Читать книгу - "Когти Тьмы - Семён Нестеров"

* * *

Вокруг невыносимо воняло и это заставило открыть глаза. Почти у лица зловонная лужа источала удушливый запах, что мог привести в чувство даже мертвеца. Очнувшийся был не один, рядом лежали такие же… пленники. Руки были стянуты за спиной и это почти не оставляло шанса отодвинуться от источника смрада. Всё же пришедший в себя человек в красной мантии попытался, сжавшись, словно червяк, отодвинуть лицо ближе к ногам. Ему это почти удалось, но дальнейшее движение пресёк сильный удар ногой в грудь. Дыхание перехватило, и он окончательно согнулся, тщетно пытаясь сделать вдох. Ни комментариев от надсмотрщика, ни продолжения экзекуции не последовало. Через пару минут тишины, слегка придя в себя, маг смог осторожно осмотреться. Он лежал чуть поодаль от порядком поредевшей кучи предназначенных для жертвоприношения пленных. В отличие от рук, ноги не были связаны. Однако стоявший рядом страж в чёрной робе всем своим видом указывал на то, что вскочить и убежать не получится. В прошлый раз даже незначительное движение спровоцировало удар. Но что же тогда делать? А надо ли что-то делать, если можно просто лежать и ждать?

Головная боль не прекращалась, но он как будто бы привык к ней, как к части себя. Она была с ним всегда? Нет, это было неправильным. Но хозяин сказал, что это нормально, что это его присутствие, что оно исцелит его и покажет истинный путь… к Белиару. Сквозь пелену безумия Мильтен из последних сил сообразил, что это ложь, что у него нет хозяина, что он не служит Белиару и никогда не собирался. Когда-то он мог избавиться от этого голоса. Как он это делал? В ответ была лишь пустота — он выдумал это, и конечно, никогда не мог жить без гласа хозяина в голове. Или мог? Кто он вообще, кто учил его? Разве не был он магом чего-то. Красная одежда подсказала ему нужное слово — магом огня… да, определённо! Пред мысленным взором появилось лицо Корристо. Старый чародей смотрел на него с осуждением, а появившийся за его плечом помолодевший и гладко выбритый мастер Дамарок, что-то шепнул магистру на ухо. Он говорил тихо, но Мильтен почему-то слышал каждое слово:

— Не стоит печалиться о неудачнике, друг мой, — говорил мастер Дамарок, — ты же с самого начала знал, что он подведёт нас, что этот каторжник никогда не сможет противиться соблазну Белиара.

— Ты прав, — ответил призрачный Корристо, — он послужил причиной нашей гибели, и сейчас получает по заслугам. Зря учили этот отброс. Если бы не смертная скука в колонии, я бы никогда не взялся работать со столь убогим недоразумением. Пойдём отсюда.

Фигуры исчезли, и хотя Мильтен понимал, что их никогда здесь и не было, не могло быть, но всё же сказанное почему-то ранило его, заставило почувствовать злобу. Злобу столь неудержимую, что она поглотила его целиком, словно огонь Инноса, пожирающий жертву. Что-то незримое противилось этому огню, пыталось сдержать его, и он услышал предсмертный крик. Сотни щупалец, державшие его в объятьях, словно удавы, ждущие, пока жизнь и всякое сопротивление в нём угаснет, в ужасе опалённые этим неудержимым огнём, разлетелись в стороны, пытаясь стряхнуть с себя всполохи. Но это им не удавалось, и они жутко извивались, ударялись обо всё вокруг, крушили окружавших сектантов. Наваждение было столь ярким, что Мильтен видел их даже с открытыми глазами. Каждый, в кого ударяло щупальце, падал, хватаясь за голову. У некоторых потекла кровь из глаз и ушей, кого-то стошнило, кто-то свалился без сознания или даже замертво, у одного и вовсе вскипела и лопнула голова, забрызгав брусчатку. Площадь огласилась криками тех, кто ещё недавно приносил кровавые жертвы.

Одновременно с этим с разума мага словно спала пелена. Боль исчезла, давящий голос пропал, а память вернулась вместе с осознанием ужаса ситуации, в которой он очутился. Всплеск демонической силы, который он спровоцировал своей ментальной огненной атакой на когтистые щупальца тьмы, затронул лишь небольшую область вокруг. Больше десятка сектантов всё ещё были способны сражаться, причём несколько из них уже прошли зловещий ритуал инициации и были облачены в чёрно-кровавые балахоны. Путы удивительным образом сгорели, а кожа в тех местах, где они пережимали руки, покраснела от ожога. Похоже, выброс энергии был не только ментальным, но и вполне материальным тоже. Внезапно возникло понимание, что он может повторить проделанное и вызвать пламя даже без руны. Однако Мильтен успел лишь вскочить на ноги, когда в его сторону полетели первые заклинания от новоявленных тёмных магов.

Инстинктивно он бросился на ближайшего охранника, который ещё недавно пнул его при попытке сдвинуться с места. Этот сектант стоял согнувшись и схватившись за голову. На его плече висела конфискованная сумка Мильтена. Её он и вырвал в первую очередь, сразу же после этого закрывшись телом обескураженного культиста от первой волны магической атаки. Заклинания были совершенно не знакомы. Они напоминали огненную стрелу, но цвет плазмы был иным, малиново-фиолетовым. Сгустки будто бы притягивали к себе живые существа и потому, брошенные даже не очень точно «стрелы» слегка повернули и направились к беглецу, жадно вонзившись в плоть человека, которым он прикрылся, как живым щитом. Обмякшее тело упало на землю и, сообразив, что теперь остаётся полностью беззащитным, Мильтен побежал, на ходу судорожно вытаскивая из сумки руну. Первой попавшейся оказался кулак ветра, и он подходил как нельзя кстати. Не прекращая бежать, вложив всю силу в руну, беглец вскинул руку в сторону преследователей, уже запустивших новую волну магии в его сторону. Пространство содрогнулось, воздух ударил в уши, оставив неприятную пустоту и оглушив на несколько секунд. Однако эффект того стоил. Догонявшие сгустки плазмы развеялись или разлетелись в стороны, а все гнавшиеся за ним оказались опрокинуты. Если бы их было меньше, он бы даже мог добить врагов. Но к нему уже бежали несколько храмовых стражей, до этого скармливавших трупы болотожорам. Их двуручные клинки были обнажены и угрожающе блестели, демонстрируя бритвенную остроту. Редкие латы могли сдержать такое оружие, не говоря уже о робе мага огня. Помнится, не так давно, когда Юберион ещё был жив, и Мильтен посещал его, то ожидая у храма он оценивал возможные результаты схватки с двумя храмовниками. Шансы были не на его стороне. Сейчас лишь расстояние могло спасти, и, не теряя времени, маг кинулся в противоположную от стражей сторону — к храму. Что бы ни ждало его там, но тот десяток