Читать книгу - "Дело о дикой кошке - Ху Сюань"

* * *

– Я умираю с голоду! Мой папаша – больной ублюдок! А его брат – вообще псих! – Юй Инь наконец добрался до университета на мотоцикле и первым делом бросился в студенческую столовую. Он набрал целую тарелку еды, которая, в сравнении с домашней стряпней, не имела ни запаха, ни вкуса, ногой пододвинул стул, гневно грохнул на стол тарелку, а потом и сам с таким грохотом уселся, что все вокруг удивленно на него посмотрели.

– Чего уставились?! – взревел Юй Инь. Студенты тут же испуганно отвели глаза. Юй Инь в раздражении взъерошил волосы. Большинству присутствующих не был известен его нрав, и, заметив его ужасное настроение, они решили не испытывать судьбу и ничего не отвечать, поэтому уткнулись в свои тарелки.

Иной раз, когда видишь, что кто-то злится и на лбу у него написано «Не влезай – убьет», лучше даже не подходить. К чему попусту рисковать?

– Ты такой злой с утра пораньше – того и гляди взорвешься, – послышался вдруг нежный голос сверху. Девушка, точь-в-точь как Юй Инь пару минут назад, бросила поднос на столик, выдвинула из-за стола стул и уселась напротив. – Господин Юй, вас так редко можно застать завтракающим в столовой при университете. Я слышала, что каждое утро ваш отец готовит завтрак – с любовью и заботой, чтобы у его сына было отличное настроение на весь день. Отчего же вы такой злой сегодня? Что же стряслось, что вы снизошли до завтрака с нами, в столовой? – усмехнулась она.

Кажется, почти все в этом мире знали, что отец Юй Иня чертовски хорошо готовит – настолько хорошо, что тот плюется, едва завидев столовскую еду. К счастью, по утрам его всегда ожидает свежеприготовленный отцом завтрак – студенты, живущие в общежитии, могли этому только позавидовать.

Судя по всему, сегодня Юй Инь остался без завтрака, и девушка решила над ним подшутить – кто же знает, когда еще выдастся такой шанс.

Взглянув на незваную гостью за своим столиком, Юй Инь холодно фыркнул:

– Не твое дело.

– Ох, какой злой, я вся дрожу. Не ругайся – мне же интересно, как у тебя дела, – ответила Ли Линьюэ и принялась маленькой ложечкой помешивать кофе в кружке, стоявшей на подносе. Она была самой настоящей красавицей и неизбежно притягивала восхищенные взгляды всех сидящих в столовой. Училась она в группе с Юй Инем, и все сейчас ему завидовали: конечно, он сидел за одним столом с девушкой, которую признали «Мисс университета». На ее губах неизменно красовалась милая улыбка, от которой люди почти теряли разум, а голос ее звучал так красиво, так нежно, так тепло, что мог растопить лед – все студенты-мальчишки поблизости уже растаяли.

– С отцом поссорился, что ли? – спросила Ли Линьюэ.

Юй Инь был с ней давно знаком, и потому ее уловки и заигрывания с ними не срабатывали.

– Да так… Я теперь… старший брат, – эти два слова он выплюнул с таким ядом, с такой злостью, что все студенты-мальчишки вокруг тут же задохнулись от негодования. Каков грубиян – так разговаривать с красивой девочкой! Даже кулаки зачесались от желания разбить ему нос, чтобы неповадно было хамить красавицам!

– Да? – переспросила Ли Линьюэ очень серьезным тоном. – Что же… Кто-то в твоей семье завел ребенка?

От ее вопроса Юй Инь, который как раз отхлебнул сок, подавился и закашлялся.

– Какого ребенка, черт возьми? – воскликнул он.

Как его отец и дядя могли завести ребенка? Глупость какая.

Ли Линьюэ прищурилась и непонимающе спросила:

– Как ты тогда стал братом? Разве в книгах не бывает такого, что кто-то вдруг необъяснимым образом становится родителем? Хотя… В реальности это, конечно, маловероятно. Просто ты только что сказал, что стал старшим братом, вот и я вспомнила.

Она невинно подмигнула ему и развела руками:

– Это ты виноват, что не уточнил.

Юй Инь бросил на нее взгляд, полный отвращения.

– У тебя совсем крыша поехала от твоих книжек? Забыла, что ли, что мои «папаши» – братья-близнецы? Как они вообще могли завести ребенка? Что за книжки ты читаешь – фантастику или триллеры с делением клеток?

Существование романов, где дети появляются сами по себе, Юй Инь отчаянно отрицал. Глупости.

Ли Линьюэ пожала плечами и ответила:

– Кто знает, возможно ли это? Я лично с таким не сталкивалась.

Понимая, что Юй Инь вот-вот разобьет свой стакан об ее голову, она сменила тему разговора:

– Быть старшим братом – это круто. А почему ты сидишь и завтракаешь в гордом одиночестве?

Ли Линьюэ была достаточно добра, чтобы подсесть к Юй Иню и посочувствовать ему. Она видела, что тот завтракает совсем один, несчастный, как будто утром его морально растоптали. Словно забытый всеми старик, который ест холодный рис. Никто другой на ее месте не осмелился бы приставать к Юй Иню с расспросами.

– Да не брат он мне, чему тут радоваться-то! – сердце Юй Иня запылало праведным гневом, стоило ему вспомнить сегодняшнее утро. Он схватил с тарелки сэндвич, запихнул его в рот и принялся ожесточенно жевать. – Оба моих старика, видимо, совсем из ума выжили и притащили старшеклассника к нам домой, даже со мной не посоветовавшись. Фу, почему хлеб такой сухой? Взяли самый дешевый или купили с вечерней скидкой?

Ли Линьюэ снисходительно посмотрела на него, как на ребенка, который делает из мухи слона:

– Не ты покупал дом, так что не тебе решать, кого твоя семья может приютить. К тому же… твои отец и дядя на государственной службе, верно? Они ведь и раньше частенько приводили в ваш дом людей. Ты наверняка должен был привыкнуть к тому, что вы почти всегда не одни.

Она успокаивающе похлопала его по плечу.

От этих слов Юй Иню стало не по себе.

– Да, не спорю. Хотя папаша и дядя и раньше так делали, никого из этих несчастных они не усыновляли. Не знаю, в чем дело, но… Меня не покидает чувство, что он какой-то странный – мальчишка, которого они решили усыновить.

Он вспомнил фиолетовые глаза без единой эмоции. Обычно человек, в которого тычут пальцем и ругают, злится – это естественная реакция. Почему же этот ребенок никак не отреагировал?

– Странный? – с сомнением в голосе переспросила Ли Линьюэ и сделала глоток горячего кофе.

Юй Инь кивнул:

– Странный – это еще мягко сказано.

Внезапно расплывшись в улыбке, Ли Линьюэ с удовольствием принялась за французский тост, который держала в руках.

– Да ладно тебе. Ты столько странного в этой жизни видел. Только не говори, что