Читать книгу - "Хозяин вечности. Дочь наемника - Олег Костенко"

– Бутылку, – потребовала Инори, – с чем-нибудь крепким и тонизирующим.

Подумав, добавила:

– И два стакана. Огоньки засияли ярче, получив команду, робот не спеша поплыл к бару. При этом он зачем-то поворачивался вокруг оси.

Горд присел на постели.

– Может не стоит с утра?

– Слабо? – спросила Кавай, слегка подмигнув. – Может опять устроим соревнование!

Пилот только хмыкнул. Да, собственно, у них всё с этого тогда и началось.

Забавно, но он уже не помнит на вскидку, с какой планеты её в тот раз вывозил. Слишком много было их, в его жизни, шариков с незапоминающимися названиями. На многих из них Горд не пробыл и дня. А вот что прибывал тогда, в очень мрачном расположении духа, помнит отлично. Семь лет. Да, целых семь лет, прошло с того момента, когда его тринадцатилетний сын отказался ставить имплант и ушёл из Гильдейский школы.

Теперь, столько времени спустя Зимин понимал, что парню потребовалось нимало мужества, что бы настоять на своём собственном пути. Но легче Горду от этого не было. Всё-таки трудно быть объективным, когда грозит прерваться династия. А уж тогда-то…

В общем, весь тот небольшой перелёт Зимин имел весьма угрюмый вид. А бьющая ключом жизнерадостность пассажирки только подливала масла в огонь. Горд знал, что такое поведение обычно для её расы, но поймал себя на мысли, что кавай его раздражает. Ну ладно, пребывать в её обществе космогатору оставалось совсем не много: «Ласточка» приближалась к планете. Уже через час она должна была войти в зону контролируемых орбит.

Горд пошёл проверить состояние пассажирки. Снотворного во время перелёта Инори не употребляла: кавай пользовалась услугами гильдии достаточно часто, и её мозг успел полностью адаптироваться.

Пассажирка прямо сидела в кресле, положив руки на подлокотники. К виску её, в специальном держателе, был приставлен биокристалл. Глаза у женщины были прикрыты. Зимина в очередной раз поразило её сходство с человеком. По своему строению и физиологии кавай были довольно близки к людям, Инори же ставила в этом явный рекорд.

Почувствовав приближение Горда, она приподняла веки.

– Чего такой хмурый? – поинтересовалась она.

В Горде вновь поднялась волна глухого раздражения. Ей-то что за дело, – подумал он. – Впрочем, от представителей этой расы никогда не знаешь чего ожидать.

– Глотни, – вдруг предложила она, – сразу полегче будет.

Только тут космогатор понял, что пассажирка немного навеселе.

Инори протянула ему грушу из мягкого пластика, приспособленную к условиям невесомости. Правда сейчас «Ласточка» двигалась с небольшим ускорением, создавая внутри себя слабую силу тяжести.

– Давай!

В последствии он долго думал, почему согласился. Вообще-то алкоголь во время полёта был космогаторам запрещён категорически.

Горд принял грушу, сдавил, сделал короткий глоток и вдруг закашлялся. В сосуде находился чистый спирт, который мгновенно обжёг ему горло. Откашлявшись, Горд невольно выругался.

Кавай удивлённо приподняла брови.

– Неужели бравый космогатор не пьёт ничего крепче лимонада?

В голосе Инори звучала насмешка, она немного задела Горда.

– Сходим на тверди в бар, тогда узнаешь, – пообещал он.

Твердью пилоты называли планеты.

Кавай томно потянулась, не отвязывая ремней.

– В бар? Можно. Предлагаю соревнование, кто кого перепьёт. Только учти, я имею в виду отнюдь не соки.

Горд изначально понимал всю глупость подобного состязания, да только остановиться уже не мог.

– Решила перепить космогатора, ладно. Назначай время дуэли.

Кавай удивлённо посмотрела на него:

– Зачем откладывать.

Вот так и вышло, что вместо того, что бы связаться с местным отделением гильдии и получить новое задание Зимин, в сопровождении Инори, сразу по прибытии двинулся к ближайшему бару.

Соревнование вышло славным. Вскоре оба они утратили счёт выпитым стаканам. Так, что определить победителя не представлялось возможным. Но к тому времени, это никого из них уже не смущало. Мир погрузился в белесый туман. А когда он развеялся, Горд, с немалым удивлением, обнаружил, что делит с Инори одну постель в какой-то гостинице.

Да, так оно всё и было, – подумал Горд, одеваясь. Он с удовольствием опустил босые ноги на мягкий, пружинящий под ногами ковёр. Белесый мех, который слегка поддувался воздухом снизу чуть-чуть щекотал стопы, и Зимин признал, что илари, на чьей планете они сейчас находились, знали толк в комфорте. Пожалуй, даже, что чересчур: слишком уж тут расслабляло.

Подплывшая сфера выдвинула из себя поднос со стаканами. Хорошая машинка, – отметил про себя Горд, с соображением. Он вспомнил, насколько нечёткой была команда Инори.

В бокале, не сливаясь, переплетались разноцветные спиральные струйки. Горд выпил. Вкусовые ощущения попеременно сменялись во рту: от сладкого, до лимоннокислого.

Что ж, илари всегда были расой эпикурейцев. Впрочем, Горд сильно сомневался, что рядовым обитателям планеты доступна подобная роскошь.

– Ну, так что, может, действительно посоревнуемся, потом, когда закончим дела, – игриво предложила Инори. – А то мы, так тогда ничего и не выяснили.

Горд вспомнил, что не мог тогда двое суток покинуть планету: ждал, когда упадёт концентрация алкоголя в крови. Иначе компьютер собственного корабля заблокировал бы его подключение к системам «Ласточки». Нет уж, спасибочки.

Конечно, он понимал, что сейчас Инори его только поддразнивает. Однако от необходимости придумывать достойный ответ его избавил стук в дверь.

– Войдите, – сказала Инори.

Тяжёлая дверь отворилась, и в помещение вошёл Олдрин. Детектив был одет в лёгкую тунику, вполне соответствующую местному жаркому климату. На его поясе весел короткий ритуальный меч, с которым большинство мужчин его расы на людях предпочитали не расставаться.

– Пора, – без предисловий сообщил он, – Маркон ждёт нас в машине.

Они зашагали по коридорам городской резиденции Оритур Кварус Маркона. Зимин мельком отметил, что роскошью здание не уступало даже королевскому дворцу на Горгоне, а крупная парадная лестница сделала бы честь любому человеческому музею.

На втором этаже космогатор заметил женщину илари наблюдавшую за ними из темноты коридора. Её глаза горели испуганным любопытством. Возможно одна из трёх жён их гостеприимного хозяина или дочь, или сестра. Врождённая глупость женщин этого народа давно стала притчей среди всех рас трёх галактик. Ни о каком равноправии полов здесь и речи быть не могло.

Первый этаж. А вот эта девочка будет посмелее: стоит возле самой лестницы. Глазёнки так и бегают, и в них одно любопытство.