Читать книгу - ""Фантастика 2025-155". Компиляция. Книги 1-32 - Сергей Александрович Плотников"

— Вы врёте!

— Можете спросить Надворного Судью. Михаил Карлович Шарцберг, знаете такого?

— А-а-а!

С криком Белинский отпрыгнул, расцепив канделябры. Никогда больше не выберу эти дурацкие штуки в качестве оружия!

Мы сошлись еще раз, нанося и отражая удары. Только сейчас мой противник пошёл ва-банк. У меня даже мурашки по загривку побежали — Белинский вливал в несчастный канделябр раскалённый эфир. Сволочь, Талант использует! Ещё пара-тройка секунд, и бронзовый светильник превратится в нечто, способное разрубить меня пополам.

В дело неожиданно вмешался Анубис. Поднялся из глубины, будто огромная рыбина, и “рявкнул” натуральным могильным холодом.

Даже мне стало не по себе от такой жуткой магии. А мой противник побледнел, потерял концентрацию и рассыпал эфирное плетение.

Ну держись, подлец! Я отбил его “подсвечник”, резко уронил руку вниз, чуть наклонился и врезал ему по ноге. Подсечка вышла что надо. Белинский опрокинулся, рухнул навзничь и выпустил из руки канделябр.

Где-то далеко шумела толпа, то ли возмущаясь, то ли, наоборот, подбадривая меня. Плевать на них — я должен закончить этот балаган немедленно.

Белинский хотел подняться, но перед его лицом оказалось моё бронзовое оружие. Он выдохнул и откинулся на землю.

— Добивайте быстрее, не хочу мучиться.

Мальчишка, ой мальчишка!

— Сударь, за кого вы меня держите? Я похож на убийцу? Думаете, мне доставит удовольствие ваша смерть?

— Я…

— Мне не нужна ваша жизнь, дорогой вы мой. И ваших товарищей тоже. Мне и Шереметев был безразличен, пока не захотел отобрать моё наследство.

— Вы обманываете меня.

— Какой в этом смысл? Проще было бы вас убить, тем более по всем законам я имею на это право. Вы нарушили условие поединка и собирались применить Талант. Ну и кто из нас обманщик?

Белинский поджал губы, но возразить ему было нечем. Я протянул ему руку:

— Предлагаю закончить дуэль и разойтись миром. Берите своих товарищей, езжайте к Судье и узнайте, как было на самом деле. А потом найдёте меня и принесёте извинения. Если, конечно, так подскажет ваша совесть.

Он лежал на земле, смотрел на меня снизу вверх и жевал губы. Умирать ему расхотелось, а согласиться на мои условия не позволяла гордость.

— Решайте, сударь. Я устал ждать, когда вы найдёте свою честь.

— Согласен, — выдохнул он, сжав зубы.

Я улыбнулся совершенно по-дружески и протянул ему руку.

— Поднимайтесь, сударь. Не слишком хорошее место вы выбрали, чтобы отдыхать.

Он встал с моей помощью и скривился, опираясь на левую ногу. Всё же я неплохо приложил его во время драки.

— Господа! — к нам подскочил худой секундант.

— Мы примирились.

Белинский кивнул, подтверждая мои слова. Публика, хоть и стояла далеко, услышала и разом зааплодировала. Ох, они всё же умудрились устроить балаган из дуэли!

Я обернулся к двум другим противникам. Добролюбов сплюнул на песок, отвернулся. А Писарев поморщился, будто съел дохлую мышь, и гордо задрал подбородок. Хотят продолжения дуэли? Думают, что справятся лучше?

Худой уводил прихрамывающего Белинского, а ко мне спешил Бобров, лыбясь и радостно размахивая руками. Но в этот момент я почувствовал запах озона. Волоски на руках встали дыбом, перед глазами дёрнулась мелкая рябь, а в горле встал комок. Ёшки-матрёшки! Магия! Секунда, и в меня полетел огненный всполох — убийственная атака природного Таланта.

* * *

Пламя окутало меня, будто падшего ангела. В голове мелькнула мысль — всё, конец. Но тут же на груди вспыхнул защитный Знак, нарисованный вчера. Огонь не смог пробиться через невидимую преграду, и только волосы на голове затрещали от жара.

Языки огненного всполоха бессильно зашипели и пропали, будто их и не было. А я уже разворачивался, ища глазами врага. Кто посмел? Кого я сейчас буду сильно обижать за подлое нападение в спину? А ну выходи, зараза!

Его взгляд было ни с чем не спутать — так смотрят промахнувшиеся охотники, убийцы и отвергнутые парижанки. Губы колдуна кривились, а сам он подался назад, ожидая ответной атаки.

“Анубис, фас!” — мысленно скомандовал я.

Мой Талант зарычал и ринулся на обидчика. Вот только Бобров успел первым.

Бух!

Выстрел “громобоя” ударил по ушам. Алая полоса прочертила площадку и вонзилась в грудь мага. Заряд вспыхнул и осыпался искрами, не сумев пробить защиту. Но следом атаковал Анубис — выбросил тёмный протуберанец и захлестнул им горло колдуна. Тот захрипел, а магическое щупальце уже втягивалось обратно, вырвав из тела противника что-то прозрачное и мерцающее.

Бух!

Бобров выстрелил ещё раз. Но заряд попал уже в мёртвое тело и только отбросил его на землю. А внутри меня Анубис, урча и чавкая, пожирал нечто, выхваченное из колдуна. Душу? Жизненную силу? Астральное тело? И знать не хочу! Меньше знаешь — крепче спишь.

— А-а-а-а!

Женский крик взлетел над площадкой. Среди зевак возникла паника, люди заметались, вопя и разбегаясь по кустам.

Не обращая на них внимание, я пошёл к трупу. Странное дело: в дуэли должны были участвовать одни, а умер совершенно другой.

Убитый лежал на траве, раскинув руки. В мутных глазах застыло удивление, а рот был перекошен. Лицо совершенно незнакомое, даже мельком его никогда не видел.

Рядом оказалась троица, вызвавшая меня на дуэль. Они выглядели ошарашенными, разглядывая несостоявшегося убийцу, моргая и нервно сжимая кулаки.

— Ваш знакомый? — спросил я их.

— Нет! — дёрнулись Добролюбов и Писарев.

Белинский промолчал, но по лицу было видно — он знает мертвеца. И совершенно не ожидал от него подлой атаки.

— Я запрещаю продолжать дуэль!

К нам подлетел господин в парчовом камзоле, расшитым золотом.

— Запрещаю! Вы, — он обвёл рукой троицу, — никаких больше нападок на Урусова. Узнаю — сошлю в Сибирь, и никакие покровители не помогут. Какой бесчестный поступок! Напасть со спины!

— Мы…

— Вы не вы, а никаких больше дуэлей — позор! Подите вон отсюда!

Господин повернулся ко мне, схватил за руку и начал трясти.

— Антон Антонович Духановский, помощник градоначальника Сквознякова. Очень рад знакомству. Не волнуйтесь, дорогой Константин Платонович, мне Марья Алексевна уже всё рассказала. С этим, — он указал на труп, — мы немедленно разберёмся. Всё будет хорошо, обещаю!

Понятно, княгиня замолвила за меня словечко перед городским начальством. Всё-таки она имеет тут вес, несмотря на всю эпатажность и мнимое сумасшествие.

* * *

Меня окружили Бобров, Александра, Диего и княгиня. Поздравляли с победой, радовались, что я остался жив. Рыжая пищала от восторга