Читать книгу - "Шпионский роман - Борис Акунин"

– Что ж, попробуем, – кротко развел маленькими ручкамиадмирал. – Мы должны добиться того, чтобы русские, как говорится в их жепословице, видели деревья, но не сообразили, что это темный лес, в которомпрячутся зубастые волки.

– Пословица звучит не совсем так, но это неважно.

– А раз неважно, то не перебивай меня, – огрызнулсяначальник.

Перепалка, впрочем, была не всерьез. Адмирал продолжил:

– Итак, русские видят перед собой две сотни готовых кнаступлению дивизий, но при этом должны быть твердо уверены, что Германия наних не нападет.

Он красноречиво пожал плечами. Заместитель подхватил:

– Прибавь к этому, что советская разведка наверняка ужепронюхала о существовании плана «Барбаросса», что она ежедневно получаеттревожную информацию из ста различных источников. Как тебе известно, НКВДактивно восстанавливает свое немецкое направление и занимается этим мой старыйзнакомый, противник весьма и весьма опасный.

– «Чем сложнее препятствие, тем меньше позора при неудаче»,– процитировал адмирал еще одну восточную мудрость. – Начнем с очевидного.Пункт один: дипломатия. Риббентроп должен активизировать тайные переговоры сМолотовым о стратегическом союзе Германии, Советского Союза и Японии. Вкачестве первого шага японцы подпишут с большевиками пакт о нейтралитете.Курировать дипломатов будет отдел «Аусланд». Пункт два: бумажный тигр…

– Как мне надоели твои восточные цветистости, – пожаловалсягенерал. – Что еще за тигр?

– Англия. В публичных речах и особенно на закрытыхсовещаниях Фюрер должен имитировать параноидальный страх перед непокореннымАльбионом. Эта роль у нашего парнокопытного отлично получится. Генштаб займетсясрочной разработкой броска через Турцию в Иран и на Ближний Восток, к Суэцкомуканалу, чтобы перерезать пуповину, соединяющую Лондон с главными колониями.Работа будет проходить в обстановке строжайшей секретности, но с тщательноспланированными утечками. Курирует операцию отдел Абвер-1. Идем далее. К каждойвоинской части в группах армий «Север», «Центр» и «Юг» прикомандироватьанглийских и арабских переводчиков. Этим займутся Абверштелле приграничныхокругов. Далее. Мы произведем массовую заброску агентов в Иран – черезсоветскую территорию. Прикрытие обеспечит группа «Ост». С пунктом два вроде бывсё, переходим к пункту три: «Волк! Волк!» Прости, Зепп, – вскинул ладоньадмирал. – Я забыл, ты не любишь аллегорий. Я имею в виду притчу про шутника,который кричал «Волк! Волк!», и в конце концов ему перестали верить. Будетнесколько ложных тревог: сначала русские получат информацию о том, что мы,несмотря на югославскую канитель, все-таки ударим 15 мая; потом – что войнаначнется 20-го, потом – что 1 июня. Вброс информации мы осуществим черезизвестных нам советских агентов влияния, чтобы дискредитировать их в глазахМосквы. Эту разработку буду вести лично я. Ну, как тебе?

– Как гарнир неплохо, – протянул генерал, глядя в сторону ибыстро помаргивая. – Но что такое картофельное пюре и кислая капуста безхорошего куска мяса?

– Согласен. Для успеха нужен некий финальный штрих, точноетуше, нанесенное в правильно рассчитанный момент. И только тогда, в случаеуспеха этой акции, можно будет назначить точное число и час наступления. А вслучае провала – всё отменить… – Адмирал прищурился, вглядываясь в лицо своегозаместителя, который, казалось, его не очень-то слушал. – Ага. По усиленномуморганию вижу, что твои мозги уже заработали. Ну-ка, ну-ка.

– Знаешь, Вилли, свинья, действительно, гениальна. – Генералсосредоточенно потер подбородок. – Он в самом деле произнес ключевое слово.Слушай.

Собеседники наклонились друг к другу, и генералбыстро-быстро заговорил, едва поспевая за мыслями. Из-за спешки он проглатывалслова и целые куски фраз, но адмирал схватывал на лету, энергично кивая. Таксабеспокойно завертела головой, взвизгнула, соскочила на пол.

Начальник и заместитель постоянно обрывали и перебивали одиндругого, но это совершенно не мешало ходу дискуссии. Они сейчас находились всвоей стихии и больше всего, пожалуй, напоминали двух джазистов в самый разгарджем-сешна.

Если кто-нибудь посторонний подслушал бы этот сумбурныйразговор, то вряд ли что-нибудь понял.

– Роль личности в истории, – бросал реплику один.

– «Суха теория, мой друг», – понимающе кивал второй.

– Как сделать, чтоб за деревьями не увидели леса? Да оченьпросто! – восклицал генерал.

– И нечего распыляться, – вторил ему адмирал. – А торазведка, контрразведка, НКВД, НКГБ, «Служба связи» – черт ногу сломит… Пустаятрата времени!

С четверть часа поговорив подобным невразумительным образом,собеседники откинулись на спинки кресел и удовлетворенно задымили сигарами.

– Что ж, концепция есть, – пыхнул синеватым дымом Адмирал. –И неплохая.

Генерал был более категоричен:

– Единственно возможная.

– Вероятность успеха?

Подумав, заместитель сказал:

– Пятьдесят процентов.

– Что ж, не так мало. Наша везучая свинья, бывало, ставила ина меньшее. Надеюсь, ты понимаешь, Зепп, что в случае проигрыша расплачиватьсяпридется собственной шкурой?

– Разве в нашей профессии когда-то было иначе? – небрежнодернул плечом генерал. – Только в прежние времена перед тобой клали револьвер содной пулей, а теперь подвесят на мясницком крюке. В сущности, невеликаразница.

Оба весело рассмеялись, настроение у старых приятелей былоотменное.

Адмирал погасил сигару.

– Ну хорошо. А кто? Здесь всё зависит от исполнителя. Этодолжен быть агент экстра-класса, иначе пятидесяти процентов может неполучиться. Твое мнение?

– «Вассер», – уверенно сказал генерал. Было видно, что этотвопрос он уже обдумал.

Начальник разведки изменился в лице. Кашлянул раз, другой.Помешкал, подбирая правильные слова.

– Зепп, дружище, ты же знаешь… Когда ловят на живца, шансыпоследнего, мягко говоря, невелики. Особенно если наживка благополучнопроглочена. Право, это чересчур. Ты же не фанатик.

Складки на сухом лице заместителя сделались резче.