Читать книгу - "Иллюзия - Евгений Аверьянов"

клин в канал. Я чувствовал, как купол давит, обрубая нити. Но мне и не нужно было прорываться. Я лишь дал последний приказ.

— Скажи им пару слов, — мысленно бросил я Голему.

В ответ в груди прозвенел тихий отклик согласия. Я включил функцию активации.

Голем поднял голову, встретил взгляд главного Скрулла и вдруг улыбнулся — не своей, а моей усмешкой.

— Пора прощаться.

Глава 14

Пол ушёл из-под ног. Точнее, это он пошёл ходуном. Внизу что-то задвигалось, словно гигант, спавший века, ворочался в постели. Стены завибрировали, в воздухе пронёсся низкий гул, от которого закладывало уши.

Скруллы вскочили, зашипели, их мысли в панике ударили по залу, будто рой мошкары. Я видел их реакцию даже без слов: страх, недоумение, ярость.

— Как… это возможно?! — мысленно пронеслось от одного к другому.

Главный Скрулл шагнул вперёд, но уже поздно. Под Големом камень треснул, и оттуда рвануло что-то древнее, тяжёлое, неведомое. Энергия перекосила пространство, словно весь город оказался на краю пропасти.

А сам Голем — просто растворился. Ни вспышки, ни взрыва. Словно его и не было никогда. Осталась лишь тень улыбки, что врезалась в память Скруллов хуже любого удара.

Я торопился к условленной точке. Связь с Големом уже оборвалась, я ещё чувствовал как город за моей спиной дрожал, словно сам воздух там горел. На последних пристанищах людей скруллы вот-вот сомкнут кольцо, и каждая секунда могла стать последней.

И вдруг — свет факелов. Передо мной старик. Спокойный, с той же неизменной морщинистой ухмылкой, будто всё идёт по плану. Рядом — Пётр, выдохшийся, но живой. А за ними… толпа. Не десятки — сотни людей, собранные из обоих городов. Мужчины, женщины, дети, даже старики с котомками и оружием кто во что горазд.

Я замер.

— Это… все?

Старик кивнул.

— Все, кто был в городах.

Я обернулся, не веря своим глазам. А ведь орды Скруллов уже должны были сомкнуться вокруг стен.

— Как?! — выдохнул я.

— Древние знали, что города рано или поздно будут окружены, — старик говорил ровно, будто всё это уже происходило однажды. — Были ходы. Старые, полузасыпанные. Я помнил лишь часть. Остальное пришлось искать… но время у нас было. Ты отвлёк их. Пока они смотрели туда, мы уводили людей сюда.

Я заметил, что лица людей больше испуганные, чем счастливые. Им всё ещё грозила смерть, но хотя бы не неминуемая.

— А в городах? — спросил я.

Старик усмехнулся.

— В городах остались животные. Чтобы запах был, чтобы разведчики думали — жизнь ещё есть. А на башнях — иллюзии. Манекены, заклинания, кто как смог. Пусть Скруллы тратят силы на пустое.

У меня по спине прошёл холодок. Иллюзия обмана была почти совершенной. Орды ринутся вперёд, города падут… а на деле они возьмут лишь пустые улицы.

— И что дальше? — спросил я.

Старик кивнул в сторону дальнего прохода, уходящего вниз, в тень.

— Дальше будет самое трудное.

Я обернулся к старику:

— Выводи людей. Веди их к столице. Там им будет безопаснее, чем в окружённых городах. Пусть начинают обживаться там.

Он кивнул, и по лицу скользнула тень усталости.

— А ты?

— А я останусь, — ответил я. — Разберусь со Скруллами, которые ещё шастают по этим землям. И заодно проверю, насколько безопасно сейчас жить за пределами купола.

Старик нахмурился.

— Ты и так сделал больше, чем кто-либо. Спас несколько тысяч жизней. И снова рискуешь собой.

Я усмехнулся, отмахнувшись.

— Риск уже не тот, что был раньше. Самая тяжёлая часть позади. Ничего страшного со мной не случится.

— Будь осторожен, — старик сказал это без нажима, но взгляд у него был жёсткий, как камень. — Ты слишком много сделал для этого мира, чтобы закончить вот так, по глупости.

Я пожал плечами.

— Если бы я боялся глупостей, давно бы уже не был здесь.

Пётр молча сжал мне руку, и люди начали расходиться, уходя в сторону скрытого прохода.

Я остался.

Я вышел за пределы купола — и сразу почувствовал, как фон изменился. Словно само пространство трещало под давлением чужой силы. Потоки энергии больше не были ровными, они рвались, искажались, будто воздух над пламенем.

Первый город встретил меня картиной хаоса. Скрулы, оставшиеся в живых, разбредались по улицам, выдирая камни из стен, сжигая дома, разрывая на части скотину. Иллюзии и манекены, оставленные стариком, сбили их с толку лишь на время. Теперь же они окончательно убедились, что людей здесь нет — и просто уничтожали всё подряд.

Я не стал ждать. Спустил доспех, выхватил оружие и ударил первым. Несколько часов — и улицы наполнились дымом, пеплом и тишиной. Последний из скрулов рухнул, когда солнце уже клонилось к закату.

Я двинулся дальше.

Второй город встретил меня тишиной, но не пустотой. На главной площади, среди развалин, происходило нечто иное.

Трёхметровый силуэт возвышался над обезумевшими скрулами. Гуманоидное, но искажённое тело — словно демон из древних сказаний. Кожа иссечена, суставы выгнуты под неестественными углами, глаза горят тусклым багровым светом. Его пальцы вытягивались, превращаясь в подобие щупалец, и каждое касание обращало врагов в высушенные оболочки. Скрулы кричали, рвались бежать, но он лишь вытягивал из них жизнь, один за другим.

Я замер, наблюдая. Монстр не нападал на людей — людей тут и не было. Только на скрулов. Он убивал их с жадностью, с какой зверь пожирает стаю мышей.

И вот что кольнуло в голову: это не случайность. Такое существо не могло появиться само. Слишком специфично, слишком целенаправленно.

Я вспомнил взрыв подземного города, печати, вибрации, сдвинутые пласты. Может город скрывал ещё более древнюю печать или тюрьму? Может, именно там держали эту тварь? И теперь, когда я разнёс подземелье, она вышла на свободу.

Я уничтожил одну угрозу.

И, похоже, пробудил другую.

Вопрос только в том — кто страшнее: Скрулы или то, что стоит сейчас передо мной?

Монстр иссушил последнего скрула, которого смог достать, затем замер, будто прислушиваясь к чему-то. Его голова повернулась в мою сторону, ноздри дрогнули.

— Человек, выходи. Я тебя слышу. Я тебя чувствую.

Я сжал зубы. Первым порывом было — уйти. Скрыться, пока это чудище занято остатками своих развлечений. Но здравый смысл подсказал: далеко я не убегу. Слишком он силён, слишком явно ощущает присутствие. Прятаться бессмысленно. Придётся решать вопрос здесь и сейчас — либо разговором, либо боем.

Я снял