Читать книгу - ""Фантастика 2026-195". Компиляция. Книги 1-29 - Анна Чернышева"

— Вы снова лжёте. В вашем ордене Хранителей магии почти все участники — простолюдины. Богатые торговцы, влиятельные купцы, но никого из знатных семейств, — возразил Хеймор. — Вы думали только о себе!

— Эти глупцы служили моим инструментом. Когда я заполучу всю магию и стану непобедимым, тогда настанет моя очередь забрать власть и править вечно! — зло выплюнул Ричард. — Такие, как Георг, недостойны править Элом! Наши предки, которые пришли сюда из-за моря, гордились бы мной!

— Значит, вы намеренно оболгали короля Георга, чтобы завладеть троном? — уточнил Хеймор, пользуясь тем, что Ричард впал в возбуждённое состояние.

— Я просто позаботился о том, чтобы слабый король был отстранён от власти. Всё получилось, и если бы не заговор западных лордов во главе с Арчибальдом, мы бы уже навели порядок в королевстве! Но ничего, мой сын станет великим королём с моей помощью! И рыжая девчонка ему в этом поможет! Брак уже укрепил его позиции, а смешение крови с отродьем Эллингов поможет нашему Роду завладеть троном на законных основаниях! Передай Эйдану, что я горжусь им! — безумие отражалось на лице Орбрука, и Хеймор отступил на шаг.

— Обязательно передам, Ваше Величество, — поклонился губернатор и стукнул в дверь темницы, чтобы его выпустили. — Прощайте!

Хеймор придержал створку, чтобы дать время ворону вылететь из комнаты, и вышел.

Он едва держался на ногах, и я первая подлетела к нему, чтобы помочь устоять.

— Ну что? — нетерпеливо спросила, опасаясь услышать, что ничего не получилось.

— Всё кончено, — пробормотал он и бледность разлилась по худощавому лицу. — У вас есть доказательства невиновности вашего отца, и я прошу освободить мою дочь. А по поводу захватчиков — он не смог сказать ничего внятного. Он не знает. Если предатель и есть, то Орбруку о нём неизвестно.

Я мысленно потянулась к разуму ворона и получила то, что так давно хотела — от начала и до конца увидела разговор двух мужчин. И пока я смотрела птичье «кино», Хеймор успел прийти в себя.

— Проводите губернатора к его дочери, — распорядилась я и вышла из подземелья. — Она свободна и вольна делать, что хочет.

Пальцы совсем заледенели, но на душе стало радостно — Орбрук признался, что мой отец не виновен в смерти детей. Осталось обнародовать результаты расследования и признание бывшего короля, и я добьюсь справедливости!

***

— Джеймс, — я тихонько позвала неподвижно лежащую фигуру больного, и он тут же повернулся в мою сторону. Лицо озарила улыбка — он явно был рад меня видеть. — Вы мне нужны. Я не знаю что делать, а спросить не у кого!

Сегодня Хантеру явно было лучше — температура всё ещё держалась, но глаза уже выглядели живыми и отдохнувшими. Он по-прежнему ничего не ел, но исправно позволял поить его с ложечки пряными травами и мёдом.

Тут же в покоях оказалась Бри.

— Ваша сестра поит меня порошком из каких-то грибов, от которого меня тошнит, — пожаловался Хантер на Бри, но взгляд его не выражал той неприязни, которую я замечала ранее. — Она прикончит меня раньше, чем любая болезнь!

— Бри, ты что, научилась добывать пенициллин? — я раскрыла рот от удивления и повернулась к Бри.

— Какой там! Нельзя просто взять плесень на хлебе и думать, что там есть пенициллин. Если он там и есть, то в очень малых дозах, и мы скорее убьём господина первого советника, чем вылечим. Но зато я узнала много полезного о целебных грибах! Например, чтобы помочь организму вылечиться, я нашла в наших лесах гриб кордицепс — и теперь мучаю им нашего нежного Хантера.

Бри язвительно улыбнулась, не скрывая сарказма по отношению к больному, и только я рассмотрела в её лице скрытую нежность. Больно защемило сердце — везёт же кому-то, кто не разучился испытывать любовь! Мне казалось, что я навеки заледенела и уже никогда никого не полюблю!

— Вы что-то хотели спросить, Ваше Величество? — напомнил Хантер, и я отвлеклась от свих дум.

— Ах, да! — встрепенулись я. — Нам нужно расставить всех военных на посты, чтобы они были в полной боевой готовности. И ещё вывести на дежурство магов — но я ничего не смыслю в науке ведения войны. Нужно отдать приказания, и за этим я и пришла к вам. Мне просто неизвестно, что можно приказать мужчинам, чтобы они были готовы сражаться и умирать за свою страну.

Хантер вздохнул.

— Вы мне что-то недоговариваете, Ваше Величество, — пробурчал он, а я согласно кивнула. А потом рассказала всё, что узнала с помощью ворона у бывшего короля Ричарда.

— Вы умница, королева Евгения, — спустя какое-то время проговорил Джеймс. — И всё правильно сделали. Позовите ко мне Мартина, и я отдам нужные приказания. И распорядитесь, чтобы принесли входящую почту — мне всё равно наскучило лежать тут и подчиняться странным женским прихотям.

Бри против воли покраснела, а я улыбнулась. Может быть, мне всё же удастся сдержать обещание и поженить этих двоих? Пара людей, преданных королевству и приносящих ему пользу. Счастье — иметь таких подданных!

Но из покоев Хантера я выходила с тяжёлым сердцем.

***

На улице по-прежнему светило солнце, и я вдруг подумала о том, что забыла о том, когда в последний раз заботилась о себе. Всё моё время вдруг оказалось поделено между детьми, студентами, первыми советниками, королями, слугами и учениками кондитерской школы.

Но где среди всего этого я?

Меж тем лето подходило к концу. Хотелось на пляж — пить мохито и валяться на шезлонге. И чтобы никакой магии — только покой, запах крема с солнцезащитными фильтрами, и обещание шашлыка из морепродуктов на ужин.

Где-то во всём мире слушают блюз и потягивают холодные напитки, обсуждают погоду и решают, снять ли им на выходные яхту или лучше сходить на конную прогулку в горы. Ну, или, на худой конец, думают, из чего варить варенье — из яблок или слив? И решают, что в первую очередь нужно из сливы, потому что она хуже хранится.

Меня охватила усталость и непонятное томление — будто жизнь проходит мимо. Люди влюбляются и женятся, радуются рождению ребёнка, приносят домой маленьких дрожащих котят или в первый раз видят, как расцветает посаженный осенью куст. Я же бегаю в этом чужом мире, разгадывая хитроумные магические загадки, и пытаюсь не умереть до обеда.