Читать книгу - "Под знаком снежной совы - Анна Осокина"

в безопасности, то пан Тадеуш — вовсе нет. Если, как думает Тося, его не убили, а лишь похитили для чего-то, мне нужно во что бы то ни стало найти какую-то зацепку. Понять, как спасти его. И, может быть, это поможет распутать остальной узел, который становился пока только все более и более замысловатым.

Из крупы, которую нашла на кухне, сварила кашу. Без всего, лишь на воде и соли, блюдо не особо-то впечатляло. Но на голодный желудок сгодилось и это. После скромной трапезы принялась искать информацию. Справедливо полагая, что самое важное будет храниться у помещика в кабинете, я начала оттуда.

Здесь было много интересного, загадочного и даже пугающего. В шкафу, который раньше при мне не открывался, обнаружила еще несколько колод карт с пугающими рисунками, когда взяла одну из них в руки — пальцы онемели. Положила на место от греха подальше. Какие-то склянки со странным содержимым, пучки трав, книги… Многие из них на латыни, другие на польском, литовском, некоторые даже на русском, но были и написанные от руки какими-то странными символами, которых я не понимала, но чувствовала, как от одного прикосновения к корешкам волосы на затылке пытаются встать дыбом. Решила не трогать то, чего не понимала. Нашла кости животных и птиц, перья, какие-то камни, свечи в больших количествах.

Обыскала все. Каждую полку на шкафу, ящики стола, осмотрела спальню, спустилась даже в погреб — ничего, что могло бы хоть как-то навести на мысль. Отчаяние накатило с новой силой. Что же делать теперь? Это тупик. Тупик.

Стемнело. Зажгла масляный светильник, который нашла в шкафу. С таким передвигаться по дому гораздо удобнее, он не пытался то и дело погаснуть от колебания воздуха, как свечи. Огонь отбрасывал причудливые тени от предметов. Я поежилась, вспомнив потусторонних бесплотных гостей. Но сейчас мне нечего бояться. Колдун сказал, что демоны поджидают его. А его-то здесь не было. Зато другая опасность никуда не делась.

А что, если?.. Вдруг выживу при обращении? Не лучше ли стать свободной птицей, как мама? Кажется, я начала понимать ее. Зачем возвращаться в человеческое тело снова под угрозой не пережить метаморфозу, когда можно летать по небу, быть свободным и совершенно независимым существом? Может, так и нужно поступить? Снять амулет, перестать противиться своей сути? Я родилась под этим знаком, с этим проклятием, сова всегда где-то рядом.

Влекомая этими мыслями, не заметила, как спустилась вниз, подошла к окну, в которое билась птица той страшной ночью. Конечно, стекло пан Тадеуш заменил, но на раме осталось несколько глубоко въевшихся в дерево коричневых капель. Ее кровь. Я провела пальцами в том месте.

Что, если это и есть моя судьба?..

В каком-то странном состоянии полузабытья открыла настежь окно, холодный ветер сразу взметнул короткие локоны. Я легла на диван, который стоял теперь на своем привычном месте, и залюбовалась почти полной луной. Она звала. Я чувствовала. Только зов приглушал амулет. Нашарила руками застежку и сняла его.

Почти в ту же секунду пространство ожило. Цвета в темноте стали насыщеннее. Я видела, как в темному углу скребется жук, еще не успевший заснуть на зиму. Глаза сразу изменились. Теперь дело за остальным телом. Может, если не противиться, превращение будет не таким болезненным?

Глава 11

Долго лежала без сна. Сперва очень волновалась, что вот-вот начну меняться, готовилась к боли. Но ничего не происходило. Только почти полный лунный диск незаметно глазу путешествовал по небосклону. По мере того, как я поняла, что тело и не думает меняться, сердце начало замедлять бег. В какой-то момент замерзла и натянула на себя шерстяное покрывало, которое висело на спинке дивана и, укутавшись в него с головой, задремала. Медальон лежал рядом на полу.

Проснулась от того, что внезапно меня свела сладкая судорога, волнами удовольствия расходясь от низа живота по всему телу. Впилась ногтями в декоративную подушку, на которой заснула, и застонала. Живот и ноги продолжали сотрясать судороги. Они становились все слабее и слабее, пока я вовсе не пришла в себя, часто и тяжело дыша. Что это сейчас было? Так странно, но так… хорошо…

Солнечный луч, вынырнув из-за тучи, прицельно выстрелил в глаза. Попыталась поменять положение и снова погрузиться в сновидение. Вопреки всем ожиданиям, этой ночью мне не снились кошмары. Не было этих жутких крылатых чудовищ, которые мучали меня несколько лет назад, пока пан Тадеуш не заговорил подвеску. Наоборот: сон оказался сладок. Закрыла глаза и постаралась вернуть ускользающие видения. Даже не совсем видения, а скорее чувства. Теплые крепкие объятия, манящий чуть терпкий запах мужской кожи и волос, ощущение губ на теле в тех местах, где меня никто еще не касался. И вдруг глаза! Яркие голубые глаза, глядящие на меня с расстояния нескольких сантиметров.

Распахнула веки и подхватилась. Моя жизнь крошится в руках, как печенье, а я представляю себе непонятно что! И все же интересно, как там Алексей? Сон получился настолько правдоподобный, что я готова поклясться: он только что был здесь. Касался меня, целовал…

Потерла глаза и осмотрела комнату. То, что увидела, заставило забыть о мужчине. На полу, рядом с диваном и моим амулетом, лежала большая мертвая крыса. Вернее, половина большой мертвой крысы. Грызун валялся на спине, поджав передние лапки и смотрел на меня стеклянным черным глазом. Вместо нижней части его тела торчала только белая кость позвоночника, но крови на полу не осталось. Будто кто-то убил его не здесь, а потом принес «подарочек». Внезапная догадка поразила меня: а ведь это и правда подарок!

Взглядом еще раз внимательно обвела всю гостиную, отмечая, что окно так и осталось нараспашку. А на полу под ним — большое белоснежное перо. Задумчиво подобрала его, повертела в руках, понюхала, пытаясь уловить ее запах. Но того почти не чувствовалось.

Значит, она прилетала! И даже принесла мне «завтрак». Спасибо, мамочка. Это действительно мило, хоть и немного жутко. Она заботилась обо мне, как могла. Возможно, слишком долго пробыла в теле птицы, чтобы помнить, каково это — быть человеком. Но даже такой жест значил для меня многое. Вчерашняя хандра никуда не делась, она все еще сидела внутри меня. Но при свете солнца положение уже не казалось таким бедственным. Что-то придумаю. Обязательно. Тем более, как оказалось, не так так-то и просто по своему желанию призвать птицу. Она не захотела приходить тогда, когда я уже почти была готова принять ее. Подняла золотую сову и снова