Читать книгу - "Под знаком Стрельца - Сергей Валерьевич Галактионов"

выпитого и тут же заел какой-то закуской с подноса. — Ну чего вы, давайте! — потребовал он, глядя выпученными глазами на Жома и Цвока.

Те взяли по стопке и выпили. Точно так же зажмурились и заели, приговаривая, что не пили ничего подобного.

— Да, я эту водку распробовал еще на Фольдамавите, — разоткровенничался опьяневший после нескольких стопок Чиуг.

— По-моему, она очень крепкая, — произнес Жом. — Но хорошо пошла!

— Значит, все и будет хорошо! Верно, Цвок? — посмотрел мутными глазами на главного экономиста экс-генерал.

— Да, сомневаться не приходится, — ответил Цвок, хорошенько опьянев. — Главное начать, другого варианта у нас нет!

— Конечно, нет, — кивнул Чиуг, покачнувшись.

Дойдя до кресла, он плюхнулся в него и попытался сосредоточить взгляд. Перед глазами все расплывалось. Чиуг опустил голову и вскоре захрапел.

Спустя несколько минут начали покачиваться Жом и Цвок. Они уселись на сиденье и говорили, но сразу же забывали, о чем. Вскоре водка взяла верх, и оба отключились.

Тем временем в Столетней башне продолжалась конференция. Шли напряженные дебаты насчет обеспечения продуктами питания и медикаментами, также обсуждали, насколько жители Весты готовы к тому, чтобы лекарства и еда стали абсолютно бесплатными.

На трибуну поднялся Крон и пошевелил своим клювоподобным носом.

— Дорогие граждане и наши гости из системы Альфа Центавра, — обратился он к залу, — мы с вами давно обсуждаем товарно-денежные отношения. Но так было всегда, у нас часто возникали сложности и всякие проблемы. Мы все еще разделены на две социальные группы — небоскреберов и мутантов, хотя в последнее время стали общаться, объединяться и сотрудничать. Но все понимают, что у нас в принципе мутанты — бедные, а небоскреберы — богатые, это разделение возникло не при нашей жизни, так получилось давно, когда наш астероид только заселялся прибывшими с Земли колонистами. Но и внутри этих групп всегда отмечалось расслоение на состоятельных и среднего достатка граждан. Всему виной — не только прибавочная стоимость, которая у нас не играет значительной роли. Достаток зависит от личных качеств человека, от его семьи, накоплений и, конечно, в основном это зависит от профессии. Чиновники и казначеи получали большую оплату, чем, к примеру, регулировщики или дизайнеры. Так повелось с незапамятных времен. Считалось, что чиновники представительнее, поскольку выполняют более ответственную работу. Казначеи-экономисты имеют дело с деньгами, поэтому и получают больше тех, кто непосредственно с ними не имеет дела.

На трибуне прозвучал сигнал, и Крон заметил поднятую руку. Ученый кивнул.

— Дорогой Крон, — поднялся с места Шлом, — у нас далеко не со вчерашнего дня все финансовые операции проводятся автоматически, и кто-нибудь знает, зачем нам тогда экономисты? — мутант окинул взглядом зал и, не найдя ответа, продолжил: — Да и вообще, контролировать население — это бред. Гораздо лучше это сделают автоматические системы. У нас же они везде! Тогда зачем нам казначеи и прочие деятели?

Шлом уселся на место. Крон тряхнул всклокоченной головой:

— Все верно! Наши порядки безнадежно устарели, тем более теперь, когда мы вступили в противостояние с противником, которого практически невозможно победить. Поэтому мы почти уверены, что он не побежден и готовится напасть на Весту снова. — Крон помолчал. — Тут дело не в том, что чиновники могут продать наши технологии или обменять на какие-то блага, заключив соглашение с противником. Тут дело в другом! В системе управления, она давно пришла в негодность и де-факто развалилась. У нас уже нет президентов, они оставили посты, потому что никому не нужны. Нет их заместителей — генералы вступили в Движение сопротивления и объединены общим делом. Наша инициатива «Искать, чтобы выжить» положила конец всяким рассуждениям о необходимости переустройства системы управления. Фактически — она нам больше не нужна. И не надо даже заикаться о том, что она может быть реорганизована. Мы неплохо существуем без бюрократической системы, и это в непростое для Весты время. А что касается финансовых операций — конечно, они проводятся автоматически и, как известно, у нас существует традиция держать одного или нескольких казначеев в каждой башне, чтобы контролировать и так контролируемые денежные потоки и расходы. Я вырос в бункерах, и мало что об этом знаю, но, по-моему, эта традиция невероятно глупа, и ее надо прекратить.

Прозвучал сигнал, и Крон кивнул, увидев поднятую руку. С места рядом со Шломом встал андроид.

— Меня зовут Крис, — представился он. — Я буду краток. Благодаря вашим инфосетям, я познакомился с общественными порядками на Весте. И должен сказать, я поддерживаю Шлома: устаревшие порядки и традиции необходимо ликвидировать. Никаких бюрократических сложностей для этого нет, у всех вас имеется возможность просто проголосовать. Кроме того, в инфосетях проводятся интересные голосования, и уже набрала популярность инициатива об отмене денег, многие люди желают, чтобы продукты питания и средства первой необходимости стали бесплатны.

— Многие хотят, Крис, — подтвердил Крон и поводил носом в стороны.

Андроид уселся на место.

— Но в первую очередь давайте раз и навсегда решим проблему с президентством и порожденным им чиновничеством, они взаимосвязаны и при этом вредны сейчас, как никогда. И это не только мое мнение. Мы сейчас проголосуем об отмене института президентства на Весте и закрепим нынешнее положение вещей. У нас уже нет ни одного президента, как и большинства чиновников, но мы должны принять это в качестве нового общественного порядка.

По периметру конференц-зала возникли большие виртуальные экраны, и было видно, как голосуют присутствующие. Через минуту Крон объявил о результатах:

— Поздравляю, девяносто пять процентов присутствующих — за отмену института президентства. Как красноречиво! Решение вступает в силу немедленно.

Следующее голосование было посвящено инициативе по отмене денег за продукты и предметы первой необходимости. Крон снова объявил:

— Поздравляю! У нас невероятное единодушие — девяносто пять процентов за!

На Шумалии бросались в глаза исполинского вида деревья. Гости разглядывали их через окна машины, пока ехали в лагерь землян. Громадные деревья розово-серого цвета медленно шевелили ветвями, как будто приветствуя людей.

— Что они делают? — спросил Ерум, озадаченный движениями деревьев.

— Так они охлаждаются, чтобы не зажариться на солнце, — ответил Ингвар.

Пока машина ехала по горной долине, Серена и Грета увлеченно рассказывали, что в атмосфере Шумалии нет ядовитых веществ, она абсолютно пригодна для дыхания, впрочем, кислорода непривычно много. Органическая жизнь — на основе углерода, как на Земле. Гравитация удивительно похожа на земную.

Мартин посетовал:

— Да, вам все нравится, но для нас такая гравитация кажется слишком сильной!

— Нормально! — гаркнул Петр, осаждая Мартина.

Тот прикусил язык.

Когда они доехали до лагеря землян в широкой долине, Серена сказала:

— Вы видите здешнюю растительность, она потрясающая! Под ногами мохообразные организмы.

Серена