Читать книгу - "Пионер - Клим Ветров"

главное чтобы участковый на месте был, и, можно сказать, дело в шляпе.

Бегать по городу в поисках телефонной будки не стал, воспользовавшись автоматом прямо возле отдела. Век цифровых технологий ещё не настал, камер нет, поэтому не страшно. Да и за то что кто-то будет пробивать мой звонок, не переживал, и тоже по той же причине.

Зашёл в будку, нащупал в кармане две копейки, достал, сунул в прорезь и набрал номер.

— Слушаю, Лепёхин! — рявкнуло в трубке.

— Узнал? — стараясь говорить ровно, спросил я.

— Кто это?

— Морг помнишь?

Долгое молчание, потом напряженное,

— Что тебе надо?

— Сущие пустяки. Узнай где и когда были убиты девушки за последние две недели. Перезвоню сюда же после восьми, не подведи меня… — сказал я и повесил трубку

Должно сработать. Сам я ничем не рискую, узнать откуда был сделан звонок, он не сможет, хлопотно, да и узнает, толку никакого не будет.

Теперь в спорткомплекс, если водила поднажмет, как раз к началу успею.

Так и получилось. Отрабатывая второй червонец, таксист постарался, и опоздал я всего на какие-то пять минут.

— Подождать? — спросил он, когда я расплачивался.

— Не надо, спасибо, хватит на сегодня, накатался. Теперь до зарплаты бы дотянуть…

Таксист хмыкнул, и ничего более не говоря, уехал.

Кататься на такси удобно, но светится лишний раз ни к чему. Я и так отличился, не выпендрился бы перед Катей, может и обошлось бы, не пришлось бы людей на тот свет спроваживать. И хотя мне их совсем не жалко, но и хорошего ничего нет. Я когда на войне первый свой «фраг» исполнил, думал спать плохо буду, мучаться. Не скотину безмозглую, человека жизни лишил. Но зря переживал, ни разу ни во сне, ни в бреду пьяном, мертвецы мои мне не являлись. Иной раз я и сам даже, когда уснуть не мог, считал их, вместо овец. Сумасшествие это, или ещё что, не понятно, но факт, было дело. Думал здесь, когда заново всё, не полезу в дерьмо больше, но опять не вышло, видать на роду написано.

А народу собралось много. Конечно основная масса это зрители, но и состав участников внушительный. Первый этап «крутили» сразу на двух рингах, в первую очередь для экономии времени, но ещё и потому что отсев не всегда интересен. Вот отберутся нормальные бойцы, тогда и поглазеть можно, поболеть. Да и объявлять нормально будут, чтобы понятно кто где, а если совсем серьезно подойдут, может даже «купальщиц» под это дело зафрактуют.

— Опачки! Какие люди и без охраны! — непонятно откуда нарисовался мой давний соперник, и просто говно-человек, Данила Матроскин по кличке Простокваша.

— Отвали… — равнодушно отмахнулся я, зная что Простокваша на прямой конфликт не пойдет, тем более на людях. Подосрать тишком, нагадить пока никто не видит, тут да, тут он мастер. А так чтобы в открытую, слабоват.

— Я чёт не въезжаю, а ты че такой грубый? — оскалился Простокваша. — Баба не дала?

— А ты и не въезжай, стой где припарковался, и вообще, Простокваша, иди куда шёл, я тебя не трогаю, и ты меня не трогай…

— А то что? — набычился тот, очень уж не любил когда его простоквашей в открытую называли.

— Мурло набью. — обрисовал перспективу я, после чего простокваша молча удалился. Конфликтовали мы с ним давно, невзлюбив друг друга ещё со школы, но сколько бы он не пыжился, победа всегда оставалась за мной. И бил я его, чтобы не соврать, как минимум раз двадцать. Причем, это не считая ринга, тут вообще без счета. Потом, лет, примерно, через двадцать, я встречу его в переходе. Пьяный, без ноги, он будет петь какую-то заунывную песню, выклянчивая себе на пропой.

Протиснувшись поближе к выделенному для тренеров углу, я сразу заметил Бухтомина. Он стоял возле стола, и что-то внимательно разглядывал в журнале. Он, и ещё один смутно знакомый мужик. Ну точно, я на сборах его пару раз мельком видел.

Невысокий, метр шестьдесят пять, не выше, широкий как бочонок, короткорукий, почти полностью лысый, со сдвинутым набок носом и по-борцовски поломанными ушами, впечатление он производил крайне неприятное, да и на боксера не походил от слова совсем. Для борца такое телосложение ещё куда ни шло, но бокс?.. Хотя, может администратор хороший, в спорте же как, не всегда по видам «пенсионеров» распределяют, бывает что и суют туда, где место есть свободное. Разумеется не так чтобы лыжника в мотогонки, но если есть общее что-то, почему бы и нет.

— О! Димон! Все-таки решился? — пока я разглядывал этого неприятного типа, на меня вышел Васяня. Довольный как пирожок, в майке с надписью «Динамо» и широких трико, выглядел он крайне счастливым.

— Да я так, поглазеть просто. Делать нечего дома, вот, пришел.

— Ну и зря что просто! Ты прямо щас подойди к тренеру, отбор только начинается, может успеешь ещё!

А что, это мысль. Вот только не сейчас, а попозже, чтобы уже точно не успеть. Дождусь когда журнал заполнят, подпишут и проштампуют, тогда и подойду. Глядишь, слово за слово, и накопаю чего-нибудь…

— Да пока не хочется Вась, не последний же отбор, тем более КМС у меня есть, а мастера не дадут. Ты, кстати, каким номером?

— А я уже все, отобрался!

— Круто! Домой?

— Нет, сначала дождусь окончания, узнаю что там по жеребьевке на завтра!

— Ну хорошо. А что вообще по составу, кто из наших ещё прошел?

— Да пока немного, парни в основном позже драться будут, это мне подфартило в первых рядах… — со вздохом сообщил Васяня, и хлопнув меня по плечу, сказал что побежал дальше.

Он побежал, а я остался. Время до звонка участковому ещё есть, поэтому можно пошататься тут, послушать что люди говорят.

— Здорово Димон! — подошёл ещё один бывший одноклассник, Шурик Манин. Боксом он никогда не занимался, как и вообще спортом, поэтому увидеть его здесь было неожиданно. Честно сказать, я вообще забыл о его существовании, в той жизни не встречались после школы, поэтому и тут из головы выпало. А парень он всегда толковый был, со своими тараканами конечно, но у кого их нет?

— Привет, какими судьбами?

— Да вот, очерк пишу про ваших чемпионов, может поделишься информацией?

— Ты? Очерк? Это с какого перепугу?

Саня учился в целом неплохо, но с русским языком, как и с литературой, были проблемы. Нет, оценки-то он получал нормальные, но в основном за счёт хороших отношений с учителями. Где поможет чем-то, где польстит, где поддакнет, так и получалось без троек.

— А чему ты удивляешься? Может у