Читать книгу - "Дивергенция - Сергей Сергеевич Казанцев"

этот факт, что дверь кто-то открыл снаружи, пользуясь тем, что Иман не мог видеть этот участок сидя на бункере. Открыть её мог только человек, имеющий ключи. Или он чего-то не понимает? Сложно представить, чтобы какая-то мифическая Стрыга смогла справиться со всеми этими трудностями.

Проникнув внутрь свинарника, Иман аккуратно прикрыл за собой тяжёлую дверь. Затем, стараясь делать все спокойно, без лишней нервотрёпки, постоянно контролируя обстановку вокруг, зафиксировал дверь с помощью пластиковых стяжек. Их группа всегда брала с собой – полезная вещь в хозяйстве. Теперь из свинарника просто так не выбежишь. Стяжки, конечно, не панацея, их срезать можно, но пока противник сообразит, потеряет уйму времени.

Рулоны сена, в которых схоронились бойцы, находились на другом конце корпуса. Чтобы узнать, что случилось с боевыми товарищами, Иман должен был пройти через весь корпус.

Зафиксировав автомат на спине, чтобы он не болтался, не шумел во время перемещения, Иман взял в руки пистолет. С этой игрушкой, оснащённой глушителем и коллиматорным прицелом намного проще управляться в огороженном загонами помещении. А патрон девять на девятнадцать миллиметров, бронебойный с непонятным индексом, достаточно мощный, чтобы остановить медведя, тем более в магазине их целых восемнадцать штук.

Стараясь двигаться осторожно, Иман направился в противоположную сторону корпуса со свиньями. Проходя мимо загонов, он мимолётно заглядывал в каждый из них. Делал он это инстинктивно, в поиске странностей или того, что его может насторожить.

Как так получилось, Иману сложно было ответить: он словно попал в другую реальность, контролировать события в которой было выше его сил. Заглянув в очередной загон со свиньями, он замер, можно сказать, оцепенел от увиденного. Страха совершенно не было, всё казалось обыденно нормальным, но подсознание кричало, что этого не может быть, потому что это невозможно. Внутри огороженного участка, где находилось около восьми взрослых свиней стоял его давно умерший дедушка. Свет в свинарнике был тусклый, но его вполне хватало, чтобы разглядеть старика в мельчайших подробностях – он словно светился изнутри.

Дед стоял посреди свиней и сильно ругался, на таком родном, но позабытом языке. Иман встал столбом, не понимая, что происходит, как дедушка оказался здесь.

Увидев внука, старик, сильно жестикулируя, стал ругаться ещё сильнее. Всё возмущение старца крутилось вокруг грязного животного – свиньи. Дед спрашивал, зачем Иман держит этих нечистых животных, где его бараны, что он пас всю свою жизнь. Внук не знал, что ответить дедушке. Не скажешь же ему, что почти всё стадо отец, сын дедушки, пустил под нож, чтобы отправить сына в Россию в Саратов выучиться на офицера, а дочерей выдать замуж.

Дедушка давно умер, и это Иман понимал, но не мог ничего поделать с этим видением. Он очень любил деда, а дед любил своего внука. Практически всё своё детство и юношество Иман провёл в горах с дедом, перегоняя многочисленное стадо с одного пастбища на другое. Он помнил, как дедушка берёг каждую овечку, практически не ел мяса, жил очень бедно, всё ради того, чтобы увеличить поголовье стада ради своего внука и внучек. Дедушка мечтал оставить своим детям самое большое стадо в этой местности. У него это получилось, труд всей его жизни, превратился в прекрасный кирпичный дом, больше похожий на замок, где сейчас жили родители. Воспитанного и выученного внука, шагающего по военной карьерной лестнице, обеспеченного жильём на чужбине. Внучек, удачно вышедших замуж и разъехавшихся со своими мужьями по всей России. Где теперь все? Живы ли родители? Как теперь сестрёнки? Дедушка, будучи простым пастухом, сделал всё, что мог, теперь их очередь.

Объяснив разгневанному старику, что свиней выращивает не он, умолчав, что сам давно употребляет свиное мясо, списывая это на то, что он воин, а сейчас повсеместно шла война. В суре «Аль – Бакара» в священном Коране, прямо сказано, что свинину можно употреблять в пищу во время войны. Он как мог, успокоил деда.

Далее, усевшись на солому, не обращая внимания на лежащих вокруг свиней, они стали говорить, вспоминая прошлое, обсуждая настоящее, мечтая о будущем. Иман рассказал любимому дедушке всё, что с ним произошло за последние месяцы. Дед слушал внимательно, не перебивая внука. Его очень огорчила новость о странном апокалипсисе и то, что Иман не знает ничего о своих родителях и сёстрах. Взяв с внука обещание, что тот обязательно выяснит судьбу своих родственников, напомнил, что это самое важное в жизни, так как их род очень древний. Затем, не много помолчав, напомнил Иману о том, как он водил внука высоко в горы, чтобы познакомить его с историей, которая связана с их семьёй.

Высоко в горах дедушка показал внуку исполинский курган из камней. С высоты соседней горы, курган напоминал развалившуюся пирамиду в очень запущенном состоянии. По словам деда, это была могила последнего «Вампол» – так горцы называли великанов, живущих в большой пещере высоко в горах. Последнего великана звали Ашаах. Этой могиле очень много лет, прошла не одна тысяча лет, прежде чем ровно уложенные камни развалились, превратившись в ничем не примечательную кучу камней. Возникла она на заре появления их рода.

Когда-то, очень давно, ещё до людей, такие, как Ашаах, господствовали на земле, а земля была населена великанами. Вампол не потребляли в пищу мясо: они были травоядными, имели поистине исполинские размеры, жили очень долго. Они строили города, развивали науку, у них было своё искусство, всё как у людей. Но пришла беда, неожиданно, в один миг – большинство Вампол сошли сума, это был их апокалипсис. Многие погибли, лишь небольшая горстка великанов смогла спастись высоко в горах.

Долгое время технологии древней цивилизации помогали великанам существовать на вершине горы. Но со временем оборудование пришло в негодность, а те, кто знал о нём хоть что-то, давно умерли. В горах мало пищи, а спуститься они не могли: к тому времени появились люди. Людей рожали те, кто сошёл с ума. Одна великанша могла родить целый народ, что и происходило повсеместно. После родов они обычно погибали, оставляя своих мелких и кровожадных отпрысков править на земле. Люди ненавидели и боялись великанов, и при каждом удобном случае, когда те спускались с горы, чтобы спастись от голода, пользуясь их неповоротливостью и крайней медлительностью, убивали, поедая своих прародителей. Люди в отличие от великанов были всеядными, но предпочитали мясо.

Прадед – прадеда и так много раз, имя которого затерялось в памяти, тоже был пастухом. Именно он нашёл Вампол Ашаах в горах. Как не странно, великан и человек подружились, храня свою дружбу в тайне от людей в долине. Далёкий родственник подкармливал Ашаах, так как тот был совсем слаб от истощения. Меняя своих баранов на зерно, он тайком на ослах доставлял его великану в горы. Но этого было недостаточно, чтобы исполин мог насытиться, поэтому он чах с каждым годом.

Довольно быстро Ашаах и пастух научились понимать друг друга, хоть их речь разительно отличалась, но они нашли общий способ общаться друг с другом. Их новым языком стал язык жестов, который они практически с нуля создали сообща. Вампол, которому было много лет, и на тот момент он был уже старцем, рассказал человеку об их цивилизации исполинов, об апокалипсисе, и кто такие люди. Теперь эти истории предаются из поколения в поколения устно, так как писать пастухи не умели.

Ашаах умер, пережив пастуха, что его встретил в горах и спас от голодной смерти. Теперь кости исполина находятся под грудой камней, а о его существовании и о некогда величественной цивилизации остались лишь легенды.

Иман помнил наизусть всё рассказанное дедушкой, но с удовольствием слушал эти истории ещё раз. Он опять, как в детстве, чувствовал себя уютно и спокойно рядом с дедом. Цель его нахождения в свинокомплексе, беспокойство о боевых товарищах ушло на второй, а может и на третий