Читать книгу - "Магический магазин Элери - Ника Волшебница"

её лице играла широкая улыбка, а голос звенел, как трель колокольчиков. Внезапно внимание Элери привлекло лёгкое движение на заднем фоне, и она сфокусировала там взгляд: полусухой плющ выпускал стрелки и распускал листья. В оранжерее на глазах становилось уютно и зелено.

Вдруг компас в сумке начал легко вибрировать.

— Нам пора, — девушка посмотрела на свою чуть незавершённую картину, на шедевр Фелии и на гнома, который, скрестив руки, сидел на стульчике и ждал, пока женщина сама дорисует его лист.

— Уже? — хозяйка оторвалась от работы, — но мы немного не закончили… — в её голосе послышалось разочарование.

— На самом деле, Вы и сами можете закончить всё, что тут есть…

— Но… у меня же совсем нет времени, — взгляд женщины вновь потух.

Лиррик тихо заругался, глядя куда-то в потолок оранжереи. Элери проследила за взглядом гнома: опять оно! Серое пятно снова начало расползаться во все стороны, лишая цвета купол, голубое небо за стеклом и едва успевшие зазеленеть ветви плюща…

— Но Вы же нашли время на нас! — Элери не могла оторвать взгляд от серости.

— Ну, вы гости. Разве можно отказывать гостям?

— Вы извините, конечно… — Элери отвела глянула на хозяйку, не пытаясь скрыть досаду: та снова начала блекнуть, — но мы не гости. Мы случайные путники, без приглашения ворвавшиеся к Вам. И Вы нашли для нас и угощение, и время… А с собой Вы живёте всю жизнь. По сути Вы единственный человек, с кем проведёте время от первой до последней минуты. Так неужели Вы недостойны того, чтобы уделять своим мечтам хоть немного внимания?

Гном с феей выжидательно смотрели на художницу, но она продолжала блекнуть, а серость — распространяться.

— Нам пора! — компас в сумке больно бил Элери по ноге, и та сжала челюсть: ей надоела эта бесконечная битва с сомнениями.

Фелия с тоской глянула на пожухшие посеревшие листья плюща и внезапно улыбнулась. Подлетев к женщине, она что-то шепнула ей и обернулась к Элери.

— Возвращаемся! Открывай портал.

Впервые Хранительница возвращалась из зеркального мира с чувством глубокого разочарования: неужели в этот раз они не смогли справиться со своей задачей? А ведь казалось, что всё идёт идеально…

Нырнув в воронку портала, девушка ещё раз оглянулась на оранжерею картин — и ей почудилось, что женщина макнула кисть в краску.

— Я так и думал, что произойдёт какая-нибудь ерунда! — Лиррик, кубарем прокатившись по полу чердака, подскочил и поправил бороду, — и что теперь делать?

— Да подожди ты паниковать! — Фелия махнула рукой и выпорхнула из комнаты.

— Твилло, Твилло! — фея склонилась над кроваткой гнома.

— А?! — тот потёр сонные глазки, — иди, спроси у магазина, как дела.

— Вот прямо сейчас? — Твилло потянулся и зевнул.

— Прямо да! — фея раздула ноздри, — я хоть раз в жизни будила тебя? Вот то-то же! Раз теперь разбудила — значит, это срочно!

Элери, успевшая к этому моменту спуститься, с удивлением посмотрела на босиком плетущегося в сторону магазина Твилло и Фелию, нетерпеливо бьющую крылышками над его головой.

Девушка отправилась следом за ними.

Гном положил руку на стену и тут же встрепенулся:

— Он говорит, что больше не чувствует холода! Да!

— Значит, получилось! — Фелия широко улыбнулась.

Элери вскинула кулак, ощущая триумф:

— Мы это сделали! Ура! — девушка сказала это шёпотом, чтоб не разбудить остальных, но от эмоций её голос сорвался на писк, — Фелия, что ты ей сказала? — она повернулась к фее, не в состоянии сдерживать широкую улыбку.

— Это мой секрет, — та сверкнула глазами, — но я рада, что это сработало!

Глава 26. Канун Нового года

— Родители позвонили, — Элери, сияя, впорхнула в магазин из внутренней двери, — к вечеру будут у нас!

— Бросила желание в часы? — Лиррик подмигнул, обернувшись от своего любимого артефакта с довольной улыбкой.

— Обязательно! Я так счастлива сейчас. Кажется, всё у меня прекрасно — только по родителям соскучилась очень! — на слове “счастлива” девушка вдруг почувствовала укол в сердце. После последнего возвращения из портала ей снова начал сниться всё тот же сон с бесконечными зеркальными лабиринтами. И это тревожило, хоть она и пыталась объяснить себе, что это просто эмоции.

Тряхнув головой, словно отбрасывая ненужные мысли, Хранительница подняла голову — и вдруг увидела Твилло. Гном стоял в уголке, положив ладонь на стену, и что-то нашёптывал.

— Твилло? — Элери почувствовала, как в горле встал комок, — всё в порядке?

— А? — гномик поднял на девушку пустые глаза и моргнул, — а, да-да, всё отлично! — спешно отойдя от стены, Твилло, насвистывая пошёл по магазину, рассматривая витрины. Элери проводила его взглядом и вернулась к делам: конвертов для желаний осталось совсем мало.

— На сегодня должно хватить, — из-под стола вынырнул Эмбл с остатками сургуча, — последний день всё-таки, люди уже отдыхают дома со своими семьями.

— Надеюсь! — девушка аккуратно положила конверты на прилавок и глянула на часы, — открываемся через пять минут! Скоро отдохнём, друзья!

— Ура! — пискнул Пик, — всегда особенно радуюсь первому и тридцать первому декабря. Но в этом году тридцать первому радуюсь как никогда! — доверительно шепнул гномик, глянув своими огромными глазами на Хранительницу — и дальше покатил лошадку-качалку в сторону стеллажа с игрушками.

— Очень тебя понимаю! — усмехнулась та.

День, вопреки ожиданиям Эмбла, оказался чрезвычайно активным — и ему приходилось трижды домешивать сургуч и доносить новые партии конвертов. Люди толпились вокруг прилавка, занимая очередь для записи желаний. А письма в часы уже едва входили.

К вечеру Элери чувствовала, что валится с ног от усталости и с нетерпением посматривала на часы. Стрелки ползли, как старые усталые улитки — а девушке так хотелось закончить с делами, принять душ и отправиться на кухню, где феи и освободившиеся гномы возились с сервировкой стола.

Без пяти восемь она глянула на Лиррика, дежурящего у часов:

— Может, закроемся пораньше? Мне кажется, теперь уж точно все по домам!

И словно в насмешку дверь тут же распахнулась.

— Ой, мама-мама, смотри, какая совушка! — девчушка лет восьми, отпустив руку молодой женщины, тут же бросилась в сторону витрины с копилками, — я же как раз о такой мечтала. Помнишь, говорила тебе, помнишь?!

— Помню-помню, милая! — мать мягко улыбнулась, — давай возьмём тебе её.

— Спасибо, мамочка, большое спасибо! — девочка крепко обняла женщину за талию, — ой, здравствуйте! — она словно только что заметила Элери, наблюдавшую за гостьями из-за прилавка, — мы хотим вон ту копилку в виде совы!

— Привет! — Хранительница устало улыбнулась и открыла витрину. Копилка показалась девушке неожиданно прохладной: никак, Дорин придал ей какие-то особенные свойства.

Поставив сову на прилавок, Элери взяла со стола два последних конверта:

— У нас есть