пожалуй, я ему сейчас даже завидую. Зрелище обещает быть очень интересным.

— Ну в моем понимании оно будет просто эпическим. — усмехнулся Алексей — думаю дядюшка может и не пережить завтрашний день. Удар получит по самолюбию страшный, главное, чтобы сердечко его выдержало.

— Ну да, ну да. — уже себе больше под нос, чем к собеседникам пробормотал Данилов, а затем вскинувшись, повернулся к Кольцову. — Макар Андреевич, вы и так уже конечно сегодня времени и сил потратили немало на сопровождение Алексея Николаевича, но я попрошу вас и завтра сопроводить его.

— Ничего против не имею Александр Сергеевич. Признаюсь, мне и самому неймется посмотреть на то что завтра будет с его родственником. Слишком он сегодня был напорист и не сдержан. Правда, как только Алексей Николаевич пригрозил ему, напор этот спал до самого дна.

— Ну раз так, то и замечательно. Задерживать вас не буду, понимаю день был тяжелый и всем требуется отдых. С вами Алексей Николаевич мы всё обсудили ещё вчера. По сути своей ничего не меняется у нас, да и сначала надо чтобы решение об опеке прошло так или иначе. — Данилов усмехнулся собственным мыслям — Ну а как пройдет, тогда уже и посмотрим. Вы сегодня оставайтесь так же в гостинице. Макар Андреевич,