Читать книгу - "Осколки вечности - Вячеслав Седов"

Феникс задержался, бросив взгляд на Кеарха. Тот лежал униженный и подавленный на траве. За «великодушие» Карасу эльфу предстояло заплатить двойную цену: не просто ждать своего конца, гадая об изобретательности жестокого палача, но и жить после такого позора среди сильванийцев. Впору было пожалеть беднягу.

Полукровка отыскал своего коня, потрепал напуганное животное по холке и, вскочив в седло, принял у Гюрзы поводья заводной лошади. Темный эльф, тем временем, ничуть не смущаясь, пересчитал добытые с мертвых солдат деньги, разделил поровну и протянул два кошелька с сильванийской вышивкой своим спутникам. Карнаж отстранил руку Врана и достал из-за бандажа свой кошелек.

– Какого черта, Феникс?! - вспылил Карасу, - Для брезгливости ты выбрал не то время!

– Вран, если мы ввязались в такую историю, то это еще не означает, что нужно так спешить. Не будем забывать об осторожности! На сильванийских кошельках наверняка есть магические метки, - полукровка взял сильванийский кошелек и ссыпал деньги в свой, с облегчением отметив, что монеты оказались феларскими.

– Не глупо, - палач и наемница переглянулись.

– Куда направляемся? - спросил Феникс, - Вран, ты едешь с нами?

– Неправильный вопрос, - опустив глаза ответила наемница, - Я остаюсь со своим господином, если он позволит. Поэтому ты, Карнаж, едешь с нами или нет?

«Ловец удачи» многозначительно кашлянул в кулак и поворотил коня. Темный эльф испытующе глядел на Феникса, но тот хранил молчание.

– У Шаарона нас всех могут сцапать, - наконец ответил полукровка, который хоть и рад был встретить старого друга, но тянуть за собой кровавый след вместе с палачом и наемницей не собирался, - Но мне туда. По серому тракту до болот, а там на другой берег Бегуна.

– Пересекать границу намереваешься? - Карасу ударил пятками в бока своего коня, - Тогда будь осторожен.

– А вы? - поинтересовался Карнаж, - Что мне сказать Бритве, Гюрза?

Полуэльфка вопросительно посмотрела на своего господина. Темный эльф утвердительно кивнул:

– Ты мне пригодишься, - бросил палач, - Я прощаю твое предательство. Ты достойно его искупила. В конце концов не покинь ты меня тогда, когда я был охотником на демонов, все могло закончиться куда хуже.

– Передай Бритве, что я не отправлюсь с ними на «охоту», - ответила «ловцу удачи» наемница, - Я хочу довести свое служение до конца.

Она испытующе посмотрела на полукровку. Карнажу, впрочем, не в чем было ее упрекнуть. Еще в вольнице он слышал в одном из ее рассказов упоминание о бывшем господине, темном эльфе. Что же касалось мести драконам, то Феникс предвидел, что при первой возможности Гюрза повернет с того пути, который может привести в Пепельные Пустоши. Ведь ее жизнь и до этого представляла сущий хаос из постоянно сменяющихся господ и направлений, в которые она обращала клинок, продавая услуги за деньги. Поэтому собственные цели у нее стояли на весьма зыбкой почве.

– Это та возможность, Феникс, которую я очень ждала без капли надежды!

– И вот, свершилось, - закончил за нее полукровка.

– Да.

– Ты же хотела отомстить драконам? - безжалостно напомнил Феникс, больше для того, чтобы удостовериться в возможности еще раз встретить ее на этом поприще.

– У нее будет такая возможность, - сказал Карасу, - Я служу тем, кто может в этом посодействовать.

– Вран, уж не shar'yu'i ли? - усмехнулся полукровка, - Впрочем, не говори. Меня это не касается. С тех пор, как я выполнил заказ для одной демонессы, предпочитаю больше с ними не связываться.

– Ты - «ловец удачи», волен выбирать.

– И ты им был Вран, - заметил Карнаж, - Однако предаваться воспоминаниям здесь непозволительная роскошь. Желаю вам удачи и ярких звезд на серых дорогах!

Полукровка вонзил шпоры в бока своего коня и рванул с места. Темный эльф и наемница поехали в другую сторону, а Кеарха и след простыл. Сильваниец не стал искушать судьбу и поскакал так быстро, насколько позволяла рана, в направлении большого тракта.

Феникс вернулся через четверть часа. По пути он вспомнил один из старых, давно бродивших слухов о ран'дьянцах.

Он осадил коня возле распластавшегося на земле dra. Охотник за головами лежал ничком. Полукровка огляделся и спрыгнул на землю. Приблизившись к телу, «ловец удачи» перевернул его на спину. Поразительно, каким оно стало невесомым и сухим!

Помогая себе кинжалом Феникс снял железную маску. Ему предстала жуткая картина сморщившейся, обхватившей кости черепа кожи. Огромные черные глаза были широко распахнуты и резко выпирали из орбит.

Неужели драдэивари и вправду находили убийцу своего собрата каким-то образом увидев его лицо в мертвых зрачках? Сколько суеверий все же ходили по миру и без того заполненному беспорядочными магическими явлениями, которые выбивались за рамки школ и учений.

«Ловец удачи» оказывался не брезглив в вопросах, касающихся собственной жизни. Поэтому меч уверенно вышел из ножен, твердо сжимаемый рукой в перчатке с набойками, и легко отделил голову dra, залив густой кровью траву вокруг.

Мрачной иронией оказалось то, что свою добычу полукровка поместил в мешок, который отыскал у драдэивари. Сделанный из пропитанной специальным составом кожи именно для подобных целей, он предназначался бы для головы Феникса, окажись Гюрза с Враном не столь проворными. Что ж, неимение достаточного числа денег для откупа своей жизни с лихвой покрывалось наличием доблестных друзей. Конечно, случалось по всякому, отчего полукровка старался держать под рукой оба этих верных средства на тот случай, если одно из них подведет, так как безграничного доверия заслуживал лишь клинок в его собственных руках.

Прихватив маску, «ловец удачи» затолкал голову убийцы в мешок, снова вскочил в седло и во весь опор поскакал на юго-восток, стараясь наверстать упущенное время, держась недалеко от побережья.

Феникс лихорадочно искал выход из столь скверно попахивающей истории. Он не был темным эльфом и не был чистокровным ран'дьянцем, чтобы рассчитывать на содействие и защиту в такого рода делах. Само то, что он помог стороннику демонов, а в этом Карнаж не сомневался, ставило его в щекотливое положение. По особенностям ремесла полукровка был практически одиночкой, и могущество гильдии не смогло бы хоть как-то сгладить удар по нему, как какому-нибудь вору из столичного города. Вор на его месте откупился бы, пусть и немал оказался бы откуп. Большие деньги сразу представят такое громкое слово как «убийство» в ином свете, заменив его где-нибудь в дебрях канцелярии рукой писца на обычную «провинность».

«Ловцам удачи» приходилось жить своим умом и мудрено путать следы, используя все подручные средства. Даже то невольное заступничество за жизнь Кеарха будет на руку Фениксу. Если сильваниец единственный вернется к тем, кто посылал отряд, то, разумеется, никто не поверит ему на слово. Проведя небольшое и пустяковое «испытание чистоты разума», картина, которую увидят маги, сыграет Карнажу на руку. Ведь Кеарху не останется ничего другого, кроме как обелять себя и собственную трусость, ссылаясь на помощь «ловца удачи», которому он был обязан своей жизнью. «Испытание чистоты разума» очень плохо передавало эмоциональную ауру на момент интересующий исследователей, предоставляя в их распоряжение лишь зрительные образы. Следовательно, это дело было для Феникса, как говорится, в шляпе. Теперь оставалось поскорее убраться из южного Фелара.