Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

Дмитрий, как добрался до цели, встал на одно колено и пощёлкал пальцами, привлекая внимание твари. Но та даже не взглянула на человека, мечась в своей тюрьме. Это походило даже не на запертого зверя, а на наркомана в клетке, у которого была только одна мысль: «Доза!»

Старуха судорожно повторяла как заклинание: «Моя-моя-моя».

— Эй! — выкрикнул капитан и кинул в потустороннее создание горсть гальки, подобранной под ногами. Тварь заверещала и кинулась на землянина, но ударилась о невидимую преграду.

— Они хотят убить твою! Они там! — указав рукой на лесной мрак, почти по слогам проговорил Дмитрий. — Ты понимаешь⁈

— Моя! — заверещала старуха, начав биться кулаками и головой и преграду. — Не дам! Моя!

— Ди-Ди, вы в самом деле хотите освободить эту тварь? — прошептала Аврора, наклонившись к самому уху землянина.

— Да, — постаравшись изобразить полное спокойствие, ответил капитан. Он очень надеялся, что получится, но это было сложно.

— Вам, конечно, виднее, но я считаю, что это глупость.

— Вот и увидим, — улыбнулся Дмитрий и быстрым движением поцеловал девушку в щёчку.

Баронета тяжело вздохнула, а когда рядом громко воскликнула и упала на траву одна из солдаток, схватившись за пробитую стрелой лодыжку, молча кинула.

Дмитрий упал на оба колена и принялся прямо в ладони осторожно собирать излишки пепла. Вздрагивающие от малейшего дуновения ветра золотые угольки стали почти незаметны в тот самый миг, когда на поляну опустилась тишина, но всё равно остались. Казалось, они могли обжечь, но не обжигали и вместо этого дарили приятное тепло. Человек с земли сравнил бы их со слегка нагретыми светодиодами. Местному жителю сравнивать не с чем. Разве что с чудом.

Набрав ворох побольше, Дмитрий принялся с помощью тонкой линии прокладывать ровную дорожку, соединяющую святую клетку старухи со внешним кругом. Тварь туту же припала в нетерпеливом до дрожи в пальцах ожидании к светоразделу, который назывался ещё терминатором, то есть гранью между светом и тьмой. И сейчас он полностью оправдывал название. Осталось лишь стереть ту тонкую преграду между светом лагеря и лесной тьмой и спустить с цепи терминатора.

Дмитрий улыбнулся такому сравнению. А когда добрался до внешнего края, то обернувшись и проверив, всё ли правильно сделал, быстро раскидал рукой пепел, открывая пепельную калитку. Потом вернулся и застыл, не рискуя остаться наедине с потусторонним созданием, с которым и сообща-то еле-еле справились.

— Была ни была, — выдохнул он, сделал шаг в сторону, взял с земли удачно подвернувшуюся палку и разорвал внутреннюю преграду.

Тварь старушечья сделала неуверенный шаг, а потом торопливо поковыляла наружу, приговаривая: «Моя».

— Неторопливый, однако, терминатор, — пробубнил капитан, проводив старуху взглядом, а потом глянув на недовольно нахмуренную Аврору. — А и ладно, с паршивой овцы хоть шерсти клок. Верно, Ро-Ро?

Старуха канула во мраке. Казалось, с концами, но вскоре в ночной пелене, среди ив, сырых от бесконечного плача, и белых берёз, отражающих тусклые всполохи света, вспыхнула яркая и длинная изумрудная спица, похожая на тонкую шпагу…

* * *

Всплеск чар.

Цитифур с силой зажмурилась и раскинула руки, ухватывая нити колдовства. Недавнее противостояние всколыхнуло пространство вокруг поляны так, что иные нити порвались и кружились сейчас в воздухе в полнейшем беспорядке, как если бы бутыль со скисшим молоком взболтали, и муть не успела осесть. И через эту взвесь из клочьев силы виднелся разрыв в пепельной защите и красно-зелёная клякса твари.

Волшебница раскрыла уставшие глаза и потёрла лицо ладонями. Вверх с хлопающим пшиком взмыл ещё один воздушный факел, начав щупать охристо-жёлтыми лучами стволы деревьев и кроны деревьев и тянуться сквозь прорехи в листве ещё дальше, к лесной подстилке и спрятанным там перворождённым.

Женщина сделала шаг в сторону, прячась от чуждого света. А вскоре послышались тихие, едва различимые шаги, и рядом возникла сестра.

— Они пытаются натравить на нас кошмар.

— Я видела. Справишься?

— Постараюсь, — ответила дозорная, пробежавшись пальцами по перьям на кончиках стрел. Их осталось не так много, но, если не быть расточительной, должно хватить.

— Будь осторожна, — дотронувшись рукой до руки сестры, прошептала волшебница. А ей самой нужно посмотреть, что ещё можно сделать.

Аргеферет молча кивнула и шагнула прочь, оттолкнувшись рукой от ствола берёзы. На пальцах остались мелкие белые как мел лохмотья старой коры. Под ногами пружинила прелая листва, а глаза, хорошо видевшие в ночной тьме, пытались углядеть всё, что можно.

Дозорная ускорила шаг и на полном бегу достал из колчана стрелу. Тонкое древко легло на склеенный из рога и древесины тиса лук. А когда между кустами показалось скрюченное чудовище, похожее на несуразную помесь сложившего крылья большого грифа и паука, набросившего на себя одежды сожранных ею жертв, то быстро, на разрыв, выстрелила.

Стрела быстро настигла создание. Острое железо легко пробило покровы, войдя до середины. Призрачная плоть потекла из раны зеленоватым светящимся в темноте гноем, как если бы растолкли в кашу гриб-гнилушку и смешали с густым маслом. Потёки медленными каплями покатились по серой хламиде, оставляя тусклые следы. Вот только сталь заставила тварь лишь дёрнуться и заскрипеть-заскрежетать противным голосом отборную ругань.

Вторая стрела, пущенная для верности, тоже не замедлила уродину.

— О, Великий Полоз, владыка духов подземных и тварей кромешных, помоги, — проговорила Серебряная Куница Аргеферет и быстро убрала лук в колчан. Ей сейчас нужно было другое оружие.

Дозорная, легко подтанцовывая, чтоб подбодрить себя перед схваткой, резко откинула в сторону запястье. Из воздуха почти мгновенно выскочила спица — жилка Великого Древа. Благородный зелёный свет разогнал мрак и отразился в больших глазах, больше подходящих сейчас кошке или сове.

Женщина выдохнула и кинулась на тварь. Расстояние, разделяющее их, сократилось за считаные удары сердца. Серебряная Куница в последний момент, когда тварь подняла руки, ожидая, что добыча попадётся в них, как муха в лапы паука, скользнула в сторону. Пробегая мимо, она всадила спицу в бок чудовища, оставляя колотую рану. И рана вскипела золотой пеной.

А ведь чудище когда-то было похоже на человека. Сейчас же у неё был крючковатый птичий клюв, кривые острые зубы и бельмы глаз, коих явно больше двух. И даже рук не пара, а не менее пяти. Они тянулись к дозорной тонкими длинными пальцами с птичьими когтями, острыми, как у коршуна.

Всё же, у девчонки больное воображение, раз рождает такие ужасы.

Дозорная быстро отскочила, оттолкнувшись ногой от попавшегося на пути дерева. А потом взмахнула спицей наотмашь.