Читать книгу - "Симбионт 3 - Валерий Михайлович Гуминский"

щёлкнули в гнетущей тишине. — Я прогневил Его, и теперь буду до конца дней своих горячо молиться за своих нукеров.

— Я могу взять на себя твой грех, найти нечестивцев и покарать их, — Отабек осторожно бросил наживку.

— Хочешь, чтобы тебя закатали в асфальт или с бетонными кандалами на ногах в Урал бросили? — Мустафа тяжело поглядел на гостя, от которого хотел избавиться как можно скорее. Покойный Нарбек, хотя бы, вёл себя подобающе, как и положено гостю. Но его младший брат совершенно неуправляем и дик, как пустынный волк. — Германа Ростоцкого очень трудно разозлить, но, если тебе это удастся, лучше застрелись сам. Да и месть твоя может ударить по всей нашей общине.

— Эфенди, ты можешь смело указать на меня, пусть постараются поймать, — ухмыльнулся Отабек. — Я так просто не дамся.

— Даже не думай, — медленно, чуть ли не по слогам, проговорил Мустафа, а двое телохранителей опасно зашевелились, сделав шаг в сторону Отабека. — Мстить будешь ты, а отвечать за содеянное — моя семья.

— Ты слаб, эфенди, — оскалился контрабандист. — Русский магнат тебя придавил играючи, а ты даже не хочешь наказать его смертью щенка. Я всё сделаю быстро.

— Какой смысл убивать человека, если у него есть несколько жизней? — покачал головой Мустафа. — Излишняя жестокость порождает ещё большую жестокость. Аллах вразумил меня смиренно принять судьбу.

— Я отрежу ему голову. Без неё никакой новой жизни щенку не видать, — по-волчьи оскалился Отабек.

— Уйди из моего дома, — Мустафа бросил быстрый взгляд нукерам, и те ещё ближе подобрались к неугомонному контрабандисту.

Тот поднял руки в знак того, что подчиняется воле старейшины, и вышел из комнаты. Мустафа опустил голову и некоторое время молча перебирал чётки.

— Грехи мои тяжкие, — вздохнул он. — Жажда наживы затмила мне глаза… Позовите Кайрата.

Один из нукеров бросился исполнять распоряжение хозяина. Кайрат не заставил себя долго ждать. Он чуть ли не бегом прибежал к Мустафе, прижал руку к груди.

— Видел Отабека? — спросил старик.

— Да, эфенди. Он ушёл.

— Подбери смышлёных и смелых парней. Сделай так, чтобы Отабек больше никогда сюда не приходил.

— Отправить его на встречу с братом? — пожелание Мустафы можно было понять по-разному, поэтому Кайрат счёл нужным уточнить.

— Да, — сухо бросил старейшина и замолчал.

— Будет исполнено, хозяин, — ещё вчерашний нукер, ставший главой службы безопасности, снова приложил руку к сердцу и вышел из комнаты.

* * *

Отабек наивностью не страдал. Он прекрасно понимал, чем может закончиться визит к Хабирову. Его могли запросто задушить нукеры Мустафы или сделать ещё проще: пустить пулю в затылок. Поэтому контрабандист сильно рисковал, суя голову в Татарскую слободку. Но когда Отабеку вернули нож, пистолет и пару гранат, которые всегда были при нём, и вывели за ворота с наказом больше никогда сюда не возвращаться, он только улыбнулся. Что бы там не обещал Мустафа Ростоцкому, он сделает по-своему. На кровь нужно отвечать кровью. И щенок ответит.

Прежде всего нужно где-то переночевать, а потом найти машину, чтобы следить за Дружининым. Понятно, что сразу свершить месть не получится, но Отабек никуда не спешил. Пока мальчишка учится в университете, он все пять лет должен чувствовать себя в опасности. Страх за свершённое злодеяние куда сильнее, чем мгновенный удар ножом. А Отабек выберет момент для атаки и окончательно расправится с кровным врагом. Только нужно как следует подготовиться. Убить одарённого, имеющего шанс на рекуперацию, не так-то просто,

Кто мог помочь, Отабек знал. И первым делом направился в «Сахару», где постоянно ужинал Сафар. Даже если не застанет его там, то спросит у метрдотеля, где искать известного в «ночном» Уральске уважаемого человека. Однако же повезло. Тот оказался на месте. Увидев Колбаева, Сафар не удивился, показал жестом присаживаться, а сам продолжал лакомиться сочным люля-кебабом с овощами и зеленью. Прожевав кусок, он вытер салфеткой губы и внимательно посмотрел на Отабека.

— Прими соболезнования, мой брат, — сказал он. — Нарбека я уважал. Сильный был человек.

— Его кто-то сдал, — сжав челюсти, ответил Отабек. — На судно, которое перевозило груз, было нападение. Враги знали, кто там находится.

— Конкуренты?

— Конкуренты забрали бы девок и исчезли в степи. Но те вернулись домой живые и невредимые, — возразил контрабандист и поглядел на официанта, подошедшего к столику. — Принеси плов и зелёный чай. Лаваш не забудь.

Поглядев в спину удаляющемуся официанту, Сафар проницательно спросил:

— И ты ищешь человека, который слил информацию?

— Нет. Того, кто убил Нарбека. И я знаю, кто это.

— Надо же… — Сафар хмыкнул, не скрывая удивления. — А часом не знаешь, кто напал на уважаемого Мустафу два дня назад возле Деркула?

— Подозреваю. Я сегодня был у старика, попросил его разрешения наказать убийцу брата, но получил отказ. Мустафу хорошо прижали. Он сказал, что его нукеров на трассе Деркул-Уральск убили люди Дружинина и Ростоцкого. И предупредили, чтобы сидел тихо и не рыпался.

Мустафа такого не говорил, но Отабек по обмолвке старика понял, что Ростоцкий санкционировал нападение. А где Герман, там и Дружинин крутится. Логично же?

— Я чего-то не знаю? — Сафар нахмурил густые брови и отодвинул от себя тарелку с люля-кебабом. — С чего вдруг Герман Исаевич решил расправиться с Мустафой?

Отабек про себя усмехнулся. Мустафа, вероятно, скрыл истинную причину нападения на своих людей. Многие в Уральске считают, что кто-то решил отомстить уважаемому старейшине. Ну что ж, Отабек никому не обещал молчать. Пусть Сафар знает, какие дела творятся в этом городе. Как раз принесли плов с лавашем и чай. Контрабандист первым делом утолил голод, заставив понервничать Сафара. Ничего, пусть подождёт. Пусть свой кебаб жуёт.

И всё же Отабек понимал, что Сафара не стоит злить или раздражать. Иначе помогать не станет. Утолив голод ароматным пловом, контрабандист глотнул чая и проговорил:

— Извини, весь день на ногах, поесть некогда было. Не сердись…

— Пустое. Выкладывай, что знаешь.

Сафар слушал Отабека внимательно, то и дело сжимая в руке вилку. Контрабандисту понадобилось всего несколько минут, чтобы описать ситуацию с шантажом молодого щенка, из которой Мустафа не смог выйти победителем.

— Вот что я скажу тебе, Отабек, — Сафар поиграл желваками. — Люди иногда совершают ошибки, и становятся ещё сильнее, если умеют их признавать и делать выводы. Старейшина