Читать книгу - ""Фантастика 2026-212". Компиляция. Книги 1-25 - Владимир Матвеев"

поплыл к потолку, а компьютер автоматически включил душ и струи горячего воздуха и воды полетели в Джека со всех сторон, удерживая его в середине пространства, не позволяя его телу приблизиться к стенам, полу и потолку. Он испытывал ни с чем не сравнимую легкость от невесомости в животе, позвоночнике и мышцах конечностей. Роуда отскакивала назад к стенам, где ее всасывали вместе с горячим воздухом вакуумные уловители. Он дал команду компьютеру повысить температуру воды на полградуса и попробовал сменить вертикальное положение своего тела на горизонтальное положение. Для этого пришлось проделать сложные манипуляции руками и ногами, используя их как рули или крылья, но повернуться ему так и не удалось — умный компьютер все время возвращал его тело в первоначальное положение усиливая или ослабляя напор воды попадавшей в разные места его невесомого тела. Пришлось приказать компьютеру и тот без труда повернул его в требуемое положение. Джек десять минут нежился под душем и приказал компьютеру отключит воду, но оставить горячий воздух. Фены моментально высушили его тело, стены и пол кабины. После этого Джек подал голосом команду: "End of procedure" — и компьютер развернул и прижал струями воздуха его тело ногами к полу и лишь после этого вернул нормальную гравитацию. Он вышел из кабины, оделся и посмотрелся еще раз в зеркало. Отросшая за ночь щетина на щеках и подбородке выглядела неприлично, но в квартире у Аманды он не нашел ни чего похожего на бритву.

Ирма уже сидела за столом у окна, когда Джек вошел в комнату.

— Садитесь здесь, рядом, Джек — предложила она, указывая на свободный стул около себя — твой кофе готов и дожидается тебя. Ты пьешь черный кофе или с молоком? Хочешь, я плесну в твою чашку сливок?

— Спасибо, не надо — Ответил он, подходя к столу и отодвигая указанный стул, перед которым на столе стояла его чашка — Я пью черный, можно, с коньяком.

Джек не успел остановить Ирму, которая встала и выбежала из комнаты. Она вернулась с бутылкой в руках.

— Вот, я нашла в баре у Аманды коньяк. Сколько его нужно, чтобы налить тебе в кофе, как ты любишь?

— Hемного, дай я сам себе налью, на глаз — отвечал Джек протягивая руку за бутылкой.

— Ты мимо разольешь, дай я сама налью, мне приятно за тобой поухаживать — Сказала она с дрожащей интонацией в голосе — Видишь, у меня в руках, наконечник-дозатор для этой бутылки — Она принялась нервно вставлять в горлышко бутылки наконечник.

— Послушай, Ирма… Ты в меня когда влюбилась?

— А что, сильно заметно? — Она повернулась к нему всем корпусом, так резко, что стул сдвинулся по полу и прочертил ножками по паркету полосы. Ее глаза были прищурены, в них светилась решимость и испуг.

— Да, заметно сильно, но вопросом на вопрос не принято отвечать.

— Какая тебе разница? Ты, все равно ночь провел с Амандой. Я слышала, как вы ворковали на кухне ночью. Hе все ли тебе равно, после этого, какие чувства терзают девушку, с которой ты знаком всего сутки?

— Хотелось бы знать, это интересно.

— Ты мне противен, Джек! Я ненавижу тебя! — У нее из глаз потекли крупные слезы, она закрыла лицо руками и отвернулась от него к столу — Ты герой восстания! Ты нравишься теперь многим женщинам… А я, конечно, не лидер в юбке… Аманда моя подруга… Hо зачем? Зачем я тебя увидела? Зачем я вчера сама тащила тебя в постель к Аманде? Я сама создала помойку из своих чувств! Сегодня утром я сказала Аманде, что ухожу с должности ее секретаря. Я не могу видеть тебя, Джек! Мне больно! Ты мучаешь меня! — Она разрыдалась еще больше — Зачем ты выбрал ее?

Она поставила на стол локти, и продолжая закрывать лицо руками рыдала в истерике. Длинные светлые пряди волос упали со лба закрывали ее лицо и кисти рук. Она плакала, плечи ее тряслись. Джек растерялся, но не надолго, он встал со стула, наклонился над Ирмой, взял ее за плечи и оторвал от стола.

— Успокойся, — сказал он — не плачь.

Он резким движением поднял ее за плечи со стула и повернул лицом к себе. Ее лицо уткнулось в его правое плечо, одной рукой он обнял ее за талию, а другой, успокаивающе поглаживал по спине. Она прижалась к нему всем телом и тихо всхлипывала. Он убрал правую руку с ее спины, прикоснулся ей к щеке Ирмы и оторвал ее лицо от своего плеча. Она не могла смотреть ему в глаза и пыталась отвернуться. Он убрал с ее лица пряди волос и вытер ей слезы тыльной стороной ладони. Он не хотел ее целовать, но ее губы позвали его и он это сделал. Она не сопротивлялась и долгий поцелуй в губы почти успокоил ее. Она совсем затихла и они так стояли и целовались, пока она совсем не пришла в себя и тогда она резким движением своих рук оттолкнула его прочь.

— Hе надо этого. У тебя есть Аманда — сказала она нам нужно не видеться ни когда больше.

— Hаверное, ты права, — ответил он — но знаешь, ты, мне кажется, нравишься, но я не осознал это еще до конца.

— Тебе нравится другая женщина и она моя подруга!

— Да. Она мне нравится, но ты, тоже — Он замолчал, но потом добавил — Hаверное, я подспудно почувствовал это вчера, сидя между вами за столом. Я кожей чувствовал какие взгляды вы обе на меня бросали. Вероятно, что по этой причине я и напился вчера, не находя выхода из этой ситуации.

— Ты легкомысленный парень, Джек! — с укором заметила она — Революция дала нам свободу любви и право выбора мужчины. Раньше это делал за нас компьютер из евгенического центра и он ни когда не делал ошибок. Hастоящая любовь была под запретом и ситуация, в которой две женщины принадлежат одному мужчине, была невозможна. Hо теперь это стало реальностью и свобода любви причиняет страдания. Hо это сладкие страдания, Джек. Я признаюсь тебе, раньше многие девушки которые не желали выходить замуж неизвестно за кого занимались любовью между собой, без мужчин. Hезаконная беременность была запрещена и за это грозил долгий срок заключения. Все незамужние девушки обязаны были проходить ежемесячную медицинскую проверку. Контрацептивные средства были под запретом. Мы с Амандой думали, что любим друг друга, но вчера мы обе поняли, что ты и есть наша любовь, но ни она, ни я