Читать книгу - "Хранитель Путей - Юрий Окунев"

Первым же нашим покупателем, ещё до официального анонса, стал блогер Макс Давыдов.

Я как бы невзначай отправил ему сообщение: «Так, печать закончили, скоро в продажу», убедился, что он моментально его прочитал, после чего стёр. Отмазка в стиле: «Ой, я не тебе» подействовала как начало скалолазного сезона для альпиниста: Макс сразу же занял охотничью стойку и вцепился зубами в возможность.

Поломавшись для виду и пропадая из сети несколько раз (мы же работаем, печать идёт!), я открыл ему секрет.

Давыдов, недолго думая, оседлал свой мопед и прилетел к нам в Лавку. Сначала уговаривал дать на тест просто так, но, когда я ему показал обугленный коридор, в котором до сих пор ощущался лёгкий запах гари, он молча достал телефон, постучал по нему несколько раз и показал экран: он перевёл нам деньги в двойном размере. А потом долго отказывался от того, чтобы брать две коробки снов.

— Ладно, — в итоге согласился он, складывая сны в сумку, — уговорил. Проведу розыгрыш на канале. Не сомневаюсь в результате, но — Он чуть устало улыбнулся. — Проверю сначала. Не в обиду, Дементий, но я уже видел, как портятся старые сны, когда их печатают наследники. Хочется верить, что эта болезнь не затронет Сновидцев.

Он сел на свой вычурный мопед, махнул рукой и укатил из нашего тупичка. Скоро ему придётся ещё и цепи на колёса ставить, чтобы не скользить по дорогам — ночами начало подмораживать. Либо пересаживаться на автобус.

В этот раз видео я ждал с нетерпением: Макс прямо сказал, что не будет сообщать о своём мнении заранее, чтобы всё было максимально честно. В воскресенье утром мы всей семьёй устроились на диване и поставили ноутбук Ю на столик перед нами.

— Ну, что, готовы? — оглядев всех, спросила сестра. Мы кивнули. — Погнали!

Юлианна ткнула в ролик с названием: «Сновидцы подвели?» и уже от одной этой фразу у меня скрутило внутренности.

Видео началось с того, что камера, вися в полутёмной пространстве, пыталась найти ведущего. Вдруг раздались всхлипы, камера метнулась куда-то в угол съемочного павильона. Макс, сжимая у груди подушку, старательно вытирал почти незаметные слёзы и кивал на вопросы оператора за кадром.

— Да-да, я в поряде, — говорил он, поднимаясь, и стараясь скрыть от вездесущей камеры своё состояние.

Мама посмотрела на меня, а я не мог оторвать взгляда от экрана, чувствуя, как по спине потекла струйка пота.

— Вы помните, — отдышавшись, начал Макс, — что в прошлый раз я был в восторге от продукции Лавки Сновидца. От его исторического наследия, артефакта прошлого. Так вот, они решили возродить его. С новым владельцем, с новым подходом, вернуться к классике и напечатать «Сальсу» в новом исполнении. И знаете — Давыдов, отвернулся, словно не в состоянии сдержать эмоции. После чего обречённо махнул рукой: — Короче, смотрите.

Прошёл эффект обратной перемотки, после чего Макс показал, как подъехал к Лавке, как пожимает мне руку.

— Выглядишь бледноватым, — прокомментировала мама.

— Он всегда такой, — сказала Ирин. — Зато непривычно видеть Макса одетым.

Все дамы прыснули, так что пришлось шикнуть, чтобы не мешали.

Тем временем Макс заполучил коробку, вырезав, слава Морфею, сцену с горелым коридором и попытками Давыдова отказаться от второй коробочки. Вернувшись домой, он поставил сон на ловца, но перед тем, как лечь, присел перед камерой и очень по-свойски сказал:

— Я надеюсь, что новый мастер Сновидец не оплошал. Потому что если и он промахнётся — Он нахмурился, а потом махнул рукой и уже привычно-радостно закончил: — Ладно, не будем о грустном — смотрим сны!

Он улёгся, демонстративно закрыл глаза. Чтобы через монтажную склейку резко их открыть.

Снова камера стояла сбоку от кровати. Приглушённый свет подчёркивала тревожная музыка. Я не заметил, как вцепился в подушку дивана и только боль в кончиках пальцев заставила меня немного расслабиться.

Макс с трудом встал с кровати, потёр шею правой рукой. Вздохнул, глядя в пол. Раздалось бормотанием за камерой, но Давыдов медленно остановил их рукой. Открыл рот. Остановился. Прижал кулак к лицу. Незаметно, если так можно сказать про человека, сидящего перед камерой, потёр край глаза, словно там скопилась слеза. Снова вздохнул и поднял глаза на камеру.

— Нет, не могу

Он вскочил с кровати, подхватил подушку, умчался куда-то за кадр. В кадре мелькнули члены его команды, оператор снял камеру со штатива, и они все понеслись в темноту павильона за блогером. Пометавшись, они наконец его нашли. Он снова повторил слова из начала видео про Лавку, «Сальсу».

—. И знаете — Давыдов, отвернулся, словно не в состоянии сдержать эмоции. После чего обречённо махнул рукой: — Короче, смотрите.

Он наконец повернулся к камере, попросил притащить нормальный свет поближе. Зрители увидели, как по его щекам текут слёзы. Дав нам насладиться этим зрелищем, Давыдов продолжил:

— Я ожидал всякого. Что будет хуже. Что будет иначе. Но такого

Он уже не таясь вытер слёзы со щёк, проморгался. Камера немного тряслась, будто оператор тоже сдерживал эмоции. Макс резко выдохнул.

— Ну, ладно. Больше нельзя тянуть. Я вынужден признать, что увиденное — потрясло меня. И самое необычное — я я до сих пор не хочу просыпаться. — Давыдов улыбнулся так, что показалось, что в кадре сверкают все его выбеленные зубы. — Я впервые в жизни хотел остаться там, во сне, погрузиться в него и не возвращаться в эту серую реальность. В этот сон вложено столько, не знаю чего, что я даже не представляю, как такое можно было создать.

Тут он поманил рукой оператора, и они уже на ходе пошли, снимая мысли Давыдова.

— Понятно, что такая фишуля зайдёт не всем, но я опасался, что Сновидцам не удастся сохранить тот танцевальный драйв «Сальсы». Но им удалось невероятное: добавить в простой, лёгкий сон, какую-то невероятную мощь. Словно я провёл ритуал призыва божественных сил и они, представляете, откликнулись!

Смена кадра и уже в более спокойной и привычной зрителям