Читать книгу - "Этот мир не выдержит меня. Том 6 - Максим Майнер"

и транспортом на тот случай, если операция пойдёт не по плану и нам придётся совершить экстренное отступление, в простонародье именуемое «позорным бегством».

Вскоре Лэйла, заинструктированная мной по самое не могу, залезла в свою ячейку, не переставая ругаться как сапожник, а вернувшиеся бойцы Серого ловко сцепили телеги, наглухо перегородив дорогу.

Мы с Фольки и Большим, потратив ещё некоторое время на тщательную маскировку позиций, наконец разместились на одном из холмов.

Всё было готово к встрече дорогих гостей. За округой теперь наблюдал только невидимый морфан, и уже совсем скоро он доложил, что на наш «спектакль» пожаловали первые «зрители».

С севера подошёл отряд разбойников…

* * *

'Переправа, переправа!

Берег левый, берег правый…'

Я тряхнул головой и уже в сотый раз посмотрел на реку и мост. Караван «вольников» медленно, но неумолимо полз в нашу сторону. Через четверть часа они будут здесь.

Секунды неторопливо сменяли друг друга. Внутри появился непривычный мандраж. Когда работаешь один, успех или неудача зависят только от тебя, но сегодня всё было не так.

Сегодня я ощущал себя кукловодом, которому выпала сомнительная честь управлять крайне своевольными «марионетками», а из всех инструментов в моём арсенале имелись лишь тонюсенькие нити, подведённые к сделанным на коленке минам… Впрочем, даже эти нити находились не в моих руках.

Вдох-выдох. «Отставить сомнения», — приказал сам себе я. Время для них уже давно прошло. Все распоряжения отданы, все инструкции озвучены, все бойцы готовы к бою. Дело за малым. Оставалось дождаться нужного момента и дать сигнал.

Откуда-то сверху послышались стелющиеся шаги, а через мгновение над ухом раздался голос морфана.

— Оуни пришли, — доложил Дру-уг. — Три оудинакоувые коуманды поу пять челоувечекоув. Всё как ты гоувоурил…

Я с облегчением выдохнул. «Пальцы». Наконец-то.

Теперь операция шла ровно так, как было задумано. Противник концентрировал силы, и оставалось надеяться, что нам не придётся об этом пожалеть.

— Где они? — коротко спросил я.

— Там, — Дру-уг, видимо, махнул рукой, указывая направление, но, быстро сообразив, что его жест никто не видит, добавил: — Воузле маленькоугоу гоуроуда, где живут тоулстые челоувечеки…

Под «маленьким городом» морфан, разумеется, имел в виду деревню «старообрядцев». Других поселений здесь попросту не было.

— Ты молодец, — негромко сказал я, не отрывая взгляда от ползущего по дороге каравана. — А теперь иди на своё место и будь готов. Скоро всё начнётся.

— Пусть поувелитель даст нам мноугоу синегоу света!

Я не видел морфана, но почувствовал, как он встрепенулся. Словно хищник, почуявший запах крови.

— Иди, — повторил я, а затем добавил, правда, уже про себя: «Синего не обещаю, а вот красного точного будет с избытком».

Ответом мне стал лишь едва различимый шелест шагов. Невидимый Дру-уг спустился по склону и осторожно — так, чтобы никто не заметил, забрался в своё укрытие.

Караван «вольников» уже огибал наш холм. Повозки и люди были так близко, что я мог разглядеть даже мельчайшие детали одежды, снаряжения и упряжи. Сердце ускорило свой бег, но теперь не от волнения, а от предвкушения схватки. «Мыши» почти забрались в «мышеловку», и мне осталось лишь прищемить им «хвост».

Я перехватил ружьё. Ладонь удобно легла на приклад.

Скрип колёс, фырканье волов и людской говор становились всё громче. Звуки смешивались, превращаясь в сплошной гомон, но, когда он дошёл до пика, вдруг наступила тишина. Почти мёртвая на фоне недавнего шума.

Караван остановился, наткнувшись на перегородившие дорогу повозки. Теперь со своего места я видел лишь макушки возниц и блестящие на солнце наконечники копий.

— Что здесь происходит? — раздался чей-то властный и очень напряжённый голос. Судя по странному произношению, это говорил кто-то из «вольников».

— Пра-астите, ми-илстивый го-оспадарь! — нещадно растягивая и коверкая слова, ответил Серый. — Возки наши сцепанулись, но то не моя вина! Кисляк — вот дубина! Я же ему го-орю: «Ку-уда же ты прёшь, родимый?», а он чё? А он всё равно прёт!

— Так, а я-то чего? — в разговор тут же вступил «Кисляк». — Я-то и не пёр никуда, ехал себе и ехал, енто ты, Шершавый, с братьями своими неразумными, навстречу выперся, а терь на меня бочку катишь! Думаешь, барин — дурак дураком? Барин-то, поди, сразу видит, кто честный мужик, а кто языком хуже бабы метёт! Так ведь, барин?

Последние слова «Кисляк» явно адресовал тому, кто вёл караван.

— Плевать мне, кто прав, кто виноват, — в голосе «вольника» уже не было напряжения — только брезгливая властность. Разыгранная сценка выглядела настолько достоверно и убедительно, что он полностью успокоился, посчитав произошедшее обычной случайностью.

— Как плевать-то, барин? — «Кисляк» не унимался. — Он мне всю бочину у телеги разворотил! Кто чинить-то её будет?

— Заткнись, — зло бросил «вольник». — Или я разворочу тебе брюхо, а это, уж поверь, будет совсем не исправить… Убрать повозки! Быстро!

— Мы бы с радостью, госпадарь, — голос Серого задрожал от неподдельного испуга. — Но не могём никак! С полудня уже стоим, время теряем… Я с братьями на ярманку ехал, но терь уж кака ярманка? Терь бы до-омой бы до-обраться…

«Вольник» несколько долгих секунд молчал. Я не видел этого человека, но буквально чувствовал ту борьбу, которая происходила внутри него. Ему очень хотелось прикончить сиволапое мужичьё, мешавшее проезду, но победил здравый смысл — жестокость в данном случае никак не помогла бы решить сложившуюся проблему.

— Секий, Рейн, возьмите людей и спихните повозки этих вонючих ослов в стороны, — приказал «вольник». — Разбейте этот хлам, если понадобится, но мы должны ехать дальше!

— Как «разбейте», барин⁈ Не надо ничего разбивать… — несмело подал голос «Кисляк», но его протест не возымел никакого эффекта.

Наконечники нескольких копий исчезли из поля моего зрения. Названые «вольником» бойцы положили своё оружие и отправились выполнять приказ.

Им хватило всего несколько минут, чтобы сдвинуть преграду в сторону, оставив лишь небольшой проезд — ровно такой, чтобы пусть и с трудом, но мог протиснуться вол и ведомая им повозка.

Отлично. Всё шло по плану. Я положил палец на спусковой крючок.

Первая повозка пошла вперёд. Я услышал, как пронзительно скрипнули обитые сталью колёса, и увидел, как качнулась остроконечная шапка возницы.

Секунда, ещё одна. Сейчас «Кисляк», «Шершавый» и его фальшивые «братья» должны были отходить на закрытые позиции — быстро, но не привлекая внимания, чтобы не вызвать подозрений.

Я медленно поднял ствол к небу. Если Серый и его бойцы замешкались, то их судьбе можно только посочувствовать.

Пора. Спуск медленно поддался давлению пальца. Выстрел! Верх устремились языки пламени, сопровождаемые клубами густого едкого дыма.

В первое мгновение грохот казался попросту оглушительным, но через секунду стало понятно, что всё познаётся в сравнении.

Земля под нами задрожала в ответ