Читать книгу - "Проклятье Мидаса - Михаил Француз"

Я встал, собрался и вышел на пробежку. Всё равно, делать было больше нечего, пока курьер не придёт, а пробежка — это святое.

Меня зовут Ким И Ван. И (이) – как 義 («справедливость», «долг», «верность»), Ван (왕) как 王 — «король», «правитель», «владыка».

Такое вот имечко дали мне родители. Мощное, необычное, выделяющееся, «статусное», со смыслом. Имя, которое просто не может оставаться незамеченным в совершенно любом коллективе. Удружила маманя… Такое имя, и к нему фамилия Ким. В Корее, иметь фамилию Ким, всё равно, что не иметь фамилии вовсе. Процентов тридцать всех корейцев — Кимы. Ещё процентов пятнадцать — Паки. И десяток процентов — Ли. Всё вместе — больше половины населения страны.

Всё равно, как в Германии — фамилия Мюллер, в Англии — Смит, а в России — Иванов, Петров, Попов, Кузнецов…

Для меня же лично, это имя… оно, как отсылка… отсылка к моей прошлой жизни. И Ван…

Вообще-то, я — попаданец, как это, наверное, уже очевидно по моему… не совсем корейскому менталитету, отношению к жизни, по построению фраз, отсылкам и употребляемым фразеологизмам.

Точнее — перерожденец. Свою прошлую жизнь вспоминать я постепенно начал где-то лет с пяти, наверное. И, слава Творцу, что не раньше! Лежать в кроватке, не имея ни сил, ни возможности даже голову собственную поднять, не понимать того, что говорят окружающие люди, не быть в состоянии кому-то что-то сказать самому, гадить под себя и лежать в этом, пока кто-то извне не соблаговолит подойти и помыть тебя… подобную пытку разум взрослого человека вряд ли смог бы перенести без самых серьёзных последствий для своего психического здоровья. А она ведь не день и не два длится, а месяцы и даже годы… брр! Только подумаю о таком, как сразу же в дрожь бросает. Так что, слава Творцу, сознание моего прошлого, взрослого «я», начало пробуждаться только лет в пять.

Хотя, возможно, что и раньше, возможно, что от самого рождения, только, как я уже и говорил, оно не смогло выдержать давления безжалостной действительности и предпочло снова уснуть до более благоприятных внешних обстоятельств.

Возможно, из-за этого, возможно, из-за чего-то другого, но воспоминания о прошлой жизни у меня довольно нечёткие. Что-то помню очень хорошо, что-то похуже, а чего-то не помню совсем. К примеру, смерть свою не помню совершенно, словно и не умирал вовсе. Ещё… родителей и семью свои прежние не помню, как ни стараюсь вспомнить. Даже сказать не могу точно: был ли женат, имелись ли дети? Ничего, что с этим связано, совершенно не помню.

Зато, отлично помню свои музыкальные вкусы с предпочтениями, учёбу в школе и в институте, службу в Российской армии, немножко войну… работу в одном месте, работу в другом, хобби, книги, которые читал, друзей, с которыми развела жизнь. И ещё множество всяких незначащих мелочей.

Перерожденец. Не сказал бы, что это дало такое уж мощное конкурентное преимущество в жизни этой. Всё ж, корейское детство очень сильно отличается от детства советско-российского. Тут на мою долю не выпало «девяностых» с их разрухой, ужасами и возможностями, крахом одной великой страны и мучительным, в крови и пороховом дыме, рождением другой. Здесь не было этого всеобъемлющего духа тотального недоверия к властям и привычки во всём надеяться только на себя и свои силы, любые проблемы пытаться решить на своём уровне, не привлекая к ним какие бы то ни было органы государства. Решать, в основном… насилием.

Однако, здесь была своя специфика, свой дух, своя страсть и свой идол: успех и образование. Точнее, даже, сначала образование, а потом успех. И мерило всего — деньги. У кого больше денег, тот и прав. Не то, чтобы такого принципа не было в России девяностых, нулевых и десятых годов, но не в таком гипертрофированном виде, как здесь. Не в таком, доведённом до абсолюта. Всё ж, там самой злой и сильной бандой было государство — его боялись даже «олигархи», ведь помножить на ноль могли любого из них, если что. А здесь… сажают президентов, а не чеболей. И я серьёзно: в Южной Корее, на моей памяти, не было ещё ни одного президента, который бы не закончил свою политическую карьеру в тюрьме. Притом, что чеболи свои конгломераты и капиталы передают по наследству из поколения в поколение. Люди не слепые, и они делают выводы. Так что, да: власть денег, культ образования и успешного успеха… а также, самый высокий в мире процент самоубийств при самом низком индексе рождаемости.

Всё это общие, отвлечённо- философские рассуждения. На практике же… здешняя школа — это ад. Мне, в прошлой жизни, в институте не приходилось столько зубрить и заучивать, сколько здесь младшеклассники учат и зазубривают. Постоянное культивирование конкуренции, бесконечные тесты и рейтинги успеваемости, экзамены основные, экзамены промежуточные, тесты на допуск к промежуточным экзаменам, мониторинг посещаемости, оценка прилежания, внеклассная работа, дежурства по классам и по школе, дисциплинарный комитет, школьное самоуправление… Сунын…

Последний — это нечто, вовсе не имеющее аналогов ни в Союзе, не в России. РФ, конечно, попыталась сделать что-то хоть сколько-то похожее, введя этот всеми поругаемый ЕГЭ, но у неё, всё равно, не получилось даже слегка приблизиться к ужасу этого слова — менталитет не позволил: ведь «строгость Российских законов компенсируется необязательностью их исполнения». А здесь… Достаточно только сказать, что в день проведения экзамена даже самолёты не взлетают и не садятся, только чтобы случайно не помешать проведению аудирования по английскому языку, сам экзамен длится восемь часов, а пик молодёжных самоубийств приходится на неделю после даты проведения Сунын. Дети на полном серьёзе решают свести счёты с жизнью, всего лишь заподозрив, что плохо сдали этот, самый главный в их жизни одновременно выпускной и вступительный экзамен, который определяет: поступят они в колледж или не поступят. При здешнем культе образования, последнее равносильно постановке большого жирного креста на всём их будущем. Полный крах всех надежд на хорошую работу, большую зарплату и успешную карьеру.

И то, что я не только окончил школу в прошлой жизни с медалью, но и получил два с половиной высших образования, нисколько мне не помогло в жизни этой. Слишком сильно отличалась учебная программа. Слишком много всего учить, заучивать и зубрить надо.

Однако, само наличие взрослого сознания, умения учиться и… дикая стрессоустойчивость старого сержанта, самим своим наличием давали мне возможность… хотя бы не отстать от остальных.

В результате, этот самый Сунын я умудрился сдать на очень хороший