Читать книгу - "Фантастика 2025-25 - Юлия Владиславовна Евдокимова"

продемонстрировал острые клыки... Сейчас псы поймут, что победили, и бросятся вперед. От меня не останется даже скелета. В каком-то уголке моего сознания, где еще оставалась ирония, мелькнула мысль: "Блестящий конец карьеры оперативника. Слопан собаками на боевом посту".

Бух-бух. Перед этим барабаном, на звук которого отзывалась каждая частичка моего существа, я был бессилен.

Воля, хай-тог, прекрасные рефлексы, реакция, отменные физические данные здесь ничего не могло помочь.

Бух-бух. Слабость овладевала мною все сильнее, Сейчас ноги подкосятся, и я рухну. Бух-бух.

"Убийцы" еще чуть приблизились. Морда вожака с болтающимся красным языком теперь маячила совсем близко. До развязки оставались считанные секунды. Я ничего не мог поделать. Я стал рабом дьявольского тамтама. Бух-бух...

Музыка, наложившаяся на бой барабана, звучала сперва очень слабо. Да и не музыка это была вовсе. Скорее какой-то аккорд, тонкий и изящный. А может, вовсе и не аккорд, а что-то, что можно пощупать руками, — тонкий хрусталь, гладкий клинок рапиры. Нечто упрямо поднималось из глубин моего Я. Аккорд усиливался, медленно с трудом пробиваясь наверх. Потом он начал слабеть, медленно истончаться. Он почти что ушел, а вместе с ним уходил во тьму и я. И тут — как удар кинжала. Сотня одновременных ударов. Боль. Она и вернула меня из тьмы.

Я вновь стоял на крыльце. Тамтам умолк. Вожак — "убийца" стоял уже в полутора метрах от меня. Он озабоченно повел ушами, захлопнул акулью пасть, отступил на шаг. Потом еще на шаг и уселся на бетон садовой дорожки. Псами овладевала нерешительность.

Во мне звучал со всей силой загадочный аккорд. Он будто объединял собой разрозненные части моей души, наполнял меня силой. Казалось, что отныне я могу все. Псам, похоже, казалось то же самое, и они начали отступать. Их единство неудержимо распадалось. Одни исчезли быстро, другие пятились, прижав уши, третьи стояли как вкопанные или ползли в сторону на брюхе, подобно побитым дворняжкам.

Вожак остановился, упрямо мотнув головой.

— Пшел прочь! — прикрикнул я на него.

Он задумчиво посмотрел на меня, зашипел по-змеиному и застыл как камень. В этот момент застыли и его соплеменники. В полном молчании и неподвижности прошло минуты две. Я побеждал в этой схватке. Я уже победил... Почти победил.

Вожак тряхнул головой и бросился на меня. Зря. Я был уже свободным человеком, не рабом, скованным злым тамтамом. Я вскинул автомат, и пес застыл метрах в двух от меня. Теперь неоновые глаза излучали не только ненависть. В них сквозило поражение и смирение.

— Брысь отсюда!

Пес медленно, стараясь сохранить достоинство, повернулся и кинулся прочь. Несколько мгновений — и все твари исчезли во тьме, будто и не было их вовсе.

Близился новый день, скоро взойдет солнце, и из темных углов и черных закоулков будут изгнаны все страхи... Эх, если бы! В ТЭФ-зоне тьма правит и днем.

— То-то, дворняги облезлые! — крикнул я вслед "убийцам" и вернулся в дом.

Смерть стучалась в двери этого дома. Смерть осталась с носом. В который раз мне удалось обвести ее вокруг пальца. Но сейчас произошло нечто большее. Я не просто победил. В этой схватке я приобрел нечто. Что именно — я пока понять не мог.

Поединок высосал всю мою энергию. Еле-еле я добрался до плетеного кресла в большой комнате и рухнул в него. Прикрыв глаза, я неподвижно просидел минут десять. Затекла нога. Я пошевелился, и кресло заскрипело. На секунду у меня мелькнула дикая мысль — это скрипит лестница под шагами хозяев дома. И еще: нужно согреть чай, позавтракать, посмотреть утренние газеты и успеть на работу.

Тьфу, напасть! Я снова готов был погрузиться в какую-то зыбкую полуявь. В мозгу зазвенел сигнал опасности. Хрустальное мертвецкое спокойствие этого места, похоже, ухолило в прошлое. Я запустил какой-то механизм, шестеренки которого способны перемолоть меня. Надо побыстрее уносить отсюда ноги.

С трудом я поднялся на второй этаж, хватанул ударную дозу бистимулятора. Еще несколько таблеток — и я угроблюсь. Неважно. Главное, что сейчас я в считанные минуты пришел в себя, и ранец больше не казался мне неподъемным...

* * *

Занимался рассвет. Рябовск остался позади. Я знал, что псы — "убийцы" больше не побеспокоят меня. Они отстали. Решили, что чужак им не по зубам. Ведь за чужаком СИЛА.

Этой ночью со мной что-то произошло. Сила, спавшая где-то в глубинах моего существа, напоминавшая о себе редкими озарениями и предчувствиями, пробивалась наружу. Она все больше овладевала мной, и я не знал, к добру ли это.

Дорога становилась все более разбитой. Время от времени попадались ржавые остовы машин. Останки огромного гусеничного трактора чем-то напоминали скелет динозавра. Вообще, чем дальше от границы, тем более дикими и гиблыми становились места. Иногда шоссе оказывалось полностью поглощено "мочалом" и оранжевой "колючей проволокой", местами в земле зияли воронки, смазанные какой-то слизью, будто когда-то здесь сильно бомбили. Приближаться к ним я опасался. Из чащи доносилось каркающее хихиканье — громкое и жутковатое. Невозможно представить, кто издавал такие звуки — красивая птичка, маленькая жаба или огромный диплодок.

Вдоль дороги пошли странные трехствольные деревья, судя по белой коре, предками их были березы. Здесь меня начал бить озноб, хотя светило солнце и было довольно тепло. Этот озноб — не от плохого самочувствия, причина его крылась где-то вовне, хотя приборы опять не показывали ничего необычного. Надо будет сказать Атаманенко, что вся его анализирующая техника оказалась никуда не годной.

Веденеев знал, кого посылать в зону. Может, у него тоже шестое чувство сработало, и из всех кандидатов он выбрал единственного, кому задание было под силу. Кто-либо другой тут давно бы загнулся, даже если бы не встретил псов "убийц". Дело в том, что мне постоянно попадались места, куда путь заказан, и тогда внутренний голос говорил: "Стоп". Места эти ничем не отличались от других, любой, не задумываясь, ступил бы туда и нашел бы свою смерть. Каким образом? Я не знаю. Желания узнать у меня не появлялось. Иногда места эти совпадали с сеткой Гурзуева, иногда нет.

Эх, "головастиков" бы сюда. Я не специалист, но, по-моему, Новосибирская зона — самая интересная из ей подобных. О том, что такие сюрпризы могут быть в зонах ТЭФ-поражения, я не знал, хотя об основных опасностях меня проинформировали перед заданием. Возможно, здесь на ТЭФ-удар наложился еще какой-то фактор, приведший к появлению всех чудес. Какой? Ответ на этот вопрос — удел ученых. Подброшу им пищу для размышлений, если выберусь.

Часа три я