Читать книгу - "Перевозчик - Анатолий Батов"

А всех людей с подмешанной кровью начали называть «мамлюками».

Николай очень удивился, когда священник произнес слово «мамлюк». Странно, но он слышал его еще на Земле. Точно не помнил, но где-то читал, что вроде бы в арабских странах из маленьких мальчиков, угнанных в плен, завоеватели воспитывали хороших бесстрашных воинов, которые впоследствии отлично сражались с племенами своей же крови. Вот их и называли мамлюками. Удивило Николая созвучие слова и понятия здесь и на Земле. И там и здесь эти люди действовали во вред своему народу, с той лишь разницей, что на Земле их заставляли это делать путем обмана, с детства перевоспитывая. А здесь они продались, потому что правители подмешали им свою кровь. Николай тут же с удивлением подумал: «Даже смысл слов на Земле и здесь иногда совпадает».

Вообще по мере его нахождения здесь все чаще встречается такая похожесть, теперь он стал замечать, что часто некоторые слова и выражения похожи. Чуть-чуть измени окончание слова или приставку, как тут же прослушивалась определенная помесь, то ли восточнославянская, то ли еще какая-то. И Николай снова отметил правильность своего предположения, что во всей Вселенной живут одинаковые люди и, значит, создал их один Творец.

2

Священник был умным человеком и, как многие образованные люди, хорошим физиономистом. Он с удивлением видел по напряженному внимательному лицу Николая неослабевающий его интерес к своим словам и, на минуту умолкнув, подумал: «Странно, или это просто единичный случай, или мы давно не общались с остальным миром, а там, оказывается, появились люди, интересующиеся своей историей, а это хороший знак». В любом случае он не без удовольствия решил продолжить:

– Теперь об этой, вновь появившейся вере, или религии. Правители, вернее сказать нелюди, так как звание правителей они присвоили себе только после окончательной победы, поэтому будем пока их называть «нелюди». Так вот, нелюди истинную суть своей религии держали в глубокой тайне, она передавалась в устной форме. А на поверхности лежала и не религия вовсе, о душе там не было ни слова. Это была элементарная примитивнейшая завлекаловка. Она учила, что есть только тело, о котором человек, по их божьему закону, обязан заботиться. Живи здесь и сейчас, наслаждайся и ни о чем не думай. Не мучь себя угрызением совести. Отбрось придуманные глупцами предрассудки. Учись жить богато и каждый этому научившийся успешный человек, перейдя в иной мир, и там будет процветать.

Почему-то эта религия быстрее всего привилась в западных частях планеты. Наверное, потому, что нелюди облюбовали это место Ялмеза для своего проживания – их там было больше. В этих западных странах и климат покомфортней: ни сильных морозов, ни пустынь, ни тропической жары, чередующейся с ливнями, и земля поплодородней. И народ там жил побогаче, а значит и в вопросах морали был менее щепетилен.

Из-за церкви показалась местная дворняга, увидев их, на всякий случай извиняюще повиляв хвостом, пару раз неуверенно тявкнула на незнакомца, затем осторожно подошла и обнюхала его. Священник, похлопав ее по загривку, приласкал.

Николай, воспользовавшись паузой, размышлял над услышанным: «Инопланетяне… насадили новую религию… прямо бред какой-то, неужели все это правда… но уж у нас на Земле такого никогда не случится». Он подумал так, потому что пока не считал себя окончательно оторванным от родного дома, и предполагал, что все же как-нибудь таким же способом скоро снова окажется на Земле. Это лишь лет через пять, когда он уже начал терять надежду, заметил за собой, что в мыслях, непроизвольно, все чаще стал связывать свою судьбу с жизнью здесь и все реже вспоминал о Земле. Сейчас же решил спросить:

– Вы сказали об этой религии, что это была примитивная завлекаловка, позвольте спросить, как же такая примитивщина могла привиться в обществе, выходит, оно уже не было здоровым?

– Любое общество никогда и нигде не бывает однородным, – снова начал священник. – В беседе наших социологов речь шла и об этом. Общество того переломного времени в разных странах было неодинаково, в некоторых, с традиционно устоявшимися режимами, учение нелюдей никак не воспринималось и отторгалось. В странах же на западе планеты общество было действительно очень либеральным, более свободным, во главу угла всегда ставились права человека. Правда, во многом эти права были основаны на философии нигилизма и анархии, когда не в почете такие понятия, как честь, совесть, что и надо нелюдям. Беседа записана как раз накануне очередной войны, вызвавшей катастрофу, о которой ты спрашивал.

– Должно быть, катастрофа – это атомная война? – высказал догадку Николай.

Священник уже не удивлялся познаниям Николая и некоторой его осведомленности, предполагая, что он, как перевозчик, почерпнул эти небольшие поверхностные познания при общении с интеллигенцией.

– Нет, мой любознательный молодой друг, – продолжил он, – этап атомной угрозы у человечества хватило ума удачно пройти без потерь, исключая некоторые локальные случаи, показавшие, чем все может закончиться. Но в истории Ялмеза случались и другие неприятные времена. Вот, например, как раз перед катастрофой начался период бурного развития Интернета, компьютеров, началась полная бездумная компьютеризация мира, а может быть не бездумная, а все-таки кое-кем умело направляемая, особенно ее бездумность затронула молодых людей – они не знали жизни, поэтому не всегда могли отличить добро от зла, а новое ими усваивалось легче. Удобная вещь – Интернет, компьютер, знания давались с легкостью и быстро, постепенно это даже заменило телевидение, но в духовном плане человечество многое потеряло, так как молодежь совсем прекратила читать художественную литературу, разучилась думать, чувствовать, сопереживать, утерялись качества, отличающие человека от животного, душа окостенела, у молодых полностью выветрились реальности жизни, и они стали жить в виртуальном пространстве. Некоторые ученые предупреждали о возможных печальных негативных последствиях, но другие защищали и оправдывали молодых, говоря, что всегда было непонимание между отцами и детьми, так как дети стали умнее нас. Конечно, довольно банальные доводы, но, на беду, всегда очень действенные. Но вот через некоторое время у этих умных детей стали часто случаться внезапные помутнения рассудка, добавляли масло в огонь жестокие, с убийствами компьютерные игры. И по всему миру пошло-поехало этакое виртуальное сумасшествие, молодым привычка убить человека стала – раз плюнуть. Убивали и другой нации, и своих; человека чем-то непонравившегося и друга – просто поспорив; родственника, даже мать и отца, что-либо не поделив. Все это, в конце концов, приняло такой массовый и дикий характер, что ужаснулись и сами организаторы, так как и их затронуло. И неизвестно, чем бы все закончилось, если бы не катастрофа, она и прекратила это безумие. Ну а в нынешнее время, так как из-за катастрофы сильно поубавилось народу – да и тот старанием нелюдей превращен в люмпенов, массовый Интернет стал не нужен, им достаточно стало развлекухи-телевизора. Остался, конечно, индивидуальный – для ученых.

А вообще-то катастрофа разразилась действительно в результате войны, но только не атомной. Изобретено было новое оружие, я плохо разбираюсь в технических науках, особенно в физике, поэтому не могу объяснить, что произошло, на научном языке, да это тебе и не нужно. Попробую рассказать о случившемся популярным языком, как я сам все это представляю, как говорится, нахватавшись верхушек. Это оружие начали называть микроплазменным, оно основано было на открытии микрочастиц, гораздо более мелких, чем атомы. При расщеплении этих микрочастиц каким-то способом научились создавать плазму с критической плотностью, которая при подрыве обещала иметь очень разрушительные последствия, никак не сравнимые даже с атомным взрывом. У этого оружия была одна хорошая и одна негативная сторона. Хорошо то, что оно не было радиоактивным, а только разрушительным, но роковую роль сыграло то, что в результате первого хорошего на него не было запрета и все страны начали его накапливать, даже не успев, как и положено при новом открытии, до конца изучить его возможности и последствия применения. Технология его получения была не очень сложной и совсем недорогой.