Читать книгу - "Фантастика 2025-21 - Blackmourne"

Я, молча направила кресло в свою нынешнюю комнату и захлопнула дверь перед носом всех кто шел за мной. И замок закрыла. В дверь стучали не слишком долго, оставив меня, наконец, в покое. Мельком взглянув вокруг, я доехала до окна. И так и просидела до самого утра, глядя сквозь прозрачный шелк на лужайку перед домом.

Подделки - вот что теперь меня окружало. И дом, и люди и я сама. И не было пути вернуть обратно настоящее.

Моё раздраженное состояние привело к тому, что ко мне даже психолог стал ходить. Смешно.

Я знала, что стала совсем другой. Не стеснялась в словах, высказывая все, что думаю о тех, кто делал вид, что заботится обо мне. Я отлично понимала, что была для них только препятствием для получения главного приза. Распугав всех, кто лез ко мне с показной жалостью, донимала тех, кто сбежать не мог.

Не горжусь этим. Но иногда так бывает. Ты словно в колее, из которой не можешь выбраться. Несешься с горы снова и снова, каждый раз все легче попадая в накатанный путь. Психолог пытался внушить мне, что все это всего лишь подростковое взросление и обостренные чувства со временем успокоятся и придут в норму. Моя агрессия по отношению к окружающим защитный механизм из-за потери родителей и прочий подобный бред. Никто не понимал. Вот в чем была вся беда. Не было никого, кто умел меня успокоить. А если и делал это, то не правильно, еще больше выводя из себя.

Да и как было понять? Мне едва исполнилось шестнадцать, а я беспомощна и зависима от чужих людей на всю свою оставшуюся жизнь. Я не считала это самой главной своей бедой. Я знала, что будет тяжело, но готова была расширить свой мир насколько возможно. Люди живут и не с такими увечьями вполне полноценно. Но те, кто были вокруг меня, так не считали. Они думали, что моя жизнь закончена и ничего мне не доступно. Пытались сгладить мою "тяжелую" жизнь. Не понимая, что сами её усложняют больше всего. Даже моё кресло автоматическое пытались возить! Это душило меня больше всего - меня словно насильно оборачивали слой за слоем в мягкую вату, оберегая. А я задыхалась все больше и больше.

Последней каплей стало, когда опекунша притащила в мой дом своего сына. Брата моего вообще-то, но для меня он был слишком другой, чтобы признать эту связь.

- Надеюсь, вы подружитесь.

Интересно, а почему я не знала о нем раньше? Старше всего на год, по словам опекунши, холенный и здоровый. Едва скрывая любопытство и брезгливость, рассматривал меня сверху вниз. Изломанное, тощее создание, с паклей торчащими волосами в инвалидном кресле.

- Сомневаюсь, — ответила я и собралась ехать дальше, взявшись за джойстик.

- Не слишком вежливо.

Что-то новое! Но опекунша тут же одернула его, в буквальном смысле дернув за руку, и бросилась ко мне, сюсюкая как обычно. Забрала тарелку с едой с моих коленей, за которой я собственно и выехала. Как у неё это получается - все совершенно делать невпопад и не вовремя! Есть тут же расхотелось, словно еда приобрела душок от ее прикосновения.

- Уже не нужно, — пока она не стала катать меня, я дернула джойстик слишком сильно. Скорости не те, чтобы движение получилось слишком резким, но все же оба отскочили от меня, и я постаралась поскорее скрыться.

Братец проникся ко мне острой нелюбовью, что особенно меня не задевало. Даже радовало, как хоть какое-то разнообразие. Тем более забавно было за ним наблюдать, когда он сдерживался при посторонних.

Я рассказываю об этом без особенных деталей, потому что не помню их. Все мелочные склоки, замешанные на эмоциях больше, чем на реальных проступках, я стараюсь забыть. Стыдно и я понимаю, что не была справедлива, не пыталась это скрыть, вымещая на окружающих всю свою боль, как могла.

Завершая эту эпопею, я поскандалила со всем семейством разом и потребовала, чтобы меня оставили в покое. Как результат, я переехала в отдельную квартиру. Не большую, но оборудованную так, как я хотела. Персонал, без которого я не могла обходиться, я тоже сама выбирала.

Стало чуть легче. Появилось место, где я могла успокоиться. Не разговаривать ни с кем целыми днями, потихоньку зализывая раны, усмиряя саму себя с тем, в чем мне теперь жить до конца своих дней.

Это длилось около двух месяцев. Потом в один миг все кончилось.

Я была одна. Пролила на себя чай, пришлось перемещаться в ванную. Стянув одежду, поняла, что мокрая до белья и решила что нужно в душ сначала.

 Горячая вода полилась сверху, и вдруг вокруг стало темно. Я и сообразить ничего толком не успела, подумала только, что отключилось электричество, как сжалась, ахнув - вода стала ледяной! Пытаясь спрятаться от холодных капель, я вдруг осознала, что не тугая струя душа, а отдельные капли все тело меня жалят. И я не сижу! Как это произошло, я совсем не понимала - но я лежала наполовину погруженная в воду, а сверху, будто дождь лился. Ледяная вода, ледяной воздух, темнота. И вдруг надо мной, раскалывая небо пополам, сверкнула молния. В миг когда все залило слепящим светом, я рассмотрела, что вокруг меня вода. Кажется река, или что-то вроде того, в которой я нахожусь. Слева лес. Чуть дальше взгляд зацепился за тусклый оранжевый огонек - окно в доме, поняла я. Закричать, позвать на помощь я не успела - еще один пляшущий огонек появился на берегу.

Я услышала женский голос, но не поняла, что она кричала. Слабо вякнув, так как от холода всю перемкнуло, я с трудом подняла руку, понимая, что надо как-то дать понять, что я здесь. Чудо, что она меня заметила. И пошла ко мне прямо по воде, разбрасывая шумно и торопливо. Я никак не могла рассмотреть её, только сейчас сообразив, что огонек - это просто палка с огнем, горящим на конце. Меня накрыло с головой водой, я забарахталась, потеряв опору о которой даже не подозревала до сих пор. Но меня выловили и поволокли к берегу. Огонь с шипением погас, факел женщина отбросила просто и все бормотала что-то, ухватив меня подмышки и волоча рывками. В воде это было еще осуществимо, но по