Читать книгу - ""Фантастика 2026-214". Компиляция. Книги 1-22 - Игорь Валерьевич Осипов"

на лох-несское чудовище сейчас казалась громадной анакондой, заглотившей, как и полагается змее, богатую добычу. И только моргающие внутри студенистого чудовища глазищи храмовницы доказывали, что девушка жива.

Внезапно ползучий рой начал сливаться в одно здоровое, тёмно-бурое создание, похожее на толстое щупальце толщиной в человека.

Шедшая рядом Лукреция закатила глаза и грохнулась в обморок.

— Твою мать! — выругался я, плюхнулся на колени рядом с волшебницей и принялся шлёпать ту по щекам. — Очнись! Да очнись же! Я тебя на спине не утащу!

Магесса и не думала приходить в себя, отчего я зло ударил кулаком землю.

— Блин! Урсула, понеси Лукрецию!

— Юн спадин, а может, червяк и её тоже потащит. Чай не надорвётся. Пупа у него и так нету.

Я покачал головой.

— Никто не знает, что там дальше. А тратить желания попусту не хочу. А то ведь у джиннов три желания — это пробная версия. Хочешь больше чудес, оформляй платную подписку. И плата — душа.

Судя по перекошенному лицу мечницы с поселившимся на нём глуповато-испуганным выражением, она мой бред не поняла ни капельки. Впрочем, монолог и не был рассчитан на местных, он для землян.

Пришлось помочь водрузить не очень-то и лёгкую волшебницу Урсуле на хребет. Сам же взял двуручник и чуть не споткнулся о Чужика и Фарша. Оба ручных духа жались ко мне, а Чужик так и вовсе вцепился передними лапами в штанину, как маленькая обезьянка, и, оскалив пасть, шипел на змеящийся рой многоножек.

В следующий момент рой взметнулся, создавая сплошную завесу, крылатых тварей, похожих на слепней. Таких бить бесполезно, можно только скопом жечь. И когда они только успели крылья отрастить?

Я шагнул вперёд.

— Ну и чем вы можете напугать человека из другого мира⁈ Вы даже нашей жизни не знаете!

Рой взвился вверх, заслоняя пробивающуюся через туман и тёмные кроны деревьев Небесную Пару. Да и само белое марево истончалось не по часам, а по минутам. Зато подумалось, что это самые отчаянные духи, не побоявшиеся идущей за мной Акварели. Но кто знает, какие отношения между потусторонними, и что у них за табель о рангах.

В сопровождении роя прошли два километра. Насекомые изрядно мешали двигаться через бурелом. Под ногами скользила отслаивающаяся, покрытая мерзкими грибами и плесенью кора трухлявых деревьев. В одном месте чуть не угодил в яму.

А когда вышли на относительно чистую и сухую поляну, словно в насмешку, вместо ожидаемым кошмаров, из остатков тумана начали медленно выковыливать совсем создания, больше похожие на гоблинов-сифилитиков. Даже высохшие потеряйца потеряйцы не были не столь отвратительны. Но кроме брезгливости, они ничего не вызывали.

Урсула стала беспрестанно молиться, чередуя обращения к небожителям с бранью. Когда твари начали тянуться к нам, разваливаясь на ходу да истекая вонючим гноем, мечница спряталась за меня и принялась бормотать трясущимися губами.

— Прокажённые. Это прокажённые.

— Да успокойся, — проронил я. — У нас всё это легко лечат.

Но наёмница не унималась и продолжала бормотать.

Я глянул на старающуюся быть совершенно непричастной Акварель. Та отстала и держалась метрах в двадцати позади. Зато водный червь не выпускал Катарину.

При виде студенистого монстра я послал храмовнице воздушный поцелуй.

— Вернёмся, холодец тебе сварю. Такого блюда у вас точно нет. Надо только морозную магию подтянуть до должного уровня.

Катарина вдруг задёргалась в кольцах червя.

— Юрий! Юрий! — донёсся до меня сдавленный крик.

Хотел уже дёрнуться в её сторону, вдруг что случилось, но в этот момент под ногами завизжал Чужик. Я быстро глянул на него, а потом обернулся. Из тумана на меня нёсся автомобиль. Точнее, из редеющей мглы в мою сторону набирал скорость вполне узнаваемый, обтекаемый контур легковушки, сверкающий ближним светом. Туман скрывал очертания, но ошибиться было сложно.

— Да ну на хрен! — закричал я и потянул в сторону Урсулу, пытающуюся отмахаться от гоблинов-сифилитиков. При этом мечница умудрялась держать длиннющий двуручник на вытянутой руке и придерживать второй бесчувственную Лукрецию, перекинутую через плечо наёмницы, как мешок с картошкой.

— Юн спадин, я домой хочу! — завизжала мечница, упираясь и сопротивляясь.

— Да блин! — ещё раз выругался я. Проще корову сдвинуть, чем тяжёлую тётю Урсулу.

Краем глаза я заметил, как автомобиль выскочил изо мглы. Сил прибавилось, и я сумел оттолкнуть мечницу в сторону. Машина почти бесшумно пронеслась мимо, обдав потоком воздуха и закидав мелким мусором.

А потом я увидел то, что принял за машину. Это был громадный, отливающий металлом жук, похожий на жужелицу. На его груди, там, где у обычной божьей коровки располагаются белые пятна, сверкали почти настоящие фары.

Жук не смог затормозить и на всём ходу врезался в кучку гнилых гоблинов, сбив их как спорткар — пластиковые дорожные конусы. А одного он схватил мощными челюстями и разрезал пополам словно ножницами.

Помнится, ещё при знакомстве с духами-страхами, один такой ловко выхватил из моей памяти образ короткого замыкания и создал подобие белого сверкающего шершня. А этот не знал, что такое автомобиль, но вот общий контур ухватил верно. Пятёрку за телепатию можно запросто поставить, когда сердце перестанет колотиться, как безумное.

Я быстро вскинул согнутую в локте руку и хлопнул по бицепсу.

— А вот хрен вам! Я больше не испугаюсь!

Жужелица развернулась и снова кинулась мою сторону. А я, недолго думая, схватил ползущего за мной Фарша и швырнул в блестящего жука. Бесформенный дух прилип к морде гигантского насекомого, словно жвачка к лобовому стеклу. Жук заскрежетал, как горсть гвоздей, которой царапают хрусталь, и завертелся на месте, с треском ломая бронированными боками маленькие деревца и вырывая из лесной подстилки клочья мха и ворохи листьев длинными и сильными лапами.

Я сплюнул и пошёл дальше.

Мгла окончательно растаяла, открыв шикарный вид неземного леса. На сырой мох, похожий на вату, упали первые лучи Небесной Пары. Тени двоились, словно подведённые тонкими-тонкими фломастерами: с одного края голубоватого оттенка, с другого красноватые. Извивающиеся, как лоза, неземные грибы лианами оплетали стволы хмурых зелёных великанов. Запах стоял тугой, непривычный, но не сказать, что неприятный. Был бы здесь на обычной экскурсии, глядел бы на такую красоту с открытым ртом.

А мелкая нечисть, лишившись преимущества, принялась прятаться вместо тумана в кустах и за деревьями. Но сейчас волновали не они.

Одинокую тощую фигуру заметил издали. Кто бы это ни был, он не прятался, а ждал меня с недлинным, больше похожим на дротик копьём в руках. Когда между нами