Читать книгу - "Фантастика 2026-54 - Рейн Карвик"

если в круг попали животные, которые в спячку впадают? Медведь, например? Он проснется? А что потом есть будет?

- Не о том думаешь. Здесь никогда не поселятся животные, даже пресмыкающиеся не заползают. Можно не опасаться змей. Звери хорошо чувствуют опасность, любое животное с зачатками разума будет сторониться этих мест. А по поводу цилиндра силы все верно, он поднимается до края атмосферы, то есть до пределов влияния планеты. Только его всегда называли не цилиндр, а столб силы. Привычнее как-то.

Кажется, и я встречала такое понятие. Не помню где, но знакомо. Я представила себе огромный столб, уходящий в небо. И увидела его! Едва заметно мерцающий прозрачный столб, сотканный из нитей, стремящихся ввысь. Я застыла, задрав голову, не обращая внимания на то, что и Данилыч, и Тимур не отрываясь смотрят на меня.

- И что ты там увидела? - поинтересовался Тимур, с любопытством поднимая голову.

- И мне интересно. Птиц не должно быть, бабочки так высоко не летают. - Поддержал его Данилыч.

- Они не видят. Не стоит их разочаровывать. Пусть это будет наша с тобой тайна. - Я по голосу слышала, что Юна улыбается, и тоже улыбнулась.

- Как это что? А небо? А солнце? Облака? Как же красиво! - Я закружилась, раскинув руки и задрав голову. И едва не поплатилась за это. Хорошо, Тимурчик подхватил, спасибо ему.

- А вот мне другое интересно, - задумчиво протянула я, оглядываясь вокруг - как на это жители реагируют? И как долго это «лето» здесь будет присутствовать?

- Люди это место тоже стараются обходить. Приезжают туристы по весне - Иван Данилович указал рукой в сторону домика, где мы останавливались когда-то - помнишь, Маша? А как долго «лето» продлится, посмотрим. У нас здесь камеры стоят, могу и тебе подключить. - Я отрицательно замотала головой, не нужно мне, я и так могу посмотреть, когда захочу. - Ну как хочешь. Понадобится... Тимур!! - Не договорив, он бросился к юноше, падавшему навзничь, но не успевал. Я тоже всеми силами хотела поддержать Тимура, чтобы он не ударился. И тоже была слишком далеко. Тем не менее, он замедлил падение и мягко опустился на траву.

Остановившись от изумления, я впала в ступор. Это я? Неужели тоже я? И услышала очередное хихиканье подруги. Вот чертовка! Конечно же она. А я уже в панику ударилась. Смеется значит, ничего смертельного нет. Пусть Данилыч поухаживает.

- Что с ним? - Обратилась я к девушке.

- Ничего страшного, обычный стресс на фоне перенапряжения. Пусть еще немного полежит, ему полезно. - Я согласно кивнула. Пусть полежит, сил наберется, а то что-то вместо меня теперь молодой здоровый парень в обмороки падать стал. Традиция новая завелась. Я хихикнула.

- Юна, а проводники, они все поначалу так реагируют на контакт?

- В основном, да. Бывает по несколько дней в себя не приходят. Зависит от силы. Это здесь мальчик быстро восстанавливается. В школе ему посложнее будет. Но ничего, он сильный, скоро окрепнет. - Она подняла голову, взглянула на солнце, будто и вправду время по нему определяла, и позвала.

- Иван Данилович, пора нам. Тимур, вставай, возвращаемся.

* * *

Небольшое сообщение для вас, мои читатели. Начинаю новую историю, "Дежа Вю". Писаться будет медленно, прода выкладываться по мере возможности, чтобы не было в ущерб «Перерождению».

Глава 25. ч.1

Дорогие мои читатели!

Приношу свои извинения за очередную задержку и очень надеюсь, что на этом наши неприятности закончились. Пишу сейчас с планшета (ноутбук слетел с катушек), поэтому заранее извиняюсь за мелкие несогласованности в подаче материала. Пока еще не вполне освоилась с особенностями программы в планшете, и всякие черточки-тире-пробелы не хотят слушаться:).

Первый шок и восторги по поводу наличия летней поляны среди зимнего леса прошли. Одевшись на ее границе, мы шагнули за черту обыденно, будто из теплого дома на мороз. Наверное, так наши туристы выходят из самолета, вернувшись зимой из жарких стран. Сама-то я ни разу нигде дальше Крыма не была.

На базе мы пробыли еще два дня. И дважды возвращались в лето. Эти посещения были тихими и спокойными. Каждый из нас по-своему пропускал через себя свалившуюся информацию.

Тимур блаженствовал, впитывая силу, как губка, словно стремился запастись ею на всю оставшуюся жизнь.

Данилыч отходил в сторону, и в одиночестве совершенно отключался от реальности, пытаясь найти, услышать что-то новое в себе. Иногда ему казалось, что вот оно, неподвластное доселе ощущение близости с Планетой, а следом он опять разочарованно вздыхал, понимая, что мимолетное касание силы не есть владение ею. И снова вслушивался, не замечая времени, не видя ничего вокруг.

А я лежала навзничь на своем уже полюбившемся за прошедшие годы камне, в самом центре, и смотрела на уходящий в небо светящийся столб. Он терялся в вышине и казался бесконечным. Словно ниточка, на которой подвешена сама Планета. И все мы лишь иллюзорные персонажи, неведомыми силами вовлеченные в непонятную для нас игру.

Но несмотря на то, что мы, практически не общались ни во время посещений места силы, ни после на эту тему, мы почувствовали некую общность, будто незримые нити навсегда связали нас воедино.

* * *

В последни дни я практически не видела Тимура. Мне показалось, что он намеренно избегает меня. При случайных встречах, он был хмурым, нервным, каким-то дерганым, и торопился побыстрее исчезнуть. Все мои попытки исподволь выяснить, что случилось потерпели фиаско. А когда я по уже сложившейся привычке попыталась пригласить его в гости к обеду, он грубо ответил.

- Слушай, отстань, а? Достала уже меня со своими обедами. - Резко развернулся и быстро пошел прочь.

Что, Маша? Получила? А я-то, наивная, думала, что помогаю мальчику адаптироваться. Да, верно говорят, благими намерениями вымощена дорога в ад.

И все-же, где-то на задворках сознания цеплялась занозой неотвязная мысль, что здесь все не так однозначно. Не нравился мне такой Тимур. Совсем не похож на себя. Поэтому, задвинув свои обидки подальше, я решила поговорить с Данилычем. А с кем еще, не к маме же, и не к папе бежать.

Увы! Данилыч не отзывался. Заявляться к нему без предупреждения больше не хотелось. Себе дороже. И так уже опозорилась. Придется Юну просить. Я ее конечно очень люблю и обожаю, но лишний раз обращаться что-то не очень хочется. Опять будет ехидничать в мою сторону. Слишком