Читать книгу - ""Фантастика 2026-213". Компиляция. Книги 1-28 - Леонид Демиров"

«Нормально! Не нервничай, птиц!»

В лицо ему ударил такой тугой поток воздуха, что из глаз хлынули слёзы, но страха не было. Наоборот, внутри всё пело от счастья несмотря на то, что земля стремительно приближалась. Когда казалось, что падение уже неминуемо, оно вдруг замедлилось, и через органы чувств на него обрушилось такое количество информации, что он отключился.

Как надолго, Юлиан не знал и опомнился лишь тогда, когда плавно опустился на бурый пятачок земли — единственный среди острых камней. Придя в себя, он поглядел наверх и удивлённо присвистнул. «Классный спуск!.. Блин! Совсем башню сносит. А может, всё почудились?»

Сомнения отпали, пока он, проклиная всё на свете, добирался до гнедого, оставленного на плато. При пешем прохождении проспект для коз оказался немалым препятствием.

Похоже, в этот день Юлиану было суждено испытать массу острых ощущений. Осторожничая, он не рискнул сесть верхом, но на одном из поворотов оступился и повис на поводьях. К счастью для обоих, умница гнедой с испуганным ржанием попятился назад, умудрившись не свалиться следом за хозяином.

Раздумывая, что делать юноша глянул вниз, но благоразумие одержало верх. Интуиция подсказывала, что больше хэппи-энда с приземлением не будет. Успокаивая нервничающего коня, он с трудом нащупал опору и выбрался на тропинку. Очень внимательно глядя себе под ноги, мокрый от напряжения Юлиан наконец-то спустился вниз и, облегчённо перевёл дух. Он немного отъехал, и от повторного взгляда на тропу у него ёкнуло сердце. «Твою ж!.. Как это я умудрился забраться по этому ужасу, да ещё верхом?»

— Спасибо, что спас, Ганнибал.

Конь фыркнул, и Юлиан улыбнулся.

— Согласен, приятель, тебе не очень повезло с хозяином. Но не переживай, бывают и хуже. Чем же тебя задобрить?.. А, вспомнил!

Порывшись по карманам, он нашёл кусочек свекольного сахара. Гнедой снова фыркнул и, повернув изящную голову, деликатно взял с его ладони новомодное лакомство.

— Вперёд, Ганнибал!.. Быстрей!

Без дополнительных понуканий умное животное, получив приказ, перешло с рыси на галоп.

Чтобы не тревожить Цветанку, юноша ничего не рассказал о происшествии. А потрясённые пастухи из деревенек близ Никейи ещё долго врали, что видели в небе летающего дракона, сияющего на солнце, как белый снег на горных вершинах. Но им никто не поверил, зная, что они те ещё бездельники и во время выпаса частенько прикладываются к кувшину с пивом. А спьяну в горах ещё и не такое привидится.

Рогатый бог и ночь вне закона

Как положено, древнее празднество началось после заката. И началось оно с торжественного богослужения в главном храме, посвящённом Рогатому богу, олицетворяющему мужское начало. Причём стоящий на пьедестале древний каменный исполин, украшенный позолоченными оленьими рогами, очень отличался от своих более поздних ипостасей, лукавых и полупьяных.

Держа в правой руке торк — символ луны, а в левой — сжимая змея, Рогатый бог сурово смотрел на легкомысленную паству и высших жрецов, формально блюдущих традиции. К его неудовольствию, как и немногих искренних приверженцев, церемония по празднованию Сатурналий сильно изменилась. Под влиянием католического ханжества она утеряла своё основное назначение — таинство единения с природой. Народу не очень это нравились, но кто бы его спрашивал.

Даже ведьмы смирились. Во время церемонии они спокойно стояли в сторонке и ни во что не вмешивались. С низко опущенными капюшонами свободных балахонов они больше походили на скромных монашек, чем на своевольных жриц богов плодородия, которые своей раскованной сексуальностью и духовным единением с природой взывали к её животворящему началу, и она откликалась им буйным ростом трав и невиданной плодовитостью животных.

Ровно в полночь пышная процессия с факелами направилась к священной роще. Народу было много, и огненная змея медленно ползла к лесистой горной вершине, на которой находился древний алтарь.

Тем временем в мёртвой тишине опустевшего храма пронёсся тяжкий стон, и его стены навсегда покинула незримая душа Рогатого бога. Ведьмы это почувствовали и тревожно переглянулись, но люди ничего не ощутили.

Когда процессия достигла священной рощи, там уже было всё готово к финалу церемонии. Охотники поймали редкого белого оленя, а пришедшие с утра младшие жрецы, напоили его зельем и вызолотили рога и копыта. Закрыв глаза, он смирно лежал на потемневшем каменном жертвеннике, и лишь временами по его бархатистой шкуре пробегала мелкая нервная дрожь.

Под дробь барабанов и жалобное пение флейт жрецы в рогатых уборах начали свой священный охотничий танец, древний как мир. Музыка и песнопения становилась всё быстрей, движения танцоров — всё стремительней. Наконец, главный жрец гортанно выкрикнул призыв Рогатому богу и, схватив приготовленный нож, совершил ритуальное убийство. Брызнула алая кровь из-под ножа, но принесённый в жертву олень чудесным образом воскрес. Немного полежав, он поднялся и с силой ударил копытами по алтарю, и на нём вспыхнул священный огонь, символизирующий возрождение вечно юной природы.

Но затем произошло ещё одно непредвиденное чудо. Вместо того чтобы убежать в лес величественный красавец повернулся к людям. Горделиво подняв голову, увенчанную короной из позолоченных рогов, он долго смотрел на их удивлённые лица. В тёмных глазах священного животного читались нечеловеческая мудрость и всепрощение, а затем он развернулся и неспешно перешёл на бег. У леса он снова обернулся и, отчётливо видимый на странно светлом фоне, словно прощаясь, кивнул головой.

Ведьмы испуганно вскрикнули, а люди из процессии повалились на колени и зашептали молитвы. Но панику предотвратил главный жрец, благообразный старец в белом одеянии. Он торжественно заявил, что это знак наивысшего благоволения Рогатого бога. Повеселевшие люди приободрились и, подождав, когда запалили гигантский факел от огня, воссиявшего на алтаре, с хвалебными песнопениями отправились в обратный путь. Формальный долг был исполнен, и священная роща опустела. Поэтому никто не увидел, как на алтаре снова появился жертвенный олень, залитый кровью. Он хрипел и бессильно бился, пытаясь подняться на ноги.

Священное животное глянуло туда, куда ушли его неблагодарные дети, и в его глазах навеки застыли смирение и смертная тоска. Олень уронил благородную голову и по священной роще пронёсся неслышимый человеческими ушами стон множества волшебных существ. Горестно стеная, невидимые духи — хранители полей, лесов и рек — собрались к умершему богу, чтобы воздать ему последние почести. И вдруг среди деревьев замелькали поджарые тени. Огромная белая волчица первой прыгнула на неостывший труп оленя и вырвала ему сердце. Подняв окровавленную морду, она