Читать книгу - "Фантастика 2026-46 - Галина Дмитриевна Гончарова"

Ну конечно. Она напоминала Двуликую Башню, ту самую, после которой я попал в Храм Темной Луны, а оттуда — прямиком в ад. Многие башни похожи как две капли воды? Возможно, да только эта цитадель одним своим видом внушала такое же безмолвное предостережение, какое распространяла вокруг себя Двуликая Башня — до того, как ударная группа готландцев, в составе которой находился и я, взяла ее штурмом.

На всякий случая я проверил, хорошо ли выходят мечи из ножен. Вход в башню обнаружился быстро: в восточной стене был дверной проем, а разбитая в щепки дверь валялась рядом. Я присмотрелся к обломкам. Ничего себе! Удар такой силы мог нанести лишь Ангус со своим Сокрушителем Скал — как иначе можно расколотить толстенные, обитые бронзовыми листами доски из мореного дуба, да еще и разорвать удерживавший двери железный засов двухдюймовой толщины?!

Нет, не то чтобы иных способов не существовало: я вспомнил один старый рассказ о маге-вестерлинге, развлекавшемся подобными подвигами во время Войны Трех Властителей (то было лет четыреста-пятьсот назад, когда Мерлин, Оберик и Фрейя не могли поделить между собой северо-западную часть Джангара). Но использовать мощнейшее заклятье для того, чтобы сокрушить дверь, — нет, поверить в такую глупость я не мог.

Впрочем, не все ли равно, как была разрушена преграда. Главное, что разрушили ее ИЗНУТРИ (дверь в Двуликой Башне открывалась внутрь, с какой бы стороны мира в нее ни входили). Это значит, что в наш мир проникло Нечто Извне.

Сформулировав мысль таким образом, я поежился. Кое-что о Тварях Внешних Миров я знал и раньше, однако общение с Черным Странником сделало меня почти знатоком в некоторых вопросах. В частности, я помнил большую часть его «Справочника Истребителя Нечисти», полностью аналогичного готландскому манускрипту с тем же наименованием. Как явствовало уже из названия, в сем «священном списке» размещались все создания, с которыми когда-либо приходилось иметь дело Истребителям Нечисти. Да только список Черного Странника был раз этак в двадцать длиннее…

Положив правую руку на рукоять меча, я не почувствовал обычного прилива уверенности. Наоборот, воображение тут же подсказало картинку из того же «Справочника», подставив меня на место Истребителя, которого доедала какая-то тварь, родившаяся (надеюсь!) исключительно в пьяном кошмаре художника.

Тигр внутри меня издевательски заурчал. Допрыгался, мол, теперь уже в каждом камне видит жертву василиска!

Вымученно улыбнувшись, я согласился с такой постановкой вопроса и попросил Тигра определить местонахождение Твари поточнее.

«Она здесь, — подтвердил он мои опасения, — и весьма проголодалась. Скоро… берегись!»

Предостережение оказалось излишним: одного вида этого существа хватило, чтобы я совершил прыжок, какой не всякому тигру под силу. Вцепившись в карниз окна второго этажа, я подтянулся и, удостоверившись в прочности опоры, влез на подоконник. С двадцатипятифутовой высоты тварь выглядела несравненно более приятно — теперь я мог оценить по отдельности болтавшиеся на тонких стебельках фиолетовые пузырчатые глаза размером с дыню, синее крабье туловище, оснащенное вдобавок спиральным скорпионьим жалом, многочисленные суставчатые конечности и пять пар колоссальных клешней плюс здоровенный клюв наподобие черепашьего. Н-да, подумал я, допиться до такого состояния не смог бы ни один художник.

Лишившись завтрака, тварь издала раздраженное сопение и бешенно завертела глазами. Вскоре ее голодный взор отыскал меня, и скорпионий хвост тут же ударил в стену рядом с моим окном, промахнувшись всего на полфута. Меня отбросило назад, и я с ужасом понял, что перекрытий между этажами в этой цитадели давно уже нет…

Сгруппировавшись, я превратил падение в прыжок и приземлился на ноги. Но это было единственным плюсом в данной ситуации, поскольку тварь уже заполнила собой дверной проем и приготовилась начать охоту. Я обнажил мечи, вполне сознавая, что особого толку от этого не будет. Даже при поддержке Тигра.

Метаясь вокруг существа на предельной скорости, я несколько раз все-таки ранил его, ухитряясь при этом пропускать клешни и хвост мимо себя. Собственно, выбора тут и не было: один скользящий удар этой твари — и имя Йохана Неукротимого спокойно можно будет добавить к неимоверно длинному списку Истребленных Нечистью.

Перекатываясь через клешню, я уклонился от второй и рубанул по третьей, что тут же отбросило меня влево, дав четвертой клешне и хвосту возможность проскользнуть в стороне. Вспрыгнув на подымающуюся конечность, я вмиг оказался на голове твари (до сих пор не понимаю, каким чудом мне это удалось) и полоснул зажатым в левой руке мифриловым клинком по глазному стеблю. В следующее мгновение тварь ослепла полностью.

«Отлично, — одобрил Тигр, — теперь заканчивай работу».

Перехватив адаманитовый меч обеими руками, я принялся за дело. Панцирь существа оказался таким прочным, что свободно рассекавший стальные пластины клинок едва прорезал его. Но упорство победило и на этот раз.

Когда я наконец отошел прочь, темная кровь и вязкая слизь покрывали меня с ног до головы. Меня едва хватило на то, чтобы дойти до берега, стащить доспехи и уронить их в морскую воду — вместе с оружием, которое было не чище меня самого. Холодная вода придала мне достаточно сил для того, чтобы я смог немного почиститься сам и смыть грязь с брони и клинков. Вытащив их на берег, я плюхнулся на камни и отключился.

Заходящее солнце было необычайно ярким: его косые лучи как будто нарочно били мне в глаза. Послав в адрес ни в чем не повинного светила пару безмолвных проклятий, я встал и натянул броню сидхе, по-прежнему лежавшую рядом со мной.

Зачем? Ту тварь я, конечно, пришил, но где гарантия, что где-то поблизости не шляется еще одна такая же…

Тут я пожал плечами. Нет, то существо было единственным на этом островке, иначе мне бы не удалось проснуться живым. И все же это еще не говорило о том, что тем же путем сюда не сможет проникнуть следующая тварь Извне. А значит, угрюмо заключил я, мне надлежит закрыть этот путь — мне, ибо никого больше здесь нет. И черт меня побери, если я понимаю, как это делается.

Тем не менее я направился к цитадели. Останки твари разложились чрезвычайно быстро, даже от несокрушимого панциря осталась только мутная слизь; однако ожидаемого зловония совершенно не было. Что ж, ведь жизнь не может состоять из одних минусов!

Внутренность башни оказалась столь же проста, сколь и необычна. Грязно-белые стены поднимались футов на восемьдесят, немного сходясь к вершине; на разной высоте в них были пробиты несколько узких окон, однако, судя по всему, никаких перекрытий между этажами здесь никогда не существовало (как,