Читать книгу - "Зейнсвилл - Крис Сэкнуссемм"

Они попрощались, и автоматизированный автобус снова запыхтел по дороге. Проснулся Чистотец в Колумбусе, когда в кресло рядом с ним плюхнулся пожилой белый господин. Автобус тащился в веренице «вакеро» и «мишима» (и на электродвигателях, и на двигателях внутреннего сгорания), бок о бок с моделями в стиле ретро, вроде «хеннепинс» и «ЛаСалле». На некоторых мигала реклама «Тошиба лэнд» или «Буддистских пещер Кентукки». Одна кроваво-красная надпись гласила: «ДЖОН ДИЛЛИНДЖЕР ЖИВ И БЫЛ КЛОНИРОВАН».

— Вот откуда я родом, — тяжело и мокротно просипел старик. — Из Мурсвиля, штат Индиана. Великий город Музеев. Я Уайат Доув. Назван в честь великого Уайата Ирпа[49]. Позвольте представиться, Уайат Т. Доув, мотиватор.

— Мотиватор? — переспросил Чистотец, рассматривая собеседника, который был одет в поношенный костюм цвета корицы с бледно-голубым галстуком. «Неужели он как-то связан с инквизиторами?»

— Ну, сейчас в это уже трудно поверить, но было время, когда вы бы про меня знали. — Старик прищурился. — Меня сравнивали с Тони Робинсоном[50]. Если вы интересуетесь маркетингом, увеличением продаж или такими проблемами, как карьерный рост или обслуживание клиентов, вы просто обязаны про меня знать. Нет? Вот черт! Слышали про латеральное мышление? Ну, так я изобретатель диагонального мышления. Книгу про это написал. Бестселлер номер один целых два дня подряд! У меня была яростивость. Вы, вероятно, даже не знаете, что это такое.

— Нет знаю, — отозвался Чистотец. — Это исключительно американская черта. Способность никогда не сдаваться и держать ноги по ветру. То есть я хотел сказать — нос.

— Вот именно! — блеснув глазами, подтвердил старикан. — Хорошие были деньки! Для начала я атаковал слушателей анекдотом. Потом ударял по ним парой цифр: например, заполучить нового клиента стоит в пять-шесть раз дороже, чем удержать старого, или удовлетворенный клиент похвалит вас семерым, а неудовлетворенный пожалуется шестнадцати. А потом я рассказывал им про «АСПИРИН».

— От головной боли?

— Адаптируемость, Самоотдача, Пробивная сила, Инициатива, Работоспособность, Интерес, Несгибаемость. А потом — про «ЯИЧНИК»: то есть Яркая Индивидуальность, Честность, Новаторство, Идейность, Креативность. Но тебе я скажу, что всегда срабатывает. Три Каменщика.

— Каменщики? — переспросил Чистотец, спрашивая себя, зачем вызывать каменщиков на семинар по мотивации.

— Идешь ты по дороге и видишь трех каменщиков. Подходишь к одному, у которого раствор брызжет во все стороны, и спрашиваешь, что он делает, а он отвечает: «Разве не вишь? Кирпичи кладу». Ты киваешь и подходишь ко второму, который работает очень аккуратно, а на твой вопрос отвечает: «Ба, да я строю стену!» Наконец, идешь к третьему, который выглядит счастливее всех. И знаешь, что он тебе скажет: «Я возвожу собор!» Ну, разве не красота? Но волшебство улетучилось, — закончил он с глубоким вздохом. — Я сбился с пути истинного. А потом в Форт-Уэйне в Индиане… упал с Лестницы Лояльности.

— Как с фургона колонистов на переходе? — не удержался от колкости Чистотец.

— Если бы! Нет, понимаешь, я вставал и кричал: «Самая древняя форма маркетинга — орать!», а потом шептал: «Но разумный подход основан на умении слушать». Нужно обращаться к конкретным клиентам и устанавливать личные доверительные отношения — с уймой дополнительных вторичных ценностей и горами УППов и ЧМЭВов — Уникальных предложений по продажам и Чем-мне-это-выгодо. Потом я забирался за сценой на гигантскую лестницу. В общественных центрах и отелях всегда есть огромные стремянки, — из них получается отличный реквизит. Я говорил о том, что чувствуешь, доверяя кому-то свой бизнес, поднимаясь с ним по Лестнице Лояльности. О том, как тебе боязно, какой ужас ты испытываешь. И иногда мне действительно бывало страшно. Но я знал, что меня поддерживает мощь диагонального мышления. Пока не стал трахать Линди. С ней я познакомился в Литтл-Рок, — продолжал великий мотиватор. — Она танцевала топлес в забегаловке возле Суданского квартала. Лишь один раз мы с ней изобразили тварь о двух спинах, и я уже больше не мог выбросить ее из головы. Меня пригласили в Форт-Уэйн, и вот там-то я пал. Рухнул на сцену, и вся королевская конница, вся королевская рать уже не могли меня собрать.

— Очень жаль, — сказал Чистотец, а про себя задумался, не такая ли участь постигла дядю Уолдо: разъезжает бесцельно на автобусах по стране, одинокий и никому не нужный.

— Может, мне не следовало отдавать рати и коннице все, что у меня было, — попытался улыбнуться мотиватор. — Жена от меня ушла. Переломов у меня было столько, что врачи считали, я уже больше не встану. Диагональное мышление доказало, что они ошибались, но как мотиватору мне пришел конец.

Эти воспоминания так потрясли Доува, что в Индианаполисе Чистотцу пришлось вывести его из автобуса — и помог он старику прежде, чем осознал, что делает. В зале ожидания на вокзале ощущались напряжение и тревога, будто вот-вот должно что-то случиться.