Читать книгу - "Архивраг - Константин Сергеевич Стригунов"

бы его отсрочить - в современном постмодернистском мире мало кто заглядывал на несколько шагов вперед и фраза "нам бы только ночь простоять да день продержаться" стала едва ли не общемировым лозунгом. Война против Ирана под предлогом недопущения создания им оружия массового поражения и борьбы с "государством, спонсирующим терроризм" до смешного напоминали обвинения Ирака времен Саддама Хусейна. Именно под этой фальшивкой целую страну, а затем и регион вбомбили в каменный век и только больше десяти лет спустя главные инициаторы вторжения развели в сторону руки и сказали: "Ну, ошиблись мы". С кем не бывает? Плевать, что цена такой "ошибки" выражалась в миллионе убитых, еще больше раненных и искалеченных судеб. Для Запада геноцид и обречение на вымирание любого количества людей никогда не являлось проблемой и каким-то серьезным препятствием если того требовали их интересы. Так что удар по Ирану, способный обернуться новой, еще большей для региона и всего мира, катастрофой неизбежно должен срикошетить и по России, а значит и лично по ее Президенту Михаилу Квачкову, рассуждал он.

Вдобавок ко всему навалилась новая напасть, делавшая всякие прогнозы вообще лишенными смысла. Имя ей было Зона. Возникнув десятью годами ранее, она идеально вписалась в замыслы стратегических противников России, которые замышляли хаотизировать все пространство вокруг нее. Возникновение никому непонятной аномалии Запад немедленно включил в стратегию непрямой войны против России и персонально против ее Первого Лица. Квачков прекрасно понимал, что начальной фазой будет отстранение его от должности, а уже затем всерьез возьмутся за развал страны. Впрочем, одно другому не мешало. Проблема для него лично заключалась в том, что выстроенный при нем внутриэлитарный баланс мог существовать лишь в определенных условиях - наличия стабильности, в том числе за счет продажи углеводородов и при наличии других ресурсов. Как только в этой схеме наступал дисбаланс, под угрозой оказывалась вся система и финальной фазой подобного сценария становилась неограниченная война всех против всех. Если сюда добавлялся внешний враждебный фактор, то возникали наиболее оптимальные условия для распада страны и ее конца в историческом и физическом смыслах. Квачков этого не мог не понимать, но для выхода из текущего кризиса нужно было перешагнуть через самого себя, совершить поистине титанические сверхусилия. И, конечно же, зачистить пятую колонну - одного из главных центров масс в выстроенной системе. Их влияние было слишком велико, чтобы оказалось возможным его игнорировать. Каждый из политических кланов давил на Первое Лицо, ибо никто не хотел остаться в пролете в условиях кризиса и нарастающего, как снежный ком, противостояния с Западом. В подобных обстоятельствах невозможно принять какое-либо значимое решение без ущерба интересам одной из сторон, но Квачкову, как главному арбитру в межклановых склоках, в ближайший час придется такое решение принять. Вопрос заключался в том, кому отдать предпочтение - сторонникам нейтралитета в случае широкомасштабной войны с Ираном или же ратовавшим за его активную поддержку военно-техническими мерами и даже оказанием прямой военной помощи.

Размышляя над всем этим, глава государства снова открыл перед собой документ с грифом "особая важность" и пометкой "лично для Президента". Буквально сутки назад данный документ был доставлен ему из Главного разведывательного управления и его содержание привело Квачкова в состояние тревожного замешательства. То, о чем он прочел в докладе, выходило за рамки всего, с чем ему приходилось сталкиваться. Президенту России казалось, что удивить его, да еще после возникновения Зоны, решительно невозможно. Сводки об аномалиях, чудовищных мутантах и артефактах уже давно воспринимались простой рутиной. Естественно, ему на стол клали лишь самую важную выжимку, но то, что еще лет девять назад повергало его в изумление, сейчас вызывало интерес не больше, чем любая другая новость. Воистину удивительная штука человеческая психика. Без ее способности к адаптации ко всему на свете человечество давно бы вымерло, не дорастя в своем развитии выше палеолита. Квачков считал, что после возникновения Зоны и ее вывертов ему больше нечему удивляться и лишь только взглянув в абсолютно секретный доклад, он понял, насколько сильно заблуждался.

"...вывод о наступлении так называемой активной фазы..."

"...будет представлять беспрецедентную угрозу национальной безопасности..."

Просматривая заключение специалистов, у Квачкова вдруг разболелась голова и он вспомнил последний разговор по закрытой линии с министром обороны и начальником ГРУ, пошедший, естественно, без самых важных подробностей. Информацию такого уровня можно было обсуждать исключительно в полностью надежном помещении. Поведанное ему настолько выбивалось из привычного мира, что он не сразу смог поверить в услышанное. С министром они договорились все детально обсудить на ближайшем совещании Совбеза. А еще лично, с глазу на глаз.

Президент окинул взглядом свой кабинет, словно мог расстаться с ним после совещания, хотя до выборов было полтора года. Тряхнув головой, Квачков только сейчас обратил внимание на сигнал с коммутатора. Он нажал кнопку.

- Михаил Алексеевич, в зале уже все собрались, - сообщил женский голос.

- Спасибо, - ответил он и отключил. Застегнув пиджак, Квачков встал из-за своего роскошного стола, сделанного из уральского малахита, и направился к противоположной от его рабочего места парадной двери, за которой сразу находился зал заседаний Совета Безопасности Российской Федерации. Дверь ему открыл один из помощников и когда Президент вошел в зал все присутствующие встали, как того требовали этикет и дань уважения к главе государства. Он кивнул головой, показывая, что можно садиться и прошел вдоль длинного ряда искусно сделанных деревянных стульев с обитыми зеленой тканью сиденьями и подлокотниками. Воссев на главном месте спиной к флагу России и Президентскому штандарту, Квачков приветствовал присутствующих, с удовлетворением заметив отсутствие прессы, которую на данное совещание не допустили по его же указанию. Почему-то в последнее время представители СМИ его раздражали, хотя за годы, проведенные на самых высоких постах, он к ним привык настолько, насколько привыкают к шуму улицы или к новостным ведущим.

- Коллеги, - взял слово Президент после того, как зал покинули все, кому не положено присутствовать на заседании Совбеза, - как вам известно, сегодняшнее совещание посвящено сложившейся чрезвычайно сложной и угрожающей ситуации на Ближнем и Среднем Востоке, а также в связи с фиксирующейся активностью в Чернобыльской аномальной Зоне. Из-за особого характера вопросов, которые будут затронуты, большинство присутствующих многое услышат впервые. Хотел бы подчеркнуть, что все сказанное относится к информации наивысшей степени важности и, как вы понимаете, является полностью закрытой. Для разъяснения деталей на заседание был специально приглашен начальник Главного разведуправления, генерал армии Кирилл Петрович Остапов.

Под взглядом Президента седовласый генерал приветственно встал и тут же сел на место. Окинув всех