Читать книгу - "Билоны - Кин Джаферд"

Мысленно вернувшись к наглухо запертому в своем разуме совету, Дьявол подумал: «Важно, чтобы Грифон осознал это сам. Нельзя допустить, чтобы он начал преждевременно долбить пролом, уводящий от влияния на его разум силы, не имеющей отношения к антимиру». Гений порока очередной раз проверил, находятся ли Фош и соратники в неведении о его мыслях. Убедился в отсутствии причин для беспокойства. Ему оставалось связать свой совет с вытекающим из него способом недопущения зверь-птицей ошибки и… И можно будет спокойно дожидаться развязки, в которой по его плану должны неизбежно сойтись скрытый в Грифоне сколок царствующего разума антимира и представленный в НЕЧТО САМ. Он решил как можно скорее приблизить к себе прелесть предвкушаемого им спокойствия. «Правда, перед этим, — напомнил себе великий гордец, как бы укоряя себя за столь длительный уход в бурлящие в нем размышления, — неплохо было бы сказать несколько ободряющих слов соратникам. Пожалуй, сейчас и скажу…»

Его желание опередил раздавшийся сзади вздох, похожий на идущее впереди огромной снежной лавины раскатистое эхо. Эффект был столь мощный, что Дьяволу не удалось развернуться к соратникам. Наоборот, он был вдавлен волной ударившего сзади вздоха в проем главных ворот антимира. В эту минуту через них он мог видеть только то, что было впереди, то есть — Землю, и именно ту ее часть, где должен был топтаться на месте оставленный разумом хозяина «выбор всех». Должен был… Дьяволу сразу стала понятна неожиданность, столь ярко выраженной эмоции соратников. Фоша на месте не было.

Звероподобный разум, вытянувшись в бурорыжую стрелу, с каждым прыжком набирая стремительность темпа, удалялся от своего укрытия. Дьявол почувствовал, как со спины его уколол ропот соратников. Фош бежал к людям. Не к кому попадя, а к тем, которые сгрудились около невзрачной пещеры-хижины, бедность которой была естественна для всех, кто считал счастьем посвятить и отдать свою жизнь Богу. Дьявол разом отделил себя от удивления, окружающих его рабов зла. Он-то понял, что Фош пошел путем, выбрать который можно было, осознав совет хозяина. Но кто помог ему в этом? Вопрос, который не требовал ответа. Фоша безостановочно волей неведомых ему сил гнали к месту, где в шуме голосов, собравшихся у входа в пещеру людей, отчетливо слышалось: «Покажите нам пришедшего Спасителя!» На эти голоса шел Грифон, они приковали к себе разум Дьявола, к ним повернулось внимание соратников.

Антимиру открылось: да, здесь бьется сердце СОБЫТИЯ. Оставалось выяснить, кому принадлежит это сердце и сможет ли Фош по команде хозяина его разорвать.

Все правильно придумал за Фоша тот, кто сделал его «выбором всех». Зверь-птице необходимо было неукоснительно следовать всему важному в предначертании хозяина, оставив для свободных вариаций все несущественное. Не учел Дьявол на первый взгляд совсем незначительный штрих. Самое важное задумано было им в антимире, а признать его необходимым предстояло на Земле Грифону — не более чем сколку с самого могущественного разума царства истины зла. Однако на Земле самое важное не всегда становится самым необходимым. Особенно, если наиболее важное приходило с небес, а необходимое совершалось там, где Создатель назначил властвовать над миром человека.

Вот это «не всегда» и случилось. Произошло то, что, по расчетам Дьявола, произойти могло, но не должно. Фош, получивший вместо ответа на просьбу о поддержке намек хозяина на включение людей в причину, фактор и следствие СОБЫТИЯ, по-своему истолковал необходимость своих предстоящих свершений. Он выбрал для себя ту очевидность необходимости, которая оказалась наиболее неприятной для Дьявола. Винить в этом хозяину Фоша было некого, кроме собственного Я. Его прихоть вынудила признать Грифона, что на Земле еще остались люди, которые во всем руководствуются волей Бога. В них олицетворяло себя добро. Пусть не полностью, пусть небольшой частью, но зато открыто, с искренним презрением зла и всего обольщенного им человечества. Согласившись, Фош сделал для себя вывод, что именно этим людям СОБЫТИЕ раскроет свое предназначение. А дальше необходимость действий вырвалась из разума сама собой. Его неудержимо понесло к этим людям, потому что только с ними он мог, накрытый их добром, добраться до сердца СОБЫТИЯ.

В этот момент антимир и увидел Фоша. Соратники с удивлением, а Дьявол с досадой, так как поставил на совершенно другой вариант. Он рассчитывал, что Грифон подчинит выбор пути к СОБЫТИЮ разуму, который пришел на Землю под личиной НЕЧТО. Только этот выбор должен был стать для льва-орла очевидной необходимостью.

Толкая Фоша во власть НЕЧТО, Дьявол сознательно провоцировал их неизбежный, как он полагал, конфликт. Ему не нужен был конфликт интересов. Ему хотелось яркого, взрывного конфликта разумов. Властитель антимира не допускал мысли (иначе все его расчеты не стоили посредственности самого серого интеллекта людей), что СОБЫТИЕ — не порождение разума Создателя, а НЕЧТО — не одна из принятых САМИМ форм. Ни в каком другом случае он бы никогда не пошел на то, чтобы ушедший от него на Землю, как Грифон, посланец унес с собой частицу разума, который САМ, достанься ЕМУ душа Дьявола, с огромным удовольствием превратил бы в «ничто» небытия. Воплощенному в изгое Божьего Дома злу предстояло спустя миллиарды лет после восстания вновь столкнуть величайшие разумы Вселенной. Со стороны антимира — часть этого разума, а со стороны реального бытия — одну из возможных форм явления САМОГО СВОИМ твореньям. Столкнуться они должны были не в вотчине Создателя, а на Земле, скрывая себя в этом столкновении как единое осязаемое целое.

Никаких иных вариантов, раскрывающих смысл начавшегося в мире человека СОБЫТИЯ, Дьявол не допускал. Он поставил на взрыв конфликта зла и добра, неизбежную вероятность которого рассчитал его разум. Ему абсолютно не нужна была победа в этом конфликте. Он без сожаления, потому что сознательно, жертвовал этому конфликту частицу своего естества. И все ради того, чтобы узнать главное средство, которое будет использовано добром для победы над злом. «Вот тогда, — рассудил Дьявол, — Я смогу развернуть все могущество моего разума для уничтожения, принесенного СОБЫТИЕМ НЕЧТО».

При этом его совершенно не смутило, что он заранее определил в НЕЧТО, пришедшего к людям Создателя. Не важно, в какой форме. Важно, что эту форму ему необходимо будет истребить. А там… «Там, — сказал своему разуму властелин антимира тоном, утверждающим, что так и случится, — окончательно избавимся от необходимости существования самого содержания».

Ничто не должно было помешать претворению задуманного Дьяволом в ожидаемый им результат. Разве что только САМ, ломая все расчеты своего бывшего любимца, заблокирует любое движение зла по Земле и Вселенной на период захвата СОБЫТИЕМ разума человечества.

Дьявола полностью устраивал и этот исход дела. Он даже считал его лучшим из возможных. Не люди, а все-таки, САМ лично будет вынужден использовать свое могущество, чтобы расправиться на Земле со злом, давшим человеку счастье порочных удовольствий в обмен на его душу. Утратив силу, приманивающую к себе человечество, добро оказалось не в состоянии без помощи САМОГО открыто противостоять злу. Таким образом, оно отрицает себя как истину. «Не может, — убеждал Дьявола разум, — считаться истиной то, что постоянно ищет опору в ее создателе. Истину не вколачивают в разум, — менторствовал он, — она его завоевывает самостоятельно».