Читать книгу - "Колесо в заброшенном парке - Борис Тараканов"

— Ладно, Вов, лиха беда начало… Ты мне скажи, удалось что-нибудь узнать?

— Да не особо. Но Баранов дал мне телефон какого-то Струве. Сказал, что тот сорок лет занимается Виральдини. Вот, думаю завтра поехать…

— Идея хорошая. Давай я встречу тебя опосля. Я тоже кое-что нашел. Заодно и обсудим.

— Мальчики, чаю хотите? — спросила бабушка, приоткрыв дверь в комнату Бурика.

— Не, спасибо, бабуль, — за обоих ответил Бурик. — Короче… дочитал я «По следам поезда-призрака», держи. В общем, книжка классная… не Крапивин, конечно…

— А что еще за Крапивин? — с ноткой ревности осведомился Добрыня. — Что, лучше Топоркова пишет?

— По мне так гораздо лучше… И, кстати, тоже о поезде-призраке упоминал. «Голубятню на желтой поляне» читал?

— Не-а…

— Я тебе дам… Там такой же поезд проходит через разные пространства и замыкает время в кольцо.

Дверь открылась.

— Вот… Проголодались, небось…

Бабушка вкатила в комнату маленький столик на колесиках. Колесики неприятно поскрипывали. На столике красовались две дымящиеся чайные чашки и вазочка с вафлями и печеньем.

— Ну, бабуль, ну зачем?.. Мы ведь не голодные…

— Конечно, голодные, — не расслышала бабуля.

— Что он замыкает в кольцо? — спросил Добрыня.

Бурик подождал, пока бабуля закроет за собой дверь.

— Время… Это придумали… я даже не знаю, кто. То ли пришельцы, то ли какие-то другие существа. Так они контролировали жизнь на земле и в параллельных пространствах. А потом один мальчик взорвал мост, через который проходил этот поезд. То есть, не мост, а одну рельсу на мосту… А сам погиб.

— Погиб? — переспросил Добрыня.

— Да. Но не совсем… Он превратился в галактику. Живую.

— Что-то я запутался… — сказал Добрыня.

— Когда прочитаешь, все поймешь.

Бурик подошел к книжной полке, провел пальцем по корешкам книг и решительно достал зеленый томик.

— Забирай… Добрыня, я вспомнил! — воскликнул вдруг Бурик.

— Что вспомнил?!

— Погоди, погоди… — Он замер с книгой в руках. Потом резко сунул ее Добрыне и вновь кинулся к книжной полке. — Вспомнил, где я встречал слово «койво». — Бурик достал с полки другой том, белый с красной полосой.

— Что, тоже Крапивин? — спросил Добрыня, присмотревшись к фамилии автора на обложке.

Бурик торопливо листал книгу.

— Это из аннотации к следующему тому, к циклу «В глубине Великого Кристалла». Вот: «Герои этих повестей — ребята-койво — вступают в борьбу со злом в разных пространствах многогранной Вселенной. Удивительные и опасные приключения становятся частью их жизни».

— И все? Что-то не очень ясно. Ты лучше своими словами скажи.

— А я «Великий Кристалл» пока не читал, — грустно сказал Бурик. — У меня нет ничего из этого цикла. Эх, вот бы почитать!

Добрыня взял у Бурика книгу и перечел аннотацию:

— Да, насчет удивительных, а особенно опасных приключений, «которые становятся частью жизни», — это как раз про нас.

— И в борьбу со злом мы, похоже, уже вступили, сами того не желая, — добавил Бурик, вздыхая.

— А причем тут разные пространства?

— Ну… у Вселенной много пространств… Одни — совсем как наше. Другие — непохожие, странные… А через все пространства проходит Дорога…

— А говоришь, не читал, — усмехнулся Добрыня.

— Я кристаллический цикл не читал, — с легкой обидой ответил Бурик. — А про Дорогу вот в этой книжке хорошо написано. — Бурик указал на книгу, которую по-прежнему держал в руках Добрыня.

Добрыня, не поднимая головы, стал смущенно листать книгу. «Дорога — это всеобщий Звездный Путь. Он идет по всем мирам…», — прочел он. — Бурик, как это?

— Не скажу. Сам читай.

— Ну, Бурик… Ну не дуйся…

Бурик улыбнулся.

— Как на тебя можно дуться? Конечно, расскажу. В общем, Дорога… она… как будто огибает Кристалл Вселенной…

— Да ты понятнее говори. Где ее можно найти, это твою Дорогу?

— Почему «мою»? Ведь она такая же и твоя. Понимаешь, по этой Дороге можно попасть куда хочешь. Только надо очень-очень хотеть. Дорога может начаться с чего угодно — с любой тропинки в парке или с заброшенных рельсов. А потом ты вдруг увидишь, что она вывела тебя в такое место, где все по-другому — необычно, как в сказке. И еще нужно… ну, я не знаю… Мне кажется, очень важно, чтобы с тобой обязательно был Лучший Друг. — Бурик заметно смутился. — Иначе ничего не получится…

— А что тогда получится?

— Да ничего! Просто Дорога превратится тогда в тупик.

— На железнодорожном пути?

— Может быть… И никакой сказки не будет.

Добрыня вспомнил россыпи земляники на заброшенных рельсах, словно открывшиеся именно для него и Бурика, и сказал, смущаясь не меньше:

— Мне кажется, у нас с тобой тоже есть Дорога. Помнишь землянику? Ее ведь никто не видел, кроме нас. Хотя людей там много ходит…

— Ага… И церковь, которая исчезает!

— И балкончик над шлюзами…

Мальчишки посмотрели друг на друга и счастливо улыбнулись.

Внезапный телефонный звонок заставил их вздрогнуть.

— Сашенька, это тебя, — крикнула из коридора бабушка.

— Спасибо, бабуль, — крикнул Бурик, снимая трубку с головы лукавого бегемотика — этот симпатичный телефонный аппарат мама подарила ему на день рождения.

— Алло? Алло!

В трубке что-то щелкнуло, и раздались короткие гудки. Бурик выглянул в коридор.

— Бабуль, кто звонил?

— Не знаю, Сашенька, голос мужской. Может, учитель какой из школы?

Бурик закрыл дверь.

— Это не учитель, — уверенно сказал Добрыня. — Знаем мы таких учителей…

Бурик испугался.

— А кто?!

— Кто-кто!.. Вагон с танком, что ли, забыл?

— Так… То ж был не танк… а… БМП?

— Сам ты Бэ-Эм-Пэ!

— Что?

— Без Малейшего Понятия, вот что.

Снова зазвонил телефон. Трубку схватил Добрыня.

— Приемная Министерства путей сообщения! — сообщил он уверенным взрослым тоном. — Что? А-а… Саш, тебя.

— Кто это? — в ужасе спросил Бурик.

— Не знаю. Она сказала, что мама.

Бурик взял трубку.

— Алло? Да, мам… Все хорошо. Нет, это друг. Да, Добрыня, конечно. Да просто играли… Ага. Мы больше не будем…