Читать книгу - "Стоп. Снято! Фотограф СССР - Саша Токсик"

— Спасибо, огромное! — говорю.

— Смотри, я запомнила твоё обещание, — грозит пальцем заведующая.

Она, не прощаясь, направляется к себе. Вот это походка. Даже Подосинкиной с её комсомольским задором далеко до этой знающей себе цену дамы. Чуть полные, но прекрасно очерченные ягодицы покачиваются при каждом шаге. Нарочно она так делает, или я давно девушек на каблуках не видел?

— Молодой человек! — выводит меня из ступора рыжая Настя, — что вы будете брать?

— "Свема 65", десять упаковок, пожалуйста, — я рассматриваю витрину. Кассеты ещё… тоже десять.

— Пластмассовые или металлические? — продавщица сама любезность.

— Металлические. Ещё рукав, пожалуйста.

Признаться, я чуть не забыл про это чудесное приспособление. Фотоплёнка в это время продаётся в рулонах. Перед тем как вставить её в фотоаппарат, плёнку требуется заправить в кассету. Делать это надо в абсолютной темноте, либо использовать специальный рукав, в который, как в муфту, засовывались обе ладони. А дальше ловкость рук, и никакого мошенничества.

— А это у вас что?!

— Не знаю, — морщит лобик Настя, — компас, наверное. Только он уже давно у нас лежит. Его не берёт никто.

Нет, девочка, это не компас. Эта штука называется "экспонометр" и не какой-нибудь, а Ленинград-6. Лежит себе в универсаме города Кадышев, и не знает о своей ценности.

Сейчас про этот прибор мало кто вспоминает. Каждая приличная камера обладает встроенным экспонометром, который под каждую выдержку подберёт нужную диафрагму, а под диафрагму — выдержку. Даже Киев-10, и знакомый мне по прошлой жизни Зенит-Е имели в своём устройстве такое устройство, пускай не настолько чувствительное и точное, как то, что лежит сейчас передо мной.

В ФЭДе, который одолжил мне Митрич, ничего подобного нет. Я уже смирился с мыслью, что придётся подбирать экспо-пары по чутью и "по солнышку". Но сейчас, видя на прилавке "Ленинград" я чувствую, как по спине пробегает знакомый холодок азарта. Это ощущение, что я на верном пути, и затеянная авантюра с фотосессией может выгореть.

Прямо представляю себе, как направляю эту штуку на замершую в позе Лиду. Она спрашивает "что это?", а я отвечаю "не отвлекай меня, тебе не понять".

Одно меня останавливает. На ценнике значится "60 руб.". Я выворачиваю карманы и выкладываю на прилавок всю наличность. Червонец, полученный от товарища Комарова и шесть рублей с мелочью, оставшиеся из копилки.

А ещё я понимаю, что без экспонометра отсюда не уйду, чего бы мне это ни стоило. Это выше моих сил.

Глава 14

— Подождите пять минут, — говорю продавщице.

— Вы меня кликните, и я подойду сразу, — она с облегчением смывается к своим подружкам.

Вот я и узнал цену советским деньгам. В тот самый момент, когда мне их не хватило. Последние лет пять я вообще не испытывал недостатка в средствах. Получал, всё что хотел, просто протягивая руку с банковской карточкой и даже не глядя на стоимость.

И вот теперь я понимал, что хочу эту вещь, но не могу себе её позволить. Оскорбительно, прямо как пощечина. Я почувствовал себя тем, кем сейчас на самом деле был. Не Гарун-аль-Рашидом, гуляющим под чужим именем и с чужим лицом, а простым школьником из захолустья без денег и связей.

Это было отрезвляюще, и, что важнее, пробудило злость и азарт. Я привык выигрывать и не боялся больших ставок.

Спускаюсь вниз, отодвигаю полог из марли, и вновь захожу в кабинет заведующей. Та удивлённо поднимает глаза.

— Людмила Прокофьевна, —говорю, — одолжите мне пятьдесят рублей.

Она смотрит на меня с каким-то презрением.

— Ты с дуба рухнул, мальчик?

Не отводя взгляда, снимаю с руки часы "Слава" и кладу перед ней.

— Они стоят в два раза больше, — говорю. — Если не верну долг через два дня, сдадите в комиссионный.

Заведующая удивлена, но в её взгляде вспыхивает интерес. Торговая натура, значит, прибыль у неё на первом месте. Я понятия не имею, где возьму деньги, но два дня, это не тридцать минут.

Она берёт в руки часы, внимательно и оценивающе осматривает их.

— Дорогие. Откуда они у тебя?

Одет я более чем скромно, и на владельца такой вещи не тяну.

— От отца, — поясняю, — ему за победу в соцсоревновании вручили.

— Не жалко? — поднимает бровь.

— Я же их не продаю. Это залог.

— Зачем тебе деньги?

— Экспонометр у вас в магазине увидел, — отвечаю честно, — очень нужен.

— Это такая штука с циферблатом? — заведующая помнит все свои товары наизусть. — Мы ещё гадали, зачем она нужна.

— Ага. Ваша сотрудница считает, что это компас.

Теперь она смотрит на меня также, как раньше на часы. Вид как у брокера, который готовится сделать венчурную инвестицию в рискованный стартап.

— Ты действительно разбираешься во всех этих штуковинах? — во взгляде любопытство.

— Да, — киваю, — считайте меня вундеркиндом.

Люди всегда чувствуют уверенность, а я говорю и действую уверенно. Семнадцатилетний пацан не будет себя так вести с женщиной вдвое старше, но мы тут не в ролевые игры играем, правильно? Даже если она чувствует неладное, а у таких людей инстинкты развиты отлично, какие выводы она может сделать?

"Молодой, да ранний", как говорили в старину? Не самая худшая репутация.

— Азартен ты, Парамоша! — Людмила Прокофьевна, вдруг улыбается, словно что-то для себя решила, и открывает ящик стола.

— Надеюсь, меня это не погубит, —отвечаю ей в тон.

— Ещё и начитанный, — заведующая выкладывает на стол синюю купюру. — Деньги вернёшь через неделю. Никаких процентов с тебя не возьму, но если не приедешь вовремя, часов своих больше не увидишь.

— По рукам, — говорю.

— Когда принесёшь долг, — уточняет она, — прихвати с собой фотографии. Охота поглядеть, ради чего ты так рискуешь.

— Спасибо, — киваю, — до встречи через неделю.

— Давай-давай, — хмыкает она вслед. — Митричу привет передавай.

Рыжеволосая Настя удивлённо смотрит на купюру. Она точно видела, что совсем недавно я пересчитывал деньги, и её у меня не было. Кусая губы от любопытства, продавщица записывает срок гарантии в инструкцию к экспонометру.

С покупкой приходится ужаться. Мне хватает всего на пять упаковок плёнки и пять кассет. И рукав, разумеется. Буду беречь кадры. Это в прошлой жизни можно было выдать по несколько десятков дублей, ради одного снимка. Теперь нужно