Читать книгу - "Инквизитор Красной Армии. Патронов на Руси хватит на всех! - Игорь Подгурский"

В Корпусе инквизиторов не было начальников и командиров. Только братья. Старшие и младшие братья — зависит от должности, звания. Без иерархии никак нельзя. Бардак и разгул будет. В любой обстановке у инквизиторов было принято обращаться друг к другу по имени и на «ты», независимо от возраста и ранга. Более уместным считалось обращение в неофициальной обстановке «брат мой» или просто «брат».

Изначально Корпус инквизиторов назывался Орденом инквизиции, но это название не прижилось. Его структура являлась ступенчатой, выстроенной строго по вертикали. В самом низу неофиты, кандидаты в инквизиторы, проходящие обучение в спецшколе Корпуса. После присяги и посвящения они получали звание «инквизитор десятого ранга». Высота ранга определялась уровнем подготовки и профессиональными заслугами, умением решать те или иные задачи и брать на себя полную ответственность за их исполнение. В табели о рангах можно было «подняться» до инквизитора первого ранга. Выше их были только Старшие братья. Количество их не определялось, и никто точно не знал, сколько их на самом деле. Один был всегда на виду, исполняя обязанности начальника спецшколы и по совместительству штаб-квартиры Корпуса. Остальные предпочитали держаться в тени и не показывать себя широкой публике. Слово начальника спецшколы было их волеизъявлением. Все инквизиторы считали друг друга братьями. Независимо от того, инквизитор ты десятого, первого ранга или Старший брат, ты в первую очередь член Корпуса. Числители разные, знаменатель один.

Корпус — братство инквизиторов. Братья до конца.

Задачей Корпуса было выявление и уничтожение нечисти и всех ее пособников на территории России. Инквизитор должен был быть готов принести любые жертвы, терпеть лишения и даже принимать смерть во имя общего дела. Полное отсутствие корыстного интереса во всем, что делает инквизитор на благо своей страны.

Вступая в полноправные члены Корпуса, молодые инквизиторы по совести и в соответствии со своими душевными устремлениями принимали правила братства. Со своей стороны Корпус всеми силами поддерживал и защищал любого инквизитора.

Пребывание в Корпусе — это не только честь и доверие, оказанное человеку. В первую очередь это беззаветное служение России и ее народу. Защита людей всеми способами от тварей, противных роду человеческому.

Управление Корпусом осуществляли Старшие братья. Любой инквизитор мог стать им. Надо было лишь на деле доказать, чего ты стоишь. Двигайся по иерархической лестнице от ранга к рангу, и все у тебя получится. Если, конечно, ты готов к этому. Выше ранг, больше ответственность, тяжелее задачи. Корпус исходил из того, что каждому, кто вступил на путь служения и испытаний, может быть дан шанс.

Корпус обладал своим имуществом. Государство финансировало его потребности на десять процентов. Остальные денежные потоки формировались за счет пожертвований и трофеев. Вложения в коммерческие предприятия не приветствовались, но существовали.

Борьба с нечистью — предприятие затратное, которое надо подкреплять звонкой монетой.

Инквизиторы имели обширную агентурную сеть по всей России и за ее пределами из числа рядовых граждан. Кому-то платили, кто-то работал на Корпус, руководствуясь личными мотивами. Некоторых использовали втемную.

Российские инквизиторы снисходительно относились к орденам, сверкающим золотом и разноцветной эмалью. Самоцветы и кружева. Все это гармонично сочеталось с французским парфюмом и плохо — с отечественным перегаром. Вызывало понимающую улыбку, но не зависть. Слаб человек. Он всегда хочет всего и сейчас. Тела, замурованные в декоративное чванство.

У инквизиторов тоже имелись свои знаки признания заслуг и личной доблести. Они были разбросаны по телу в виде шрамов и ожогов. Одни тянулись тонкими ниточками, другие корежили кожу. Похоже, раны сшивали неровными стежками в полевых условиях на скорую руку. Ранняя седина у тех, кому повезло раньше не облысеть, а кто обгорел до бровей, тем седина не грозила.

Расфуфыренные сановники и чванливые генералы им не соперники и не конкуренты, слишком увлечены мирской властью и радостями жизни. Реальная угроза за всю историю существования Корпуса возникала лишь дважды. Все самодержавцы опирались на инквизиторов, видя в них защитников России, которые ни на что не претендовали. Хотя было одно «но». Инквизиторы не терпели, когда им мешают изводить нечисть, когда лезут в их дела.

Первый раз реальную угрозу своему существованию в Корпусе почувствовали, когда начали шириться ряды опричников. Люди в черных рясах тоже чурались дорогих кафтанов. Первый признак надвигающейся опасности. Любая идея сильнее денег и страха. Плюс ко всему идейные не потерпят рядом с собой конкурентов. Они ведь единственные настоящие носители истины и подлинной веры.

Пословица «Не позволил бы царь, не посмел бы и псарь» начала обретать реальные формы. Корпус почувствовал угрозу, исходящую от отмороженных молодчиков с притороченными к седлам метлами и отрубленными собачьими головами.

Черные отряды не успели набрать реальной силы и замахнуться на инквизиторов. Господь прибрал Ивана Грозного. Без него опричина была как гадюка с вырванными зубами. Все строилось на личной харизме царя. Закопали Ивана, харизма закончилась. Царь преставился, и опричники быстро пропали, мигом растеряв спесь. Будто и не было их на Руси.

В Корпусе инквизиторов не придали особого значения событиям судьбодробительного Октября, а зря. Еще одна смена власти в России. Привыкли. Монархи уходят, другие приходят, а Корпус стоит, как утес в бушующем море. Все ему нипочем. Вон после смерти Петра I во второй четверти XVIII века был период, получивший название эпохи дворцовых переворотов. За тридцать с небольшим лет на российском престоле вследствие дворцовых переворотов сменилось шесть монархов. Никто не гнушался использовать гвардейские полки в борьбе за трон. Матушка Екатерина I тоже этим не брезговала, а какой след оставила в истории. В дела Корпуса не лезла, только помогала указами о содействии и золотой монетой. Мало кто знает, что ее «Указ об учреждении Верховного Тайного Совета» от первого до последнего слова был написан в инквизиторской канцелярии. Все члены, вошедшие в его состав от неродовитой знати, утверждались лично Старшими братьями Корпуса. Инквизиторам надоела чехарда со сменой власти. Пришла пора навести порядок наверху. В ведении нового главного органа власти находились армия, флот и все коллегии без исключения…

Монархи отправлялись к месту последнего упокоения в Александро-Невскую лавру, кто с почестями, а кто без. Колесо власти со скрипом, но продолжало вращаться. Приходу большевиков к власти не придали особого значения. В Корпусе старались держаться подальше от мирских дел, других забот хватало. Еще один переворот, еще одна смена власти. Проглядели. Вместе с большевиками пришла ЧК, в которой справедливо посчитали, что властью делиться ни с кем не стоит. А для начала ее надо упрочить. На белый террор ответили красным, да так вошли во вкус, что останавливаться не собирались. Остановить же черные куртки было некому. Все как обычно, тем более возглавил переворот выходец из дворян Ульянов-Ленин. Прелюдией к его воцарению стало брожение в гвардейских полках. Все сходилось, почти все по канонам исторических лекалов, с поправкой на некоторые особенности времени. Любых мятежников против любой власти считают либо борцами против тирании, либо вооруженной группой оппозиции. Как они войдут в историю и останутся в памяти потомков, напрямую зависит от того, удастся переворот или нет. По тому, как большевики лихо разводили мосты, брали банки и телеграфы, складывалось впечатление, что они не ограничатся стремительным кавалерийским наскоком. А раз они пришли всерьез и надолго, то взаимное сотрудничество неизбежно. Какие формы оно примет, покажет время и умение главы Корпуса лавировать среди подводных камней и бурных политических течений. Обстановка во время перемен может подчас меняться со скоростью пули: так же быстро и смертоносно.