Читать книгу - "Фантастика 2025-198 - Игорь Семенов"

сразу как его наконец-то выпустили 'на свободу'. Очень относительную, впрочем. Что за ним будут внимательно приглядывать - этого даже не скрывали.

И первое, что сделал Владимир 'на свободе' - занялся изучением истории этого мира. Особых проблем в этом, впрочем, не было. Ему охотно дали и книги по истории, и записи кинохроник - большинство из которых были еще старыми, черно-белыми. Так что очень скоро Владимир достаточно разобрался в здешней истории...

Изменения, как оказалось, начались задолго не только до Катастрофы, но и даже до смерти Сталина. Не удивительно, впрочем... Когда-то все должно было начаться с сущей мелочи, возможно совершенной случайности. Мелочи этой, впрочем, найти не удалось. Однако уже Великая Отечественная в этом мире была немного другой - начавшись неделей позже, закончилась она тут не 9, а 12 мая. Все того же 1945 года. Мелочь, казалось бы! Но все же разница... По первым послевоенным годам никаких различий Владимир не нашел. А вот Сталин тут умер не в марте 1953 года, а аж в ноябре 1954 года, вскоре после годовщины революции. После него власти пришел Лаврентий Берия - но ненадолго. Умер спустя год, в ноябре же 1955 года. За то успел за это время разоблачить Хрущева - его обвинили в троцкизме, необоснованных репрессиях и сокрытии истинного социального происхождения и приговорили к расстрелу, замененному, в связи с указом 1947 года, на 25 лет лагерей. Там он в 1958 году и сгинул - на строительстве Трансполярной магистрали, которую в этом мире таки достроили до конца и приняли в эксплуатацию. А вот был ли это и в самом деле несчастный случай или месть со стороны кого-то, чьих родственников невиновно репрессировали по вине Хрущева? Это, увы, так и осталось неведомо. Во всяком случае, местная госбезопасность ничего на этот счет пояснять Владимиру не стала.

Трансполярку, кстати, достроили на следующий год - но проработала она меньше десяти лет. До 1967 года - когда после эвакуации Норильска и некоторых других северных поселков была законсервирована. Скорее всего, навсегда.

После Берии руководителем СССР стал Пантелеймон Кондратьевич Пономаренко, на годы которого выпали и первый спутник Земли, и первый полет в космос, и развернувшееся массовое жилищное строительство, и Катастрофа, и Долгая зима... Радости и беды... Он же стал первым, и пока единственным, советским руководителем, кто добровольно оставил свой пост и ушел на пенсию в 1976 году, а спустя еще полтора года умер от инфаркта. На шесть лет раньше, чем в их мире. Не удивительно, впрочем - если учесть, на какое время выпало его нахождение у власти...

Пономаренко сменил на посту Александр Николаевич Шелепин, бывший генсеком до 1987 года - как и Пономаренко, в этой истории умер он тоже куда раньше, чем в их истории. На его годы выпало начавшееся восстановление экономики после Долгой зимы и развала социалистического лагеря. Строились на новых местах эвакуированные из Заполярья заводы, возобновили многие из прерванных Долгой зимой строек, создавались прежде отсутствовавшие в стране производства - теперь рассчитывать можно было только на себя. Все, что нужно стране, должно было производиться непосредственно в СССР. В крайнем случае - у немцев с албанцами. Больше просто не у кого это все купить... Постепенно улучшалось снабжение продовольствием, к 1987 году карточки оставались лишь на мясо. С середины 80-х вновь начали строить дома 'нормального' типа вместо строившихся в Долгую зиму и первую пятилетку после нее 'эвакуационок' - чего-то среднего между хрущевкой и малосемейкой.

После Шелепина генсеком стал Григорий Васильевич Романов, оказавшийся на тот момент самым молодым членом Политбюро. И его годы, можно сказать, стали самыми тихими и спокойными в 'постапокалиптическом' СССР. Строили дома, строили заводы и электростанции, в эти же годы началась частичная реэвакуация - восстанавливали многие деревни и поселки на Урале и в Сибири. Вот только его, Владимира, родственники предпочли на родину не возвращаться. Остались в Саратове, куда их эвакуировали в Долгую зиму. Умер он, как и в их истории, в 2008 году.

На смену ему пришел совершенно неизвестный Владимиру человек - некто Васильев Сергей Александрович. Выдвиженец Долгой зимы - ученый, руководивший разработкой новых методов ведения сельского хозяйства в условиях Долгой зимы, министр сельского хозяйства с 1971 года, член Политбюро с 1989 года. Умер он в 2016 году - после чего пришел к власти нынешний генсек. Антон Викторович Нестеров.

Такая вот история параллельной реальности... В чем-то более удачная, чем в его мире. В чем-то - менее. Что принесло народу больше горя и несчастий? Катастрофа и Долгая зима? Или развал СССР? Не скажет, наверное, никто. Что хуже? Пять миллионов погибших в результате непосредственных последствия Катастрофы - землетрясений и цунами, холода и полуголодного существования, 'Зимней войны' февраля 1968 года с поляками и постоянных приграничных столкновений в Азии? Сказавшиеся на здоровье многих последствия хронического недоедания и неправильного питания? Или развал СССР, войны на его останках, бандитский беспредел 90-х, развал экономики, еда пополам с химией? Впрочем, для здешних людей такой вопрос не стоял бы в принципе...

- Мы выжили, - коротко пояснил ему мировоззрение местных советских людей знакомый-незнакомый майор Карякин. - Выжили вопреки всему. А случись у вас завтра Катастрофа и Долгая зима? Что будет с вашей Россией?

- Не знаю, - ответил тогда Владимир.

- А вот я знаю. То же самое, что с нашими Францией или Англией, Польшей или Венгрией.

- Это почему же? - возмутился тогда Владимир.

- Да очень просто, - усмехнулся майор. - Потому, что при капитализме человек человеку волк. Каждый сам за себя... Вот и случись завтра Катастрофа - каждый сам за себя будет. Едой будет затариваться, оружием. И трястись над тем, как бы не пришел кто посильнее да не отнял его кровные припасы... И плевать, что многие другие с голоду помирать будут. Своя шкура дороже!

- Как будто у вас тут последнюю крошку отдадут и сами с голоду помрут, - усмехнулся Владимир.

- А у нас люди понимают, что выжить и не скатиться в дикость можно лишь совместными усилиями, - буквально огрызнулся майор. - Они будут на заводе по двенадцать-четырнадцать часов вкалывать, на строительстве тепличных комплексов или в гидропонных оранжереях, снег с крыш чистить или дороги пробивать. Но выживут все. Так что нас тут за социализм агитировать не нужно. Он у нас в крови...

Уел, что называется... Много ли Владимир смог бы назвать людей, готовых совершить настоящий трудовой подвиг ради выживания не