Читать книгу - "Архивраг - Константин Сергеевич Стригунов"

кабинете можно было не опасаться, что абсолютно закрытые сведения станут достоянием тех, кому не положено знать о таких вещах. Клюев с Селезневым расселись в удобных креслах, стоявших перед массивным рабочим столом начальника военной разведки России. Сам же Остапов что-то читал в докладной записке, принесенной четвертью часом ранее дежурным офицером. Он поправил очки, почесал нос и лишь затем отложил документ в сторону на стол, но сам так и не сел.

- Что ж, товарищи генералы, пора нам кое-что обсудить. Николай Федорович, хочу поблагодарить вас за работу - ваши коррективы в донесение, которое СВР передало американцам через свои каналы были высоко оценены нашими коллегами из Ясенево.

- Рад помочь, - скромно ответил Селезнев. - Но меня сейчас беспокоит другое.

- Понимаю, - сказал Остапов, - но пока никаких сведений от группы "Миротворец" не поступало, все каналы молчат, как воды в рот набрали. - Он сделал глубокий вдох и покачал головой. - Вероятней всего, группа выполнила миссию, но ценой своей жизни. Считаю логичным придерживаться именно такой версии до тех пор, пока не будет доказано обратное.

- Поддерживаю, - задумчиво сказал Селезнев и сложил руки на груди. - Вы думаете, в этих условиях стоит начать реализовывать наш План?

Остапов метнул взгляд в Селезнева и, не выходя из своих мыслей, ответил:

- Мы должны попробовать.

Затем начальник ГРУ подошел к сейфу и достал оттуда свой личный защищенный мобильный комплекс связи, представлявший собой с виду увесистый чемодан прямоугольной формы, приблизительно полметра в длину и весьма напоминал защищенный ноутбук, только чуть больших размеров. Поставив чемодан на стол, Остапов открыл его, и на экране высветилась эмблема ГРУ - знаменитая красная гвоздика на щите с трехпламенной гренадой, сменившаяся полем для ввода пароля, который Остапов знал наизусть и нигде не записывал. Введя известную ему комбинацию букв и цифр, он вошел в программу, которая автоматически кодировала личным шифром начальника ГРУ текстовую информацию, причем вводимая информация уже представляла собой совершенно случайный набор символов и, не имея соответствующего ключа, никакая криптоатака не могла вскрыть содержание передаваемого сообщения. Последнее Остапов составил, как только пришла шифровка о регистрации сейсмоволн взрывной природы, чей эпицентр совпал с положением Альфа-источника. Набрав последовательность символов, он зашифровал сообщение и немедленно отправил его на спутник связи.

- Готово, - сказал он и закрыл чемодан. - Будем надеяться, что сработает.

Остальные согласно кивнули.

- Думаете, кто-нибудь из них выжил? - спросил Клюев, адресуя свой вопрос к обоим коллегам.

- Сейчас ни в чем нельзя быть уверенным, - констатировал Селезнев и выпрямился в кресле. Больше всего он ненавидел моменты подобного неведения, а Зона довольно часто вынуждала пребывать в столь некомфортном состоянии из-за сложностей, а порой и просто невозможности связаться с группой или агентами. Тогда шеф зонального управления внутри ГРУ не находил себе места в ожидании сеанса связи и наполнялся несказанной радостью пополам с облегчением, когда его люди выходили на связь, да еще сообщали о выполненном задании.

- Соглашусь с Николаем Федоровичем, - подтвердил Остапов, - нам остается только ждать. Кстати, меры в отношении родственников предприняты?

- Так точно, - ответил Селезнев. - Никаких подробностей, разумеется, мы сказать не можем, поэтому придется использовать стандартные отповеди - "погиб при исполнении служебного задания", и все такое в том же духе. В конце концов, их родные знали, что работа наших ребят, прямо скажем, крайне специфическая. Они даже не подозревают, в какой части света парни выполняют задание. Ну и ко всему здесь поможет закон о засекречивании потерь.

- Потери огромны, - мрачно заметил Клюев, - понадобятся годы, чтобы выйти на прежний уровень.

- К сожалению, это так, - вздохнул Селезнев. - Но в наших силах сделать все, чтобы их жертвы не были напрасными... Черт побери, как же так? Наши спецы отвели от страны самую чудовищную угрозу со времени нашествия Гитлера и возникновения самой Зоны, а об этом, без сомнения, подвиге будет знать лишь предельно узкий круг лиц! Я, конечно, все понимаю, но справедливость... Где она?

Генералы замолчали. Безусловно, ответить было что, однако эмоции Николая Селезнева другие присутствующие тоже разделяли, хотя и понимали неспособность изменить обстоятельства - таковы были правила игры. Селезнев встал и спросил:

- Разрешите, Кирилл Петрович? - в его глазах читалась усталость и груз ответственности за людей.

- Идите, Николай Федорович и отдохните. Много времени не обещаю, но пара часов у вас есть. Считайте это приказом.

- Спасибо, Кирилл Петрович, - произнес Селезнев. - Если...

- Если станет что-либо известно, то вы первый об этом узнаете лично от меня, - заверил начальник военной разведки.

Селезнев кивнул и молча покинул кабинет. Как только дверь захлопнулась, Остапов посмотрел на Клюева.

- Слышали о Харламове? - Клюев утвердительно кивнул. - Даю руку на отсечение - он и стоит за утечкой.

- Мерзавец, - поморщился Клюев. - Как часто я сожалею, что сейчас нет товарища Сталина. При нем бы эту скотину Харламова за такое расстреляли бы, как пить дать.

- Да, увы, государственного деятеля уровня Иосифа Виссарионовича сейчас нет, да и не вижу, чтобы имелись предпосылки к его появлению. Хотя здесь я очень надеюсь ошибиться.

- Значит, все же надежды на справедливость - не глупые мечты старых разведчиков-идеалистов, подобно нам с вами, Кирилл Петрович?

Сейчас взгляд Клюева был серьезным и начальник ГРУ улыбнулся в ответ, но его следующие слова были предельно искренними.

- Как хочется, чтобы эти надежды действительно не были пустыми. Во всяком случае, я в это верю.

Телеканал "Си-Эн-Эн"

 "...информацию из Белого дома прокомментировал наш постоянный политический обозреватель Джонатан Тейлор. По его словам, сообщение о готовности президента Дэмпси изменить свою позицию по назревающей войне против Ирана может быть связано с попыткой переманить часть, так называемых, колеблющихся избирателей, которые пока еще не решили, кому из кандидатов им стоит отдать свой голос. Некоторые из этих людей симпатизируют Дэмпси, но против его воинственной риторики, которую считают навязанной ему военно-промышленным комплексом и разведывательным сообществом. Если президент все же пойдет на такой шаг, то среди американского истеблишмента будет много недовольных столь резким разворотом линии президента, но, безусловно, такое заявление станет сенсацией номер один накануне выборов на самый главный пост в стране..."

Агентство "Блумберг"

"...как заявил, премьер-министр Израиля Ицхак Шарет: "Сообщения из Белого дома нас все больше настораживают [...] Отказ Вашингтона от начала военной компании против Ирана означает