Читать книгу - "Ворошиловский стрелок. Книга 2 - Дмитрий Найденов"

Вот её и проверим осторожно, а там будет видно, но не нужно забывать, что у нас приказ подготовить и взорвать колонну немецкой техники, — ответил я.

— Тогда вначале вдоль леса пройдём, потом ползком, уже как раз стемнеет, да и не факт, что патруль будет, проскочим, — ответил довольный пограничник.

На то чтобы дойти до нужного места, где лес близко к дороге и пересечь её, ушло больше часа, зато к тому времени достаточно стемнело и машин практически не стало. Шли параллельно дороге и перешли железку, дойдя до первых домов и стали смотреть, куда могли согнать столько солдат. Нам пришлось прокрасться вдоль всего посёлка, по задним дворам, вдоль огородов и только в конце, нашли то, что искали. Большой, огромный сарай, явно колхозный или зажиточного крестьянина, располагался отдельно, рядом с большим коровником. У входа и на противоположной стороне, горели две тусклые лампочки, дававшие немного света на ворота, располагавшиеся с двух сторон сарая.

Там же, во дворе стояли парные посты из солдат и местных с повязками, явно полицаев, а основная часть находилась в большом доме, окнами выходившем на тот сарай. К полутора десяткам немцев добавилось шесть полицаев, которые прислуживали им и были у них на побегушках. Всего на улице дежурило трое немцев, один сидел в коляске мотоцикла у дома и два парных патруля, которые ходили вдоль сарая. Судя по всему, у них намечалась пьянка и веселье, вот только ни я, ни Михаил, не знали, что помимо солдат в сарае есть и гражданские. Когда мы, спрятавшись в сотне метров, обсуждали, как нам лучше поступить, группа немцев вышла из дома и направилась к сараю с оружием в руках, а один нёс в руках пулемёт. Открыли двери и полицаи потребовали выйти всем женщинам, якобы готовить еду и тем, кто согласится, дадут возможность поесть. Им, конечно, никто не поверил, но очередь поверх голов, убелила, что спорить с немцами не стоит, и вышли шесть женщин, двоих из которых затолкали обратно, а остальных повели в дом.

— Командир, они что с ними собираются делать? — спросил пограничник, с силой сжимая оружие и явно собираясь броситься в самоубийственную атаку.

— Замри, и себя погубишь и их не спасёшь, атакуем, когда они войдут в дом и там поднимется шум. Они ничего серьёзного сними не успеют сделать, а сейчас мы только в своих попадём. Начнёшь стрелять, половина пуль уйдёт в сарай, да и женщин этим не спасёшь. Занимаешь позицию напротив пулемётчика и первая цель для тебя он, а я зайду с другой стороны сарая, подожгу тот стог сена, он осветит нам всё, потом сниму часовых. Запомни, первым стреляя я, потом ты по пулемётчику, второй пост и по окнам в доме. Бей выше, чтобы прижать их к полу, дальше бей в тех, к то будет высовываться в окна, а я встречу остальных с другой стороны. И ещё, рядом переезд, там немецкий блокпост, сунутся они к нам или нет, я не знаю, но готовься встретить их. Без моей команды на открытое пространство не выходишь и когда всё немного уляжется. Смотри, чтобы к тебе не зашли с тыла те же полицаи, могут быть ещё в деревне и здесь они не все, поэтому будь осторожен. Ну, не мне тебя учить. Пленных будем освобождать отдельно, когда всё уляжется, — разъяснил план я.

— Может их сразу выпустить, они и помогут?

— Ага, будут бегать у тебя перед пулемётом, а по ним будут лупить из окон, сколько тогда потеряем бойцов, за и гражданские в сарае есть, сам видел.

— Хорошо, действую по твоему плану, самодеятельность не проявляю, — чётко ответил Михаил.

— Вот, это правильно, — произнёс я и начал подготавливать оружие, загнал патроны в стволы пистолетов и доснарядил парабеллумы, теперь у меня по девять выстрелов на один пистолет. Проверил автомат и поудобнее расположил три запасных магазина, ещё проверил нож, который оказывается очень важная вещь снаряжения, но резать других я не собирался. В прошлый раз мне повезло, немцы были заняты девушкой и заметили меня поздно, больше так рисковать не стоит. Одну из гранат проверил запал и как отворачивается колпачок, заткнув её за пояс.

Обходить сарай пришлось по большому кругу, так как рядом было открытое пространство, в самом сарае слышались тихие разговоры, но о чём они, я не слышал. Стог сена, оказался неубранным сеном, привезённым с полей и сложенное в большую кучу, пробраться к ней не составило проблем. Труднее было сделать так, чтобы, зажигая огонь не быть замеченным патрулём, поэтому пришлось аккуратно прокопать дыру с метр и поджигать уже внутри, используя спички.

Сено занялось осторожно и неохотно, но я быстро выполз из норы и бросился бежать в сторону, стараясь делать это как можно тише. Пожар заметили, вначале патруль повернулся к свету, идущему от стога, так как поджёг сено с противоположной стороны, а когда полицай бросился к стогу, явно намереваясь его потушить, я дал короткую очередь по немцу, а вторую по полицаю, тщательно прицеливаясь каждый раз.

С противоположной стороны раздаётся вначале одна, потом вторая очередь из пулемёта и пулемётчик, который сидел в коляске мотоцикла и походу задремал, осел на сторону, свесив руку. Сразу бегу к дому, на всякий случай виляя, и делаю это не зря. Со стороны дома прямо через окно раздаётся очередь в мою сторону, но по стрелку тут же бьёт пулемёт пограничника, срезая фигуру, длинной очередью. Второй очередью он срезает двух солдат, выскакивающих из двери дома. Значит, внутри ещё десяток и как минимум четверо полицаев, много для нас двоих, но все они в доме и выходы под прицелом. Вот только у таких домов два выхода и второй должен быть с противоположной стороны, где хлев. Ещё не добежав, вижу, как открывается дверь, и бью туда из автомата, а затем выдёргиваю гранату и, дёрнув шнур, кидаю внутрь. Про себя считаю, чтобы понять, насколько стоит замедление у немецких гранат и нет ли там большого разброса. Это важно, если их кидать задержкой, чтобы нельзя было отбросить. На числе восемь раздаётся хлопок внутри и два сдавленных крика, но бросаться вперёд и проверять, я не собираюсь, а только прикрываю дверь, подставляя доску, чтобы сразу не смогли выбежать и сам бросаюсь к другому углу, проконтролировать.

Всё чисто, других дверей нет, а немцы, тем временем начинают стрельбу из окон, по вспышкам пулемёта, а Михаил сразу огрызается