Читать книгу - "Концессия: Здесь обитают драконы. Туда, но не обратно. Пришел, увидел, поселился - Александр Павлович Быченин"

– Что это? – недоумённо уставился я на гаджет.

– Пробник, – невозмутимо пояснил Инкин дядька.

– Э-э-э… жажду подробностей.

– Это как счётчик Гейгера, только не для замера уровня радиации, а для определения концентрации «мускуса» в изделии, – пояснил хозяин мастерской. – Прижимаешь торцом к предмету, выжидаешь около десяти секунд, и смотришь результат.

– Это же цветовая шкала, так? – очень быстро обнаружил я искомое, осмотрев приборчик.

– Да. Если маркер в жёлтой зоне, ещё куда ни шло – какое-то время пользоваться можно, но не на постоянной основе. А если в красной, то бежать от такого нужно без оглядки, сынок.

– А… почему?

– А как, ты думаешь, первые «дикие» появились? – ответил вопросом на вопрос Инкин дядька.

– Если честно, понятия не имею, – как на духу признался я.

– В общем, как только на Роксане возникла колония, очень быстро нашлись пытливые умы, которые принялись экспериментировать со всем подряд, – усмехнулся дон Себастьян. – Люди те ещё сволочи, если можно куда-то любопытный нос сунуть, то обязательно так и сделают. Ну а поскольку учёных среди первых поселенцев было мало, то большинство действовало по методу «научного тыка». Естественно, все эти гадания на кофейной гуще ни к чему хорошему не привели. Про «мускус» узнали очень быстро, и столь же быстро пустили в дело… вот только, сынок, как обычно в таких случаях и бывает, слегка переборщили. Что-то там с критической концентрацией. Ну и хапанули изрядные дозы.

– В смысле «хапанули»? – насторожился я. – Воздушно-капельно? В кровь как-то эта хрень проникла?! Или… вовсе половым путём?!

Охренеть! Вот будет номер, если и в последнем своём предположении я прав! Как представлю, кх-м, соитие с «каменным слизняком», так оторопь берёт! Хотя от мужика к бабе если… или наоборот… почему нет, собственно?

– Да кто как! – отмахнулся дон Себастьян. – Факт в том, что «мускус» попал в человеческий организм. Кто-то сразу отдал богу душу, а кого-то просто переклинило на религиозной почве. Оглянуться не успели, как уже бегают по саванне и трясут голыми мудями. Ну и понеслось…

– То есть вы хотите сказать, сеньор Альварес, что на разных людей «мускус» действует по-разному?

– Да кто ж знает?! – пожал плечами мой собеседник. – Это ещё до меня было. Что могу сказать точно, так это то, что очень быстро ввели сначала полный запрет, а потом, когда кто-то придумал пробник, частичные ограничения на применение «мускуса» в технических целях. Вот с тех пор так и живём.

– А на каком принципе он действует? Пробник в смысле? – не сдержал я любопытства.

– Известно, на каком – подобное к подобному, сынок! В этой штуке внутри толика «мускуса», примерно одна десятая миллилитра, а шкала этим же «мускусом» модифицирована. Вот и реагирует на перемещение исходника, даже сквозь полимерную изоляцию.

– Неплохо придумано, – задумчиво хмыкнул я. И столь же задумчиво произнес: – Значит, мне не показалось?..

– Что именно, сынок?

– Да так…

– Давай уже колись! – уподобился моему приятелю Вове старый механик.

– Я у Пепе в глазу видел «радужную плёнку», – признался я. – У того «дикого», который сейчас эскучар эспиритус у «лос гранхерос». Когда сошёлся с ним лицом к лицу в финале «тёмных лошадок», если вы понимаете, о чём я. А потом ещё и у полудохлого рогача такую же хрень заметил. Это когда вместе с Серхио и остальными из саванны драпал. И это даже заснял. Показать?

– Было бы любопытно, сынок.

– Вот.

Видео с нашего неудачного охотничьего выхода дон Себастьян просмотрел предельно внимательно, а потом ещё и по кругу пустил, выпав из реальности на добрых пять минут. Ну а затем, вернув мне смарт, со вздохом признал:

– А масштаб явления, похоже, мы недооценили…

Уточнять, кто именно «мы», я постеснялся, ограничившись «зарубкой на память». Не в первом же серьёзном разговоре все карты вскрывать, верно? Зато в будущем, когда – и если – создам подходящие условия для продолжения беседы… почему бы и нет? Но Роксана, надо признать, чем дальше, тем больше открывалась с самых неожиданных сторон…

– Дон Себастьян? – нарушил я затянувшуюся паузу.

– А?.. – очнулся тот.

– Что скажете? Это у них передоз, или ещё нет?

– Насчёт рогача ничего не скажу, что же касается «дикого»… если такие внешние проявления есть, то «мускуса» в организме не очень много. По крайней мере, не хватает, чтобы сформировать полноценную оболочку. Вот и «перетекает» с места на место, модифицирует те участки тела или даже органы, которым это сейчас нужнее.

Охренеть! Так вот каким образом Пепе удары держал! То-то мне показалось, что у него под шкурой демпфирующий слой… впрочем, ладно, с этим позже разберёмся, тем более что нынешний эскучар эспиритус на контакт идёт довольно охотно, даже сам пригласил заходить потрындеть. Ну а сейчас…

– Так что там с пробником? – напомнил я. – Как вы определили, что… ну, вы поняли?

– Так я же племяшкин «глок» видел! – немного удивлённо ответил тот. Мол, как можно самому не догадаться? – И «Эль Торо» после твоих доделок чуть ли ни обнюхал со всех сторон. Вот и… или тебе продемонстрировать?

– Было бы неплохо, – почему-то засмущался я.

– Давай пистолет, – протянул мне руку Инкин дядька.

– Держите, – без колебаний протянул я собственный «глок» над столом.

– Вот, гляди!

Оружие старый механик взял аккуратно, удобно расположив на левой пятерне так, чтобы, не дай бог, за спусковой крючок пальцем не зацепить. А правой рукой, соответственно, прижал брусок пробника к срезу ствола, повернув гаджет шкалой вверх. Некоторое время – вероятно, те самые десять секунд – ничего не происходило, потом самый краешек шкалы со стороны зелёной зоны еле заметно потемнел.

– Видишь? – торжествующе покосился на меня дон Себастьян.

– Зелёная зона, – пожал я плечами. – А чему вы так радуетесь, сеньор Альварес?

– Твоему профессионализму, сынок! – моментально отозвался тот. – Ты же, я так понимаю, научный подход применил? Подошёл к делу со всей ответственностью, провёл ряд экспериментов, выявил минимально необходимую концентрацию легирующего элемента, сиречь «мускуса», и добавил ровно столько, сколько требуется?

– Ну да… а как ещё можно было?

– Тебе лучше не знать, сынок.

– И всё же, дон Себастьян?

– Можно просто замочить изделие в «мускусе» на некоторое время, а потом подвергнуть интенсивным испытаниям, – пояснил Инкин дядька. – К примеру, если это пистолетный ствол, то за один заход пальнуть раз двадцать-тридцать. Или лучше все пятьдесят, если, конечно, оружие выдержит.

– А что, бывает, что и не выдерживает?

– В двух случаях из трех. Зато тот экземпляр, что выдержал, потом практически неубиваемым становится.

– Э-э-э… экстремальный отсев? А повышенная нагрузка… чтобы «мускус» подкорректировал кристаллическую решётку в соответствии с текущими задачами? – вслух задумался