Читать книгу - "Лекарь из Пустоты. Книга 2 - Александр Майерс"

Игнатий Романович. Какие новости? — спросил Владимир Анатольевич.

— Плохие, — проскрипел Сорокин.

— Жаль слышать. Что у вас случилось? — спокойно поинтересовался Измайлов.

— Пациент остался жив. Серебров каким-то чудом уничтожил неизлечимую болезнь. Сами понимаете, это очень впечатлило самого патриарха Бархатова. Он публично похвалил Сереброва, ему аплодировал весь зал! — на последних словах голос магистра дрогнул.

На той стороне наступила короткая пауза.

— Интересно, — наконец, произнёс Измайлов, и в его голосе появилась нотка раздражения.

Сорокин только усмехнулся. Да уж, интересно — это ещё мягко сказано.

— Вы говорили, что случай безнадёжный, — добавил Владимир Анатольевич.

— Он и был безнадёжным! Я не понимаю, как Серебров это сделал! — Сорокин почти кричал, теряя остатки самообладания.

— Успокойтесь, Игнатий Романович.

— Успокоиться⁈ Против меня теперь копает охрана съезда! Полковник Захаров ведёт расследование по факту обыска! Если тот лейтенант расколется… — он не договорил и замолчал.

Измайлов тоже молчал. Магистр слышал лишь его ровное дыхание.

— Вы просите помощи, магистр? — спросил граф.

— Да! Нужно как-то замять это расследование! Давить на Захарова, убрать Громова куда подальше, чтобы он молчал! Иначе…

— Иначе вас, а возможно, и меня начнут ассоциировать с грязной историей, которая к тому же не достигла результата, — закончил за него Измайлов.

— Вот именно. Это в наших общих интересах!

— В этой цепи Громов — слабое звено. Он действительно может стать проблемой. К сожалению, в подобной ситуации нам потребуется радикальное решение.

— Что вы имеете в виду? — по спине Сорокина пробежали ледяные мурашки.

— Устраните этого лейтенанта, — произнёс Измайлов с такой же интонацией, как велел бы вытереть пятно на полу.

— Вы шутите? — выдохнул Игнатий Романович.

— Я полагаю, вам сейчас не до шуток. Громова необходимо ликвидировать, а улики подбросить Сереброву. Двух зайцев одним выстрелом. Вы избавитесь от ненадёжного помощника, а Сереброва обвинят в убийстве. После этого ни патриарх, ни кто-либо другой не смогут его защитить, — закончил Владимир Анатольевич.

Сорокин замер. Телефон чуть не выскользнул из внезапно взмокшей ладони.

Убийство. Он, Игнатий Сорокин, магистр гильдии целителей, светило магической диагностики, должен организовать убийство?

— Это… это уже слишком. Я целитель! Я спасаю жизни, а не… — прошептал он, и собственный голос показался ему слабым, как у ребёнка.

— А что вы сделали сегодня, подсунув Сереброву того пациента? Вы рассчитывали, что человек умрёт. По сути, вы уже совершили покушение на чью-то жизнь. Сейчас речь идёт лишь о том, чтобы завершить начатое и замести следы. Думаете, суд будет более снисходителен к целителю, который собирался организовать подставу со смертью пациента? — Измайлов насмешливо фыркнул.

Каждое слово било точно в цель. Да, магистр уже пересёк черту. Когда он выбирал того пациента, то был готов к тому, что этот человек умрёт. Да, он хотел, чтобы смерть выглядела как врачебная ошибка Сереброва. Но суть-то не менялась.

— Я… я не знаю, как это сделать, — выдавил Сорокин.

— Любой способ подойдёт. Вы же опытный маг, разберётесь. Главное, сделайте это быстро. Лучше всего сегодня же. Пока Громов не дал официальных показаний, — напутствовал граф.

Сорокин молчал, глядя в темноту. Он ощущал себя в ловушке. Выбора, похоже, нет.

— Хорошо, — прошептал он.

— Разумное решение. Действуйте, — одобрил Измайлов.

Связь прервалась. Магистр медленно опустил телефон. Его руки задрожали, но он стиснул кулаки и прогнал из груди страх, заставив его смениться решимостью. Это оказалось трудно, но необходимо.

Игнатий Романович поднялся, налил себе стакан воды, но пить не стал. Поднял взгляд и посмотрел на своё отражение в тёмном окне. Человек, который смотрел на него в ответ, был чужим. Бледным, с горящими лихорадочным блеском глазами.

«Выбора нет», — повторил он про себя, и на сей раз это прозвучало как приговор. И не только Громову. В первую очередь — самому себе.

Игнатий Сорокин, каким он себя знал, умер в тот момент, когда согласился на эту аферу с изгнанием Сереброва. Теперь осталось лишь довести дело до конца. Чтобы эта смерть внутри него не оказалась напрасной.

Российская империя, город Приморск

Вернувшись вечером в номер и приняв приятный горячий душ, я с наслаждением развалился на кровати. Хотелось спать, но у меня ещё оставались дела.

Я взял телефон и набрал номер Артура Строгова. После того ужина в нашей усадьбе мы ни разу не общались, но Артур обещал, что поможет, если потребуется. Момент настал.

— Слушаю, Юрий, — чеканным голосом ответил Строгов.

— Здравствуй, Артур. Как твои дела?

— Всё отлично. А как там у тебя на съезде? — спросил он.

Мы обменялись друг с другом ещё парой вежливых фраз, после чего я перешёл к делу:

— Послушай, есть один деликатный вопрос. У меня есть… скажем так, одно знакомое семейство. Род Волковых. Они находятся в долговой кабале у Мессингов. Меня интересует судьба старшего сына — он служит целителем в гвардии графа Мессинга, по сути, в заложниках.

— И при чём здесь мы? — поинтересовался Артур.

— Я прошу вас забрать сына Волковых к себе в гвардию. Связаться с графом Мессингом, договориться под благовидным предлогом… Если он потребует денег или ещё чего-то — я в долгу не останусь. Мне очень важно, чтобы этот человек вышел из-под влияния Мессингов.

— Любопытная задача. Обмен специалистами между дворянскими гвардиями — такое редко бывает. Сам понимаешь, все хранят свои секреты.

— Он целитель, а не военный. И вряд ли обладает секретной информацией, так что договориться можно, — парировал я.

— Попробовать можно. Я поговорю с отцом, — пообещал Артур.

— Спасибо. На связи, — ответил я и сбросил звонок.

После чего набрал адвоката Некрасова. Тот ответил сразу, его голос звучал бодро:

— Юрий Дмитриевич! Рад слышать. Полагаю, хотите узнать, как там обстановка с нашим новым разбирательством?

— Насколько я знаю, всё в порядке. Кстати, спасибо вам за то, что вызвались помочь. Я это ценю.

— Пожалуйста, барон, — ответил адвокат.

— Звоню вам по другому поводу. Мне нужна кое-какая информация. Всё, что можно найти по роду Волковых, особенно по долговым обязательствам перед графом Мессингом. И главное — есть ли легальные способы эти обязательства аннулировать или переоформить. Любые легальные варианты подойдут, — объяснил я.

Некрасов задумчиво цокнул языком.

— Мессинги… Это птицы высокого полёта. Информация о них может быть опасной.

— Я понимаю, поэтому прошу