Читать книгу - "Фантастика 2025-149 - Сергей Хардин"

на судьбы мира, кто посвящён в их тайны? Кто может говорить свободно, не опасаясь за свою голову? Кто может высмеять великого короля, обладающего властью казнить любого одним щелчком пальцев?

Глава 5

— Шут, — тихо сказал я, начиная понимать, к чему он клонит.

— Вот именно, — подтвердил главарь. — Мы зовём себя Серебряными Шутами, потому что шут мудрый, хитрый и способный. Мы берём то, что хотим, не потому что мы жестоки, а потому что остальной мир нас недооценивает. Они считают нас идиотами, а мы не трудимся их переубеждать. Они расслабляются, допускают ошибки, мы этим пользуемся. Обездоленные, слабые, голодные видят в нас друзей, защитников, а мы, в свою очередь, получаем доступ туда, куда другим путь заказан. В самые кулуары власти и богатства.

— Ну прямо Робин Гуды местного разлива! — не удержался я от саркастического замечания. Понятно, что он не знал кто такой Робин Гуд, но я часто использовал известные только мне и другим Избранникам эпитеты. Сомневаюсь, что Шуты уловили иронию в моих словах, а если и уловили, то предпочли проигнорировать. Видимо, чувство юмора они также скрывали, как и свои лица.

— Твоё предложение отклонено, — отрезал главарь. — Потому что у нас больше власти, чем у тебя. Мы возьмём всё, что пожелаем, и ты не сможешь нам помешать.

Жёсткие слова, сказанные без тени злобы или жестокости, хлестнули меня наотмашь, будто он просто констатировал очевидный факт, как дважды два — четыре. Я терпеливо ждал, всё ещё надеясь, что в конце нашнго небольшого обмена «любезностями» последует какое-то встречное предложение. Ну не могли же они просто так меня сюда вытащить, чтобы только понтануться своей крутизной⁈

— Но, — продолжил главарь, кивнув человеку рядом с ним, который тащил небольшой сундук. Тот тип быстро шагнул вперёд, опустился на колено и открыл сундук. Блин! Внутри, тускло поблёскивая в свете хмурого дня, лежали тысячи серебряных монет, таких же, какие я уже видел. Целое состояние по местным меркам! — Это не значит, что ты не можешь к нам присоединиться. Платить нам откуп… это, скажем так, нерентабельно для тебя и неинтересно для нас, потому что мы и так возьмём то, что нам понравится. А вот стать членом нашей корпорации… Мы своих не грабим, это закон. А ты, парень, мог бы стать для нас настоящей золотой жилой, серьёзным активом. Твои большие, хорошо охраняемые караваны, которые мотаются по городам, могли бы легко прихватить одного-двух наших «операторов». Ты мог бы распространить наше влияние далеко и широко и всё это время неплохо зарабатывать на серебре. Очень, очень неплохо.

Так вот оно что, Михалыч! У них, оказывается, своё видение ситуации: попытаться завербовать меня, втянуть в свою шайку-лейку. Я нахмурился. Одно дело платить ворам, чтобы они тебя не трогали, или даже нанимать их для устранения конкурентов, тут я, как говорится, гибкий. Но самому становиться соучастником преступлений против моих торговых партнёров и союзников? Нет уж, увольте. Здесь проходила моя красная черта. Активно вредить тем, кто ничего плохого тебе не сделал, это уже перебор даже для такого циника, как я.

— Предложение, конечно, заманчивое, — протянул я, изображая глубокую задумчивость. — Но знаете, карьера в криминальном бизнесе — это как-то не совсем то, о чём я мечтал. Однако мне любопытно, какие именно услуги вы предлагаете? Может, у вас есть какой-нибудь прайс-лист для внешних клиентов?

— А вот тут-то и загвоздка, — сказал главарь, слегка качнув головой. Колокольчики на его колпаке снова звякнули, на этот раз как-то особенно тоскливо и призрачно, будто плач по несбывшимся надеждам на лёгкую наживу. — Мы принимаем оплату за наши услуги исключительно серебром, а единственный способ заполучить наше серебро — это работать с нами. Такая вот у нас монополия.

— Ну или грабить тех, кто на вас работает, — хмыкнул я, демонстративно помахав мешочком с монетами, который я конфисковал у того самого слуги-предателя. Решил подколоть, посмотреть на реакцию.

— И это тоже вариант, полагаю, — почти безразлично ответил он. — Хотя, грабя нас, далеко ты не уедешь. Слишком уж рискованное предприятие с непредсказуемым исходом, — он посмотрел на своего подручного и кивнул. Тот тут же захлопнул крышку сундука с серебром, будто боялся, что я сейчас на него наброшусь. — Тогда, я полагаю, нам стоит обсудить условия выкупа.

— О как⁈ — удивился я. — Это уже интересно. Какие ещё условия?

— Именно, — подтвердил главарь. — Ты, похоже, человек чести, раз уж так любезно отпустить одного из наших людей, а не, скажем, прикончил его на месте, как поступили бы многие другие. И поэтому мы хотели бы убедиться, что с нашими ребятами, которые в будущем могут оказаться у тебя в плену, станут обращаться хорошо. Сто серебряных за каждого человека, которого ты вернёшь нам целым и невредимым. По рукам?

Я решительно помотал головой. Нет уж, такие схемы мне не по нутру.

— Нет. Я не хочу видеть ваших людей на территории града Весёлого, а такой подход даст им гарантии безопасности. Наоборот, ещё одна попытка что-нибудь у нас стащить, и я лично прослежу, чтобы головы ваших «операторов» украшали колья на городской стене для острастки остальным.

— Смелые слова для человека, у которого в городе по сути нет никакой серьёзной службы безопасности, — усмехнулся главарь. — Ты, похоже, слишком уверен, что сможешь защититься от последствий, если причинишь нам вред. Недооцениваешь наши возможности, парень.

— Я вообще не хочу вести подобные разговоры, — отрезал я, — примеряясь, у кого длиннее… угрозы. Вам гораздо выгоднее взять откупные и заниматься своими делами, чем играть со мной в казаки-разбойники, уж поверьте моему коммерческому чутью.

— Мы не работаем с теми, кто не является членом гильдии, — непреклонно ответил главарь. — Боюсь, если ты не хочешь договариваться о заранее оговоренном выкупе и настаиваешь на угрозах… Что ж, полагаю, это делает тебя нашим врагом. Выбор за тобой.

— Вам решать, — сказал я, скрестив руки на груди и приняв максимально независимую позу. — Я бы предпочёл договориться по-хорошему, найти какой-то компромисс, но заниматься воровством вместе с вами… Увольте. Это может показаться глупым, но я работаю честно.

— Работа Шута не менее честна, чем работа короля или Торговцев, — возразил главарь. Голос его оставался спокойным, но в нём чувствовалась сталь. — Но будь по-твоему. Если ты причинишь