Читать книгу - "Слон Килиманджаро - Майк Резник"

— Почему бы сначала не рассказать, а я уж сам решу, верить вам иди нет? Он покачал головой.

— Едва ли вы будете работать с полной отдачей, если придете к выводу, что ваш заказчик — безумец.

— Я уже думаю, что работаю на преступника, но меня это не останавливает.

На его лице отразилось удивление.

— На преступника? Почему? Неужели причина лишь в том, что я сумел нейтрализовать охранную систему вашей квартиры?

— Потому что вы не Букоба Мандака.

— Я уже говорил вам, что это мои настоящие имя и фамилия.

— Но в государственных архивах о вас нет никакой информации.

— Вроде бы за обедом вы удовлетворились моим ответом.

— Потому что наши интересы совпадают: я хочу найти бивни не меньше вашего. Вы, между прочим, очень сильный человек, мистер Мандака. Так что я и теперь не буду ставить ваш ответ под сомнение, если вы будете настаивать на нем. Но мне хотелось бы знать правду, Он улыбнулся:

— Интеллигентное решение, мистер Роджас. Пусть я и рискую разочаровать вас, но должен повторить: я — Букоба Мандака.

— Когда и где вы родились?

— На Земле, пятьдесят три года тому назад.

— На Земле? — изумленно переспросил я, ибо впервые встретил человека, родившегося на материнской планете.

— Совершенно верно.

— Тогда почему в архивах нет никакой информации о вас?

— Земля практически опустела, мистер Роджас. На ней сейчас живет не больше пятидесяти миллионов человек, и переписное бюро находится на краю света. Так что моим родителям не составило труда скрыть от властей сам факт моего появления на свет.

— Почему у них возникло такое желание?

— Потому что они знали, что может прийти день, когда мне потребуется абсолютная свобода, в том числе, как они правильно предположили, свобода от ненавязчивого контроля государства.

— Зачем вам свобода от государственного контроля, если вы действуете в рамках закона?

Он помолчал, словно прикидывая, что можно мне сказать, а что — нет.

— Пока я не совершил никаких правонарушений, но без колебания переступлю через любой закон, который встанет между мною и бивнями.

— Путешествие по подложному паспорту — правонарушение, — заметил я.

— Для меня — нет, — отмахнулся он. Ожил компьютер.

— С Дунканом Роджасом хотят поговорить.

— Соединяй, — приказал я.

— Желаете визуальный контакт или только звуковой?

— Визуальный.

Над кофейным столиком появилась Хильда Дориан.

— Ты знаешь, который теперь час?

— Перевалило за полночь.

— Ты должен был связаться со мной, как только вернешься с обеда, — бросила она. — Я проверила твой компьютер, после того как мы с Гарольдом пришли из театра, и компьютер сообщил, что ты ушел домой. Почему ты не доложился?

— У меня гость. — Я указал на Мандаку. Она отдала своему компьютеру соответствующую команду, и ее образ чуть развернулся, чтобы она могла видеть масаи.

— Он тебе угрожает? — тут же вырвалось у нее.

— Отнюдь.

— Ты уверен?

— Абсолютно. Перестань опекать меня как ребенка.

— Перестану, если ты не будешь вести себя как ребенок. Тебе известно, что об этом человеке нет никаких сведений в архивах Содружества, однако ты пригласил его к себе домой.

— Не так уж я его и приглашал.

— Что ты хочешь этим сказать?

— Ничего, Хильда. Заверяю тебя, опасность мне не грозит, и я рад, что он у меня в гостях.

Она переводила взгляд с одного на другого, потом откашлялась.

— Мандака, я вас предупреждаю. Вам будет лучше, если завтра утром он придет на работу целым и невредимым.

И прежде чем масаи успел раскрыть рот, Хильда исчезла.

— Кто это? — наконец спросил он.

— Хильда Дориан. — Тут я понял, что имя и фамилия ничего ему не говорят. — Она руководит департаментом безопасности «Брэкстона».

— Та самая женщина, которую вы хотели привести с собой на обед?

— Да.

— Любопытная получилась бы трапеза. — На его губах заиграла ироничная улыбка.

— Извините, иногда она слишком уж опекает меня. Надеюсь, она вас не оскорбила.

— Нет. — Он покачал головой. — Наоборот, мне бы хотелось, чтобы был человек, питающий ко мне такие вот чувства.

— А я бы этого не хотел. — Я скорчил гримасу.

— Вы так говорите только потому, что сердитесь на нее. Если б вы оказались в одиночестве, по-настоящему в одиночестве, вы бы ее боготворили.

— А вы по-настоящему одиноки? Он кивнул.

— У вас нет жены?

— Нет.

— Детей?

Он покачал головой:

— Мне не разрешено их иметь.

— Друзья?

— Ни одного.

Я уже и не знал, что сказать.

— Знаете, бывает и хуже. Многие люди сознательно выбирают уединенную жизнь.

— Я не выбирал такую жизнь, мистер Роджас, — с жаром заверил он меня. — Я бы с удовольствием наслаждался семейным счастьем, хотел, чтобы рядом был человек, который волновался бы обо мне точно так же, как ваш шеф безопасности волнуется о вас.

— Что препятствует вам обзавестись семьей?

— Мне предназначено судьбой жить и умереть в одиночестве. — Он посмотрел на меня. — Между прочим, наши жизни очень похожи, мистер Роджас: хладнокровие, минимум эмоций, уединение.

— Я не нахожу их похожими, — возразил я.

— Разница лишь в том, что вы добровольно избрали такой образ жизни.

— Вас послушать, так я отшельник, — запротестовал я. — А я постоянно общаюсь с людьми.

— Я тоже.

— И у меня есть работа, — добавил я.

— А у меня — миссия.

Не нравился мне этот разговор, поэтому я быстренько сменил тему:

— Обретение бивней — лишь первый этап вашей миссии, не так ли? Он кивнул.

— Но вы не искали их все пятьдесят три года, не так ли?

— Вы совершенно правы, мистер Роджас. На их поиски я затратил только семь лет.

— А что произошло семь лет тому назад?

Он долго смотрел на меня, потом пожал плечами.

— У меня не осталось уже никаких сомнений в том, что я — последний масаи.

— И последний масаи должен сделать то, что хотел сделать Лийо Нельон, когда разыскивал бивни?