Читать книгу - "Берегиня - Руслан Валерьевич Дружинин"

Нет, общественная инициатива. На голосование, как ты любишь, правда, не выносили, – ответила Белла и завершила заказ. Некоторые иконки она перекинула по столешнице к Ксюше. Перед ней и Беллой из-под гладкой поверхности стола выступили тарелки со сливочным супом, жаренным мясом, ананасами и персиками в сиропе, несколько овощных салатов, нарезанная дольками ветчина, корзинка с пирожными, мармеладный домик под сахарной пудрой, мороженое в хрустальных вазочках и тот самый орехово-шоколадный бисквит. Еды было столько, сколько бы Ксюша никогда в жизни не съела, да и Белла, наверное, тоже.

– Стол должен радовать глаз, – легко отмахнулась подруга на удивлённый взгляд Ксюши. – Не каждый день хозяин Башни принимает гостей.

– Запасы Башни необходимы на случай чрезвычайных ситуаций в Арктиде. Можешь считать небоскрёб последней линией обороны, как донжон в замке. При необходимости Башня продлит нашу благополучную жизнь ещё лет на тридцать. За это преимущество Двоеверие в своё время пролило не мало крови. Я понимаю, Изабелла, что ты сильно рисковала, чтобы мы сейчас здесь сидели и разговаривали, но последние двадцать лет я каждый год защищал Башню от нашествия бандитов. Все ваши неудобства в убежищах – плата за безопасность. Но, даже когда запасы закончатся, всем сразу я не помогу. Возможно, что и тринадцатому убежищу придётся перейти на грибы Сперанского.

Ксюша понимала Кощея через слово, но Белла слушала его строго, как будто собиралась ругаться. Строгость не шла к привлекательному лицу подруги. Но и ругаться Белла не стала, а просто пожала плечами.

– Девочке нужны свои вещи и личное пространство, – заявила она, подцепляя вилкой кусочек жаркого. – Хватит жить по принципу: «Всё вокруг народное, всё вокруг моё». Я бы посоветовала тебе удалить из её апартаментов все видеокамеры. Она взрослеет, а взрослой девушке будет неприятно знать, что за ней подглядывают. Кроме того, ты должен научиться уважать её право на личную жизнь и входить в квартиру Ксении только после стука или звонка.

– В этой Башне все двери для меня открыты, – сказал Узник. Ворон поддержал его громким карканьем. – Что касается личных вещей: всё, что ты привезла и подарила – это Ксюшино. Всё, что она берёт в Башне – это моё. Я разрешаю брать, что понадобится, за исключением вещей с сорок восьмого этажа и выше. Запрещено также бессмысленно портить мои вещи. В остальном Башня в полном распоряжении девочки, но только по моей воле. Камеры нужны для безопасности. Когда между двумя людьми существуют преграды в виде сотен лестниц и десятков этажей, будет не лишне знать, как Ксюша без меня поживает.

– Ты правда считаешь её своей собственностью? – Белла недобро постучала вилкой по краю тарелки.

– Ксюша, принеси мне рюкзак, – вдруг попросил Кощей, не сводя с Беллы глаз.

– Мой рюкзак? – не поняла Ксюша.

– Принеси мне мой рюкзак, – повторил Кощей, особо выделив слово «мой».

– Дай ребёнку поесть, – раздражилась Белла.

– Неси, или я выгоню Беллу завтра же утром, – стальным голосом отчеканил Кощей. Белла опешила, а потом разъярилась.

– Вот как?.. – прищурилась она и стиснула вилку. Предчувствуя бурю, Ксюша соскочила со стула и бросилась за рюкзаком. Не прошло и пяти минут, как она вернулась из апартаментов, запыхавшаяся, но с пыльной поклажей в охапке.

Потёртый вид рюкзака как будто выдавал всё дикое прошлое Ксюши, хотя пыльным и старым он стал задолго до того, как попал к ней. Кощей взял рюкзак и высыпал на обеденный стол содержимое. Среди богатств Ксюши оказалось не так уж много интересного: огрызки цветных карандашиков, три теннисных мячика, ворох изрисованной бумаги, гильзы, обглоданные резинки от роботов, одна коробочка недопитого сока и пёстрый кубик. Ксюша стояла возле Кощея, словно и правда нашкодила, а Узник бесцеремонно рылся в её вещах.

– Что это такое? – показал он гильзу.

– Свистулька. Я внизу их нашла, на тропинке, целую кучу!

Кощей выбрал из груды гильз один не отстрелянный патрон и показал его Белле и Ксюше.

– А это что?

– Свистулька с к-колпачком? – неуверенно запнулась Ксюша.

– Нет, это не свистулька, а очень опасная вещь, называется – боевой патрон. Если ты ещё наткнёшься на такой, сразу неси ко мне. И, если в Башне тебе хоть что-то покажется странным, или напугает, держись подальше от этого места и не стесняйся говорить мне. Поняла?

Ксюша закивала. Кощей перевёл взгляд на Беллу.

– Может быть ещё ошейник на неё наденешь? – недовольно зыркнула на него гостья.

– Она и так знает, что ей нельзя выше сорок восьмого.

– Значит, мне никогда-никогда нельзя будет к тебе наверх? – Ксюше захотелось плакать, ведь показалось, что прямо сейчас её очень сильно обижают.

Вместо ответа, Кощей взял пёстрый кубик, покрутил его совсем немножко и все шесть сторон собрал по цветам. Ксюша не удержалась от вздоха удивления. Сколько бы она не крутила, кубик у неё никогда не составлялся даже на одну сторону! Потом Кощей опять покрутил и вернул кубик пёстрым.

– Вот когда ты его соберёшь, обещаю, что покажу тебе верхние этажи. Лишь тот, кто умеет логически мыслить и предполагать исход своих действий достоин прикасаться к опасным вещам.

– Что-то у меня аппетит пропал, – отбросила вилку и поднялась Белла. – Ксюша, ты со мной?

Ксюша потопталась на месте с кубиком в руках, посмотрела сначала на подругу, потом на Кощея.

– Что, ещё разрешения у него идти спросишь? – сердилась Белла. – Эдик так любит у нас умных деток. Потому что сам, наверное, очень умный. Жаль они у него не выживают.

– Иди, Ксюша, – отпустил Кощей, не желая ссориться с Беллой. Ксюша медленно поплелась из столовой. Впервые из-за неё кто-то почти поругался, и, что самое неприятное, поделать с этим она ничего не могла. Ксюша не знала, что было между Кощеем и Беллой до её появления, какие-такие детки у Кощея умерли, как Белла помогла захватить Башню, что такое Арктида и где находится тринадцатое убежище? Взрослые – это когда между вами слишком много всего, за что можно уколоть или вспомнить.

Ксюша чувствовала, что Белла обиделась, что она не поддержала её в столовой и слушалась только Кощея, и теперь изо всех сил старалась загладить вину. Она вела себя тихо-тихо, ходила ровненько, с поднятой головой, делала всё, о чём попросит подруга, а потом решилась показать Белле