Читать книгу - "Терра. Часть 1 - Маргарита Боулес"

готов терпеть от тебя каждый день, – пошутил, закинув левую руку за голову, и спросил: – Пойдешь со мной на свидание?

– Ждала вечность столь неожиданное предложение. Это будет захватывающе? Связано с нарушением правил или очередной войной?

– Мы точно нарушим покой и границы, а уж если нас поймают… – сделал многозначительную паузу. – Наступит конец света.

– На это я согласна. – Она оседлала мое тело и забрала из пальцев сигарету. – Уже не терпится увидеть это место.

– Нам потребуется чуть больше теней, но мы справимся.

Глава 3. Безумно одинокий

Внезапно Вилли прилетел ко мне за поддержкой, нашел в баре «Рок & Ром», где я разбирал то, что осталось от заведения. Котей почти молил поговорить с братцем, образумить, даже обещал с помощью Саймоэля вернуть мне доступ к замку. Но выждать семидневный срок было необходимо, поэтому я совершил очередную вылазку лишь на восьмые сутки.

Поежился, стоило мне появиться в гостиной, и сразу оценил угнетенный вид обитателей. В замке горел свет, но отчего-то ощущался полумрак.

Я удивился, с какой радостью меня встретили. Чуть ли не с распростертыми объятиями и улыбками на лице.

– Велиал, – Вилли кинулся ко мне и принялся наперебой жаловаться на Архангела. – Он ведет себя странно…

– Сидит в ее комнате и не выходит. Заперся, закрылся ото всех, – Маршал подхватил нить разговора, теребя в шестипалых лапах свитки, шелест которых помогал успокоить нервы. – Я думал, что он прибьет Саймоэля ненароком, когда тот пришел с донесением.

– Совсем одичал, пялится в одну точку.

– Сад гибнет. Сам погляди.

Вилли и Маршал все же живые существа и нуждались в какой-никакой видимости жизни, да и дракон смотрел в окно и подвывал от пасмурности, скулил.

Я вылетел на улицу, воспарил над замком, осмотрел территорию Аиррэля, которая заканчивалась с границей леса, а дальше простиралась ничейная земля Срединного слоя – пустошь с камнями, скалами и серыми землями. Теперь понятно, отчего в замке полумрак. Братец перестал поддерживать иллюзию жизни. Цветы вокруг замка медленно увядали, деревья теряли листву, трава сгнивала – было такое чувство, что Аир потерял последние крохи надежды.

– Я поговорю с ним, – попытался их успокоить.

Вошел в комнату, где раньше жила Скай. Аиррэль сидел на полу с другой стороны кровати, откинув голову на одеяло, и молча рассматривал какие-то рисунки. Листы парили перед ним, плавно сменяясь по часовой стрелке.

– Если ты сделаешь еще один шаг – я тебя убью. – Может, он и был не в себе, но хватку не растерял, и сталь просвистела у меня над ухом, врезаясь в косяк двери.

Его голос меня беспокоил, и я замер, решив выдерживать дистанцию.

– Ты, тьма тебя задери, подстроил все! У нас был еще целый день. Я не попрощался с ней даже, – показалось, что он заплакал, нет, тяжко вздохнул.

– Я лишь сделал так, как считал лучше для нее. Ты не собирался ее отпускать.

– Молчи! – Он вскочил, и я открыл рот в потрясении. Аиррэль выглядел пугающе паршиво: лицо осунулось, волосы торчали какой-то соломой, а в глазах бурлила ледяная искрометная ярость и боль. Я попятился, сглотнул. Все предельно плохо, даже хуже, чем неделю назад. – Ты притащил ее сюда, зная, что она мне понравится! Откуда ты знал? И только попробуй не ответить.

– Я надеялся на случай. Лишь предположил.

– Прекрати врать. – Я почувствовал нехорошие вибрации, холодок пробежал по комнате, лизнул отчетливо, а в меня полетела бутылка со странным содержимым. Я увернулся, и стекло разбилось о дверь, осколки разлетелись по комнате. – Начинай говорить!

– Помнишь, я как-то принес нас на Терру, когда мы сбегали от Люцифера? Ты тогда посмотрел на ее портрет и сказал, что хочешь подышать. Неосознанно тебе понравилась девушка с портрета, ее комната и аромат. Я сделал выводы, – не соврал, но и предположить не мог, что брат и правда влюбится, лишь надеялся, что получится.

– Что ж ты не договариваешь до конца? – Хищный шаг и болезненная ухмылка. – Я просмотрел все воспоминания, прислушался к словам Мелиссы и узнал кое-что занятное, когда вытащил из воспоминаний образ. И знаешь что?

– Что? – Я поправил ворот рубашки, чуть оттягивая галстук.

– Не строй из себя идиота. Ты знал, что мне нравилась Миэль – нет, я не любил ее, не успел, но Скай была права. Я испытывал нежные чувства, так вот знаешь, Небесная оказалась ее копией, один в один, практически идентичной. У близнецов различий и то меньше. Они так похожи… до жути. Ты знал с самого начала! Как ты понял? Не мог же ты помнить ее, даже мне пришлось встряхнуть разум и сильно поднапрячься. Я использовал весь внутренний резерв.

– Так и поднапрягся, когда ты промолвил пару неожиданных словечек на Терре, – согласился я, но ответа на этот вопрос у меня не было. Я не знал, как так вышло. – Кого ты любишь, Аиррэль? По кому кровоточат раны? По прошлому или настоящему? Кого жалеешь? Себя или ее?

– Не смей сравнивать их! – Взревел он и впился себе в макушку обеими ладонями сразу: – Они совершенно разные, а ты настоящее дерьмо. Знал с самого начала, что я убил ее. Своими руками. – Аиррэль посмотрел на свои ладони так, словно впервые видел или они были измазаны по локоть в крови. Паника, сожаление, боль и раскаяние смешались воедино, и он процедил: – Я обещал Скай, что никогда не смогу ее убить, а выходит, что уже однажды сделал это! Как я могу надеяться на будущее рядом с ней? Убийца, ставший мужем?

Он ткнул указательным пальцем себе в грудь и наклонился, чуть сгорбившись:

– Мне дурно от самого себя. Если бы узнал об этом раньше, никогда бы не посмел даже взглянуть на нее.

– Скай бы простила тебе и это.

– ЗНАЮ! – прогремел его голос и тут же опустился до низкого тембра, сломленного и жуткого: – И это хуже. Я не заслуживаю ее тепла, любви, не имею права даже за руку держать, как мне в глаза ей посмотреть и признаться в этом?

– Теперь ты знаешь, каково это – любить! Понимаешь мои чувства, страдания и боль. Я так хотел, чтобы бы понял. Ты никогда не одобрял мой выбор, смотрел свысока и наслаждался свободой. А теперь гниешь в своих чувствах. Умираешь без нее. Чем судить, мог бы попытаться понять, но ты не хотел! Ты отвернулся от меня, называл ополоумевшим безумцем, посмеивался. Как тебе сейчас? Смешно? Весело? А каково было мне без Мелиссы? Так же – хреново! Я не мог позволить ей уйти. Не мог. Ты ничего