Читать книгу - "Парадокс Глебова - Петроний Гай Аматуни"

И замер в восторге, и преклонился перед совершенством ее нежного излучения, покоренный чистотой и наивностью ее мелодии. Он как бы ласкал ее своим осторожным прикосновением, временами сливался с ней в веселом танце света и звука.

Закаленный в борьбе с силой и грубостью, он теперь наслаждался внутренним покоем и надеждой. А Золотистая Точка становилась все ярче и ярче: в ее испепеляющем сиянии гибло мерцание звезд, в ее беззаботной песне растворились голоса миров.

Звучащий Луч с благоговением преломился и, наклонившись к своей подруге, вновь прикоснулся к ней. Аккорд боли и страдания наполнил Вселенную! Звучащий Луч мгновенно превратился в трепещущее, прозрачное фиолетовое облачко, осветившее мертвым светом черное тело космоса, и угас.

Торжественная кантата. Мироздание оплакивало его гибель, а Золотистая Точка, веселая и счастливая, бессмертная, как Жизнь, летела вперед — навстречу более достойному и неповторимому…

…Таких изумительных звуков не могли извлечь музыкальные инструменты; о них доселе лишь мечтали на Земле и Гаяне. Звуки точно смеются и плачут, почти говорят человеческими голосами, оставаясь кровными детьми музыки — все это создал сейчас мозг Ло!

И не одни звуки. Слушая необычайную симфонию. Евгений Николаевич и Юль видели только что описанную картину, не теряя реального представления и об окружавшей их действительности, видели как бы внутренним взором, но не каждый по-своему, а так, как этого хотел ее автор…

Наконец, Ло вернул всех из мира поэтического видения к изящному рубиновому торшеру. Они продолжали молчать, потрясенные суровостью жизни, отсутствием второго решения, неизбежностью свершившегося.

Юль решилась: она сделала знак, и Евгений Николаевич послушно направился вслед за ней, к выходу. У двери их остановила властная мысль Ло. Они почувствовали ее каждой своей клеткой, каждым нервом. Юль повернулась.

— Нам нельзя расставаться так, — тихо проговорил Ло. — Я желаю вам счастья.

Ло опустил голову: он не хотел в последнюю минуту омрачать их любовь своей поверженностью. Это было бы мстительно и ненужно. А на большее — сегодня — он не был способен. У него незаурядная воля, он знал ее, испытав не раз. Но одно дело — наука… опыты вообще… и «опыты» над собой…

«Опыты?.. Над собой?..» Эти слова настойчиво хозяйничали в его воспаленной переживаниями голове. В конце концов им удалось взять верх над остальными мыслями, привлечь единомышленников и объединить их.

7

На второй день Дол решил навестить друга. Дверь дома гостеприимно отворилась, «узнав» пришедшего. Дол прошел по комнатам и, не найдя хозяина, присел к торшеру и включил маленький комнатный видеофон.

Ло выглядел на овальном экранчике, как всегда, правда, более серьезным и бледным, очевидно, от переутомления.

— Дол, — тихо заговорил аппарат, — я отправился путешествовать в Прошлое… Как на «Машине Времени»… Понимаешь? Ведь практически оно мало чем будет отличаться для меня от реального… Я соберу там ценные материалы. Не знаю, удастся ли тебе «вернуть» меня домой… Мне пришлось видоизменить опыт… Я полагаю, что, когда ты и «Бер» разберетесь в эффекте, названном моим именем, смоделируете и эти процессы — ты найдешь способ, и мы… увидимся. Если хочешь — помести меня в клинику искусственного питания Космического центра. До встречи, Дол!

Дол кинулся в лабораторию: в биотроне лежало тело Ло…

Глава десятая

СВАДЕБНЫЙ СЮРПРИЗ!..

1

Свадебные обряды гаянцев просты и поэтичны: обычно в них принимает участие несколько родственников и друзей. Но свадьба Евгения Николаевича и Юль вызвала интерес всей столицы.

В назначенный час мы привезли к Пантеону обалделого от счастья Звездолюба (на Гаяне уже не называли его иначе!). Рядом опустился гравитомобиль Юль — ее сопровождала Эла.

Под шумные приветствия ярко разодетых гаянцев молодые входят в Пантеон.

Звучат мощные звуки торжественной музыки, под высоким куполом трепещут цветные огни; синие, золотистые, зеленые струи фонтанов приходят в движение, рисуя узоры орнаментов.

По мере того как молодые приближаются к главному фонтану, где на небольшом возвышении их ожидает Ган, мелодия становится темпераментнее.

На какое-то время наступает пещерный полумрак и вместе с мажорным аккордом вспыхивает яркий вишневый свет.

На дикой замшелой скале, в центре фонтана, — знакомый нам актер, игравший роль Амира в спектакле во Дворце Человека.

Он стоит в широкой чаше, образованной расступившимися вдруг струями голубой воды, раскинув руки, будто жаждет обнять Вселенную, бронзовотелый, могучий, неотразимый.

Еле слышно, издалека доносится хор. Амир поднимает вдохновенное лицо и поет сильным тенором Песню Любви:

Много звезд на гаянском небе,

Две из них — вы зажгли вдвоем!..

— На каждой свадьбе поет «свой» Амир, — поясняет взволнованная Эла. — Но такой голос…

Когда слова песни замирают под куполом, струи поднимаются, становятся темно-вишневыми и скрывают певца, как в закрывшемся на ночь волшебном цветке.

В тишине слышен голос Гана.

— Приветствую вас, юная сопланетница и житель Земли, в жилище предков. — Ган говорит, стараясь не отходить от общепринятой формулы, скрепляющей брак. — Ваша совместная жизнь начинается здесь, где хранится память о достойнейших… Пусть эта память вдохновит и вас. Я объявляю всем: Евгений Глебов и Юль Роот зажгли свою звезду, — и вновь обращается к молодым: — Пусть эта одежда будет для вас легкой и прочной!

Он набрасывает на них тончайшие вишневые накидки, символ совершенного обряда.

— Вишневый — цвет любви у гаянцев, — шепнула нам Эла.

— Милые Юль и Евгений, — подойдя к ним, громко произносит Шелест. — Ваш брак — искреннее начало дружбы Земли и Гаяны. Пусть она станет плодотворной не только в переносном смысле, но и в прямом…

— А сейчас, — слегка повысил голос Ган, — вы объявите нам о своем Праве Молодоженов.

— Новобрачные, — наклонилась к нам Эла, — имеют право на заветное желание — оно будет исполнено непременно.

— Любое? — спросил Хоутон.

— Да.

— Разреши, долгожитель, — ответил Евгений Николаевич, — объявить наше желание на собрании Народного Совета: оно серьезное и трудно выполнимое…

Ган удивленно посмотрел на Звездолюба, перевел взгляд на Юль, молча умоляющую его, и сказал:

— Хорошо. Поздравляю вас и желаю счастья!

Ган, за ним и все присутствующие подняли левую руку. Вишневый цветок фонтана раздвинул лепестки, и Амир запел веселую Песню о Будущем.

Из Пантеона мы отправились в дом Юль, чтобы продолжить торжество в духе земных традиций…