Читать книгу - "Идеальный дефект - Вадим Фарг"

и отработанного масла, который он с гордостью заставил нас есть. Как мы давились, переглядываясь и пряча улыбки, только чтобы не обидеть эту безумную консервную банку.

Зеркальные стены искажённой психосферы покрылись глубокими трещинами. Ледяной туман начал исчезать на глазах под воздействием этого ментального тепла.

И, наконец, я вложил в свой мысленный посыл самое главное. То щемящее чувство защищённости и покоя, которое мы испытывали, когда просто молча сидели рядом в рубке, глядя на проплывающие мимо звёзды. Чувство, что мы больше не одиноки. Что мы стая и настоящая семья, пусть и собранная из сломанных галактикой изгоев.

Яркий, ослепительный свет настоящих человеческих воспоминаний вспыхнул с силой взрывающейся сверхновой звезды.

Тень издала невыносимый для слуха визг. Для холодного, выверенного программного кода Императора этот эмоциональный резонанс был сродни долгому купанию в концентрированной кислоте. Бесформенная тьма начала с мерзким треском рваться на куски, заживо сгорая в обжигающих лучах человеческой эмпатии. Она физически не могла существовать там, где была искренность.

Чёрная масса ярко полыхнула напоследок и безвольно осыпалась на зеркальный пол жалким пеплом.

Цепи, сотканные из страхов, с оглушительным звоном лопнули. Ани потеряла опору и начала падать, но я успел рвануться вперёд и надёжно подхватить её на руки.

Она резко распахнула глаза. Маслянистая чернота её глаз отступила, уступая сияющим золотом её настоящего взгляда.

— Влад… — слабо прошептала она, отчаянно цепляясь тонкими пальцами за мои плечи.

— Я здесь, Ани. Я всегда здесь, — я крепко прижал её к себе, чувствуя, как сильно бьётся её сердце.

— Они… они уже слишком близко. Наш корабль… ракеты…

— Я знаю. А теперь давай вместе покажем этим бездушным жестянкам, что бывает, когда они без спроса лезут грязными руками в наши головы.

Ани решительно кивнула. Наши пальцы крепко сплелись.

Я почувствовал, как её подавляемая годами псионическая мощь сливается с моей непреклонной волей. Мы стали единым целым. Две половинки разорванного генетического кода, наконец-то нашедшие друг друга в этой бесконечной тьме.

— Вышвырнем их! — в один голос крикнули мы.

Мы одновременно направили весь этот накопленный эмоциональный заряд вовне, словно таран. Психосфера имперской лаборатории разлетелась вдребезги. Реальность ударила по моим чувствам наотмашь.

Я снова оказался на мостике «Рассветного Странника». Игла моей симбиотической руки с громким шипением выскользнула из шеи Ани, тут же трансформируясь обратно в обычные пальцы. Девушка судорожно вдохнула спёртый воздух, словно вынырнув из-под многометровой толщи воды.

Мы синхронно открыли глаза.

Издав почти нечеловеческий крик и выплеснули нашу совместную ментальную энергию прямо в открытые нейронные узлы нашего биомеханического корабля.

«Внимание. Принудительная перезагрузка центральных систем. Внешнее вирусное вмешательство успешно устранено», — холодный голос Вазара в моей голове впервые за долгое время прозвучал с явным оттенком уважения к органике.

Ани медленно, немного пошатываясь, подошла ко мне. Её руки всё ещё дрожали после пережитого ужаса. Она опустилась рядом прямо на металлический пол и заглянула мне в глаза, в которых всё ещё догорал холодный голубой огонь симбиота. В её золотом взгляде больше не было ни капли чужой тьмы.

— Я же обещал, что никогда тебя не отпущу, — прошептал я, осторожно стирая каплю крови с её бледной щеки.

Глава 15

Космос за бронестеклом обзорной палубы превратился в кипящий котёл из плазмы и лазерных лучей. Мостик «Рассветного Странника» пульсировал багровым светом, словно огромное израненное сердце, бьющееся в предсмертной агонии. Нас безжалостно убивали.

— Щиты на шестнадцати процентах и продолжают стремительно падать! — отчаянно закричала Кира. Девушка с маниакальным упорством колотила по дымящейся консоли. — Влад, правый борт сейчас просто испарится к чертям собачьим!

— Держи их, Кира! Выжимай из реактора всё, до последней капли! — рявкнул я, крепче стискивая зубы.

Семён Аркадьевич, красный как рак, мёртвой хваткой вцепился в штурвал. Старый капитан закладывал такие виражи, от которых мои внутренности скручивались в тугой узел, а искусственная гравитация жалобно скулила.

— Не учи отца летать, салага! — прорычал он, пытаясь увести наш неповоротливый крейсер из-под перекрёстного огня. Его любимая потёртая фуражка давно слетела с головы. — Но если мы прямо сейчас не вырвемся из этого чёртова котла, от нас останется только облако светящейся радиоактивной пыли!

Идеальная флотилия Вазара взяла нас в смертельные тиски. Рой безжалостных чёрных кораблей и тяжёлых крейсеров сжимал кольцо, выбивая из нашего левиафана последние крохи жизненных сил. Я чувствовал это физически. Мой нейросинхрон с кораблём работал на полных оборотах, превратив меня в живой проводник его боли. Каждый лазерный ожог на матово-чёрной хитиновой обшивке «Странника» отдавался пульсирующей болью. Моя биомеханическая левая рука судорожно сжималась в кулак, металл скрежетал о металл.

Ани стояла рядом со мной. Её белые волосы разметались по плечам, а золотые глаза неотрывно следили за тактическим экраном. Она была готова в любую секунду обрушить свою разрушительную псионическую мощь на врага, но на таких огромных дистанциях против бронированных дредноутов это было равносильно попытке пробить бетонную стену голым кулаком. Чуть поодаль Доктор Лиандра хладнокровно распаковывала медицинские наборы, готовясь к самому худшему сценарию, а здоровяк Морж грозно потрясал своим пулемётом, изрыгая ругательства на всех диалектах Периферии.

Криптик носился по рубке, как ошпаренный. Наш шестилапый пушистый индикатор угрозы буквально сходил с ума от перегрузок. Его дымчатая шерсть стояла дыбом и сыпала во все стороны слепящими фиолетовыми искрами. Зверёк пронзительно визжал, предчувствуя скорый конец нашей маленькой стаи.

— Фиксирую входящий сигнал по открытому каналу, — бесстрастно доложил Гюнтер. Наш робот окончательно отбросил манеры услужливого официанта и перешёл в режим боевой турели. Его единственный красный окуляр зловеще мерцал, просчитывая сотни траекторий. — Источник — флагман противника.

Динамики на мостике противно затрещали, и рубку заполнил знакомый, ледяной голос с металлическим лязгом.

— Шах и мат, Единица Семь-Три-Четыре, — произнёс Командир Вазар. В его цифровом тоне не было ни капли торжества или злорадства. Только сухая констатация факта. — Все векторы вашего отхода заблокированы. Ваш корпус критически повреждён и не выдержит следующего залпа. Отключите оружие и заглушите двигатели. В противном случае, я просто соберу ваши органические останки с обшивки моего корабля.

Я презрительно сплюнул скопившуюся во рту солоноватую кровь прямо на палубу. Мой внутренний симбиот согласно заворочался в подсознании, требуя пролить машинное масло своего самопровозглашенного цифрового бога.

— Иди к чёрту, Вазар, — процедил я в коммуникатор. — Мы ещё посмотрим, кто кого будет соскребать.

Классическая космическая дуэль была заранее проиграна. Нас просто расстреляют на безопасном расстоянии, как неподвижные