Читать книгу - "Джинния - Михаил Баковец"

Рядом с глубоким котлованом, заливаемым раствором, стояла гигантская куча земли и глины. Занимала она, чуть ли, не пятую часть участка, намного возвышаясь над немаленьким забором. Когда прошёл сильный дождь ночью, то утром Яшка чуть не плакал: почти весь участок, будущий двор, за который он уже отвечал, был покрыт толстым слоем раскисшей глины. Слуги убрали всё за пару часов, счистив глину до земли, но осадочек в душе остался у всех.

- Волхв, ты б это, дал бы задание своим батракам, чтобы перекидали глину енту за забор, на луг. А то ведь дождик-то не последний прошёл, на этой недельки ещё ливанёт - тут и к бабке ходить не нужно, - чуть заискивающе предложил Яшка, когда последствия ночного буйства стихии были убраны.

- Я разберусь, Яшка, - пообещал я. Сказал и задумался. Загадить красивый луг горой глины не хотелось. Даже, если приказать слугам разбросать по большой площади, всё равно, выйдет не хорошо – глина, всё-таки. На окраине леса в одном месте начинается глубокий овраг, в котором начинается небольшой ручеёк, бегущий аж до самой речке. Вот туда бы всю эту кучу строительных «отходов» забросить, да только далеко для слуг, накопитель не дотягивает, а про амулеты и вовсе промолчу.

До вечера думал, как решить проблему глины, даже решил, было, заказать пару пустых «тонаров», дать водителям часок-другой погулять по окрестностям, чтобы не видели, как невидимые слуги с молниеносной скоростью загружают прицепы. Потом передумал, ведь всё равно странности заметят: такая скорость погрузки и экскаватору не присуща, которого на моём участке не видно. Или вообще решат никуда не идти, а просто просидеть в кабине, посматривая, чтобы с их любимой техники что-нибудь не открутили.

В общем, остановился на идее сделать еще два накопителя и расположить их на лугу, между моим участком и лесом. Парочки должно хватить, чтобы магические слуги пользовались их маной, скидывая глину в овраг. И амулеты не пропадут – позже будут питать отвращающие амулеты, которыми собираюсь окружить луг и часть леса.

Сказано – сделано.

Недаром говориться, что всем планам в том виде, в котором были запланированы, никогда не суждено сбыться. Вот и я рассчитывал, что с той скоростью, которую развивают мои волшебные слуги, за пару недель отстрою себе поместье. А что там: четыре-пять дней на фундамент, дней пять на стены с крышей и ещё столько же на внутреннюю отделку? Ага, каким я был наивным «албанским» юношей…. Вот и сейчас темп стройки замедлился, пока я занялся новыми накопителями маны для луга. За это время ещё трижды шли дожди, но только один раз это был чудовищный ливень, заливший котлован фундамента чуть ли не «под пробку», никакие сливы-отводы-колодцы не помогли. Размыло не только глиняную кучу, но и песок.

У Яшки случилась истерика.

После того, как накопители заработали, слуги за полдня перетаскали всю гору в овраг. При этом я запретил засыпать ручей, и сейчас там стена оврага в одном месте была похожа на термитник или ласточкино гнездо – своими невидимыми и быстрыми ладошками слуги до каменной твёрдости спрессовали глину.

*****

Во время одной из прогулок мне на пути встретился Колёк. Выглядел он на удивление прилично – длинные просторные «гавайские» шорты, застиранные, но чистые, майка-тельняшка, кожаные сандалии. Сам выбрит и подстрижен, запаха немытого тела не чувствуется, наоборот, мои ноздри уловили чуть резковатый аромат дешёвой туалетной воды, одеколона, может быть, «шипр» или классика – «тройной». В руке он держал небольшую сумку синего цвета с пёстрыми вкраплениями, такие во множестве встречаются на рынках, развалах, базарах, у пенсионеров.

- Доброго дня вам, - широко улыбнулся мужик. – Как поживаете?

- Отлично, Коль, - кивнул я в ответ. – Здравствуй.

- А я вот вам утюг принёс, вычистил, как и обещал, - собеседник раздвинул ручки, показывая содержимое сумки.

- Спасибо, но уже не нужен, я, кхм, уже нашёл такой же.

- Пусть второй будет, я же бесплатно. Просто так отдаю, - чуть заискивающе сказал мужчина.

- Говори уж, что хотел, - вздохнул я, догадавшись, что собеседник не просто так подошёл да ещё с подарком.

Тот помялся, покраснел, опустил взгляд в землю и резко, как выдохнул, произнёс:

- Закодируй меня, а? А я тебе всё отработаю или потом всё верну, как заработаю.

Я рассмеялся.

- Колёк, ты за кого меня принимаешь?

Тот насупился.

- Вы ж колдун, все в деревне знают это. Вот бабка Маруся хотела водой посвятить забор ваш и дорогу мимо, так даже подойти не смогла – сердце схватило, черти за подол ухватили и оттащили назад, - сообщил мне мужик.

От удивления я даже не нашёлся, что ответить, только левую бровь поднял.

- Вот и подумал, что поможешь мне с ханкой завязать. У меня мать сейчас гостит, она с отцом мыкалась, пока тот не замёрз по-пьяни, а тут я ещё… не хочу ее расстраивать, она у меня старенькая совсем. Приехала помирать, а тут … у меня… эх, - запнувшись, собеседник дёрнул щекой, взял двухсекундную паузу и опять попросил. – Закодируй, очень прошу. Всё, что хочешь сделаю, лишь бы мать мне не расстраивать.

Ну, вот что мне с ним делать? Закодируй… легко сказать, да только я в этом деле ни бум-бум. И в книге ничего похожего не видел, наверное, маги алкоголизм за явление, вызывающее интерес, не считают.

- Ладно, я подумаю, что с этим можно сделать, но ничего не обещаю, Колёк. На днях скажу.

- Большое спасибо, вам.

- Ты уж определись, как обращаться – ты или вы, - хмыкнул я.

- Из… извините, - сглотнул собеседник и с испугом посмотрел на меня. – Больше не буду тыкать, я же понимаю, ага. Так поможете, да? Я тут поблизости по делам часто бываю, я увижу вас и подскочу быстренько, ага?

- Ага, - кивнул я, после быстро попрощался и вернулся к себе.

Вечером на ужине сообщил своим домашним, хм, о происшествии.

- Деревенские всё примечают, - заявил домовой. – Что ж они – дураки совсем безглазые? Не-е, тут глупых отродясь не бывало. Местные – это потомки знахарей и ведьм, кровь уже жидкая совсем стала, не помнят и не умеют ничего, да земля родная иногда помогает, чутьё не до конца исчезло. Потому и мы и с Яшкой тут дожили. Вот у этого алкаша у его матери прабабка той ещё ведьмой была, полдеревни на неё слюну пускала, остальныя бледнели, когда ловили её взгляд на себе.

- И ты бабе подчинялся? – с сарказмом произнесла Бармина, сидевшая за столом и неторопливо по глоточку пившая чёрный кофе по-турецки.

- Она ведьма была, - зыркнул на неё нехорошо домовой. – Тебе до неё далеко, баба. И знала бы своё место, полонянка, не встревала бы в мужские разговоры.

- Так, стоп, - я хлопнул ладонью по столешнице, - разговоры не по делу прекратить. Приказываю обоим, ясно.

- Как скажешь, волхв, - покладисто согласился Тишка.

- Пфе, - фыркнула джинния.