Читать книгу - "Космическая тетушка - Елена Хаецкая"

– Кнопкой не прикрыли, – вздохнул он, вручая катушку капитану. – Наперсток бы, что ли, – уколетесь.

Бугго намотала на указательный палец платок и стала ждать.

В окне рубки на несколько секунд возникла глухая темнота, потом протянулись в ряд пляшущие огни – свет в иллюминаторах чужого корабля. Он был намного больше «Ласточки» и вскоре заслонил от Бугго весь остальной мир.

Корпус «Ласточки» вздрогнул от сильного, но мягкого толчка.

– Стыковка, – зашептал Антиквар, бегая блестящими глазами конокрада.

Бугго перевела взгляд на Хугебурку. Старший офицер безмолвно шевелил губами – отсчитывал секунды. Потом опустил веки и кивнул. Бугго плавно надавила на кнопку. Острый штырь прошел сквозь несколько слоев ткани и куснул палец капитана. «Ласточку» толкнуло еще несколько раз, но несильно, – так детеныш косули подталкивает мать под вымя. Огни на чужом корабле разом моргнули от удивления, а потом отчаянно замигали – там поднялась тревога. Еще несколько толчков, посильнее, заставили «Ласточку» заскрипеть – звук был тихий, но нехороший. Потом в кубрике что-то с грохотом обрушилось, и все стихло. Иллюминаторы чужого корабля горели мертво и ярко, на бортовом компьютере «Ласточки» мигала зеленая надпись «Стыковка завершена». Из кессона не доносилось ни звука.

– Что теперь? – спросила Бугго.

Хугебурка пожал плечами.

– Подождем.

Они подождали. Охта Малек бродил по рубке, любовно прикасаясь к приборам, Бугго пережевывала какие-то неоформленные мысли. Антиквар украдкой просматривал журнал «Синие девочки, мохнатые мальчики, выпуск 6: Озорства на пульте слежения авиалиний».

Время никуда не спешило. Оно изливалось из небесного сосуда с полным пренебрежением к страхам и нетерпению людей. Хугебурка думал о Бугго: понимает ли она, что только что обрекла на мучительную смерть более двух десятков человек? Все-таки Бугго Анео – молодая женщина…

Но Бугго, как выяснилось, прекрасно все понимала.

– Где противогазы? – осведомилась она – как показалось Хугебурке, мстительно.

Антиквар вздрогнул, выключил и закрыл планшетку.

– У входа в рубку.

– На тот случай, если герметизация «Ласточки» по какой-либо причине окажется неполной, – пояснил Хугебурка. – Чтобы принять мгновенные меры.

– Насколько я помню, – сказала Бугго, – нервно-паралитический газ не обладает запахом. Присутствие нервно-паралитического газа определяется только по его действию.

Она не могла этого «помнить» – штурманы торгового флота не изучают подобные вещи. Скорее всего, вычитала в справочнике. Бугго чрезвычайно ценила справочники и умела ими пользоваться.

Хугебурка ловким жестом извлек из рукава короткий металлический жезл со светящейся вертикальной шкалой. Сейчас вся шкала была однородной, тускло-желтоватой.

Бугго протянула руку.

– Индикатор? Так вот на какие штуки вы тратите свою долю от прибыли?

– Полезная вещь, – сказал Хугебурка. – В нашем быту незаменимая.

– Как и противогазы, – добавила Бугго. – Принесите их, пожалуйста, господин Калмине. Пора посмотреть, как развивались события в кессоне.

Хугебурка переглянулся с Антикваром, но ни один не решился возражать. В конце концов, Бугго – капитан. Она знает, что ей делать на своем корабле.

* * *

Они были мертвы, но все равно выглядели опасными – чужие, с оружием. Как и говорил Хугебурка, около двух десятков. Больше половины их лежали в кессоне. Бугго смотрела на погибших сквозь тонкий стеклопластик противогаза – слегка искажающий, как бы сужающий картинку, – на застывшие руки в перчатках, прильнувшие к оружию: каждый палец знает свое место среди курков, кнопок и впадин автоматического пистолета с четырьмя различными режимами поражения.

Лица этих незнакомых людей ничего не говорили Бугго, но руки – едва ли не все. Хозяйские, самоуверенные руки. Она почти въяве ощущала на себе их прикосновения: умелые тычки в шею – руки, привыкшие подгонять пленных; равнодушное похлопывание ладоней по переборкам «Ласточки», которую они собирались взорвать, – руки, привыкшие забирать чужое. Среди погибших находился и тот, что отдавал приказания по стереовизору, но Бугго не узнала бы его, даже если бы и захотела.

– Соберите все тела в транспортном отсеке, – приказала Бугго своим. – Господин Хугебурка, как быстро разлагается этот газ в присутствии кислорода?

– Приблизительно за шесть часов, – ответил Хугебурка, поглядывая на свой индикатор. – Плюс-минус.

– Захватите оружие, – добавила Бугго. – Вдруг кто-то из них еще жив и тайно кашляет где-нибудь под столом на камбузе.

– Маловероятно, – сказал Хугебурка, морща лоб под противогазом.

– А вдруг? – возразила Бугго и тряхнула головой. Хугебурке вдруг подумалось, что в детстве она носила на макушке большой бант или искусственный цветок. Он вздохнул. В противогазе что-то отозвалось противным, глухим бульканьем.

– И что тогда делать, если найдем живых? – уточнил Калмине на всякий случай.

– Что сердце подскажет, – ответила капитан безжалостно.

Когда спустя шесть часов индикатор погас, Бугго со своим экипажем снова явилась в транспортный отсек.

– Они даже не позаботились принять меры предосторожности, – говорила она, оглядывая тела. – Так и ворвались к нам с оружием наперевес. Как будто это мы дураки, а не они.

Погибшие лежали в ряд, как бревна, с пистолетами в крепко стиснутых, сведенных судорогой пальцах. На их обнаженных зубах засохла желтоватая пена.

– Почему? – спросила Бугго. Как будто нуждалась в их ответе.

Все молчали. Со стороны казалось, что Бугго принимает очень странный парад: два десятка здоровенных мужчин, плечом к плечу, вытянувшись, опрокинулись перед командиром ровным строем, а она, угловатая и маленькая, в заслуженном рабочем комбинезоне, расхаживала перед ними, хмурилась и распекала. Они преданно скалились ей с пола, не смея возражать.

– А вот теперь я должна предать вас безднам космоса, – сказала Бугго и вытащила из кармана тоненький мятый молитвенник. Она перелистала странички и снова сунула книжку в карман.

Охта Малек беспокойно ежился и переминался с ноги на ногу. Присутствие мертвецов начало смущать его. Калмине Антиквар стоял рядом, в меру скорбный, но потом вдруг почувствовал, что устал сохранять надлежащее настроение и незаметно уплыл мыслями в совершенном ином направлении.

Бугго сказала своим безмолвным врагам:

– Как я могу напутствовать вас в смерть, если даже не уважаю вас! Как просить святых принять вас в свои чистые объятия! Вы же грабители, пираты, вы хотели убить нас – у вас нет совести! – Она постучала согнутым пальцем по карману, куда убрала молитвенник. – Что вы будете делать посреди божественного света?

Они молча посверкивали белыми глазами.