Читать книгу - "Фантастика 2026-46 - Галина Дмитриевна Гончарова"

Кажется, у него нет другого выбора? Только убить?

Если Тигр останется в живых, он сдаст Иду Пламенному, а этого никак нельзя допустить. Нет, никак…

– А моя – вот эта.

Пальцы Тигра вдруг погладили портрет в том месте, где была нарисована щека старшей из дочерей.

– ЧТО?! – едва выговорил шокированный жом Ураган.

– Подозреваю, у тебя есть свой кусочек головоломки. Яна упоминала, что у нее есть сестра.

– Яна?

– Да, так получилось, что мы знакомы. Но твоя подруга не стала скрывать фамилию и отчество. А моя предпочла остаться инкогнито. И даже не попрощалась. Найду паршивку – выпорю.

Тигр говорил легко, даже с иронией, но сквозило под ней и что-то более темное, глубокое… словно под гладью безбрежного синего моря – громадный кракен. Не акула, которая заранее оповещает о своем прибытии, нет.

Нечто такое, что не заметишь, пока тебя не схватят.

– Я даже не подозревал…

И верно.

Сколько Вороновых в Русине? Да каждый десятый! Ворон-то много! Никому и в голову не пришло… и Урагану тоже.

– Предлагаю сесть и поговорить.

Спустя час мужчины смотрели друг на друга хоть и не слишком дружелюбно, но убивать собеседника никто из них уже не собирался.

Как-никак родственники.

Эта мысль вызывала у мужчин приступы судорожного смеха.

Они!!!

Братья!!!

Или как называются мужчины, которые женятся на сестрах? Свояки. Естественные союзники превращались в родственников.

Породнились, на свою голову… породнятся, когда женятся. Что думают по этому поводу дамы?

Ида согласна. Предварительно. Яна? Ту пока нет возможности спросить. Но что она молчать не будет, Тигр даже не сомневался. Тут главное – ничего острого и стреляющего ей в руки не давать. И мебель, что ли, убрать из комнаты…

– Костя, молчи. – Тигр впервые назвал соратника не по прозвищу, а по имени, подчеркивая важность сказанного. Если зерно им Пламенный простит, равно как и небольшую игру в свой карман… это нормально, сейчас все так делают, вот жом Броневой вообще счета завел в Ламермуре! И лежит у него там столько, что на три жизни хватит! То девушек…

Про одну из которых не знает никто, про вторую знает Пламенный…

Тигру это не нравилось, но про Иду надо было молчать.

Яна?

Яна отобьется, кто бы сомневался. Если Пламенный ее схватит, это будет история про медведя. И кто кого куда не пустит – большой вопрос. А Ида не справится. Более того, если Яна так рисковала ради сестры…

Если Тигр подставит Иду, Яна потом первая ему голову оторвет.

Но как так-то?! Просто – КАК?!

Нарочно искать будешь, не найдешь, а они сами… хотя вот Тигр и искал сейчас Яну. И найти не мог. Вот ведь… бабы.

Зато остальные новости радовали.

Ураган закупил зерна, и не только. Крупами, мукой он тоже пренебрегать не стал. Скупал эшелонами, кораблями… чего только аренда и охрана складов стоит!

В среднем на человека в год надо двадцать пудов зерна. А населения в Русине порядка ста миллионов. Ураган очень старался. Но закупить несколько миллиардов пудов зерна не смог. Голоду все равно быть…

Но не такому уж кошмарному, правда же?

И не стоит забывать скот, и овощи забывать не стоит…

Мужчины сидели с бумагами, зверея и дурея от громадных цифр, но вывод был неутешителен.

Голоду – быть.

Определенную прослойку они сделали, но этого мало, слишком мало. Надо придумать, что можно сделать еще… Рыба?

Зверье? Птица?

Закупки по другим странам? Так уже везде, где могли… и деньги… денег попросту больше нет.

Что делать дальше?

Мысль у мужчин была только одна. Одна на двоих, совершенно одинаковая. Брать власть. Вытряхивать из верных соратников все, что они уже открысячили, и кое-как, сцепив зубы, вытаскивать страну из некоей аграрной субстанции коричневого цвета.

Но озвучивать ее было рано. Пока еще свояки не дозрели.

Глава 13. Ах, растекусь я рекою отсюда, буду лелеять, носить облака

Анна, Россия

Звонок Ольги Сергеевны застал Анну врасплох. Хотя, казалось бы, зачем ей звонить?

И самой?

Лично?

Не через секретаря?

– Я хочу тебе сообщить, что Сережа умер.

Голос железной леди дрогнул, изломался…

«Да она же плакала», – сообразила Анна.

Она плакала, а потом взяла себя в руки и кое-как позвонила Анне. Только вот что последует дальше?

Боря рассказал ей про Лейкина. И сказал, что договорился с полицейским. Вместо попыток соблазнить Анну тот напишет отчет, из которого будет ясно, что мать Гошки ведет высокоморальный образ жизни. Никаких внебрачных связей, никаких мужчин, а что живут черт-те где… тоже понятно! Продала что могла, только бы сына вылечить.

Бесплатная медицина у нас в стране обходится очень, очень дорого.

– Ольга Сергеевна, держитесь. Хотите, я приеду, помогу вам?

«Свекровь» глубоко вздохнула, явно пытаясь справиться с голосом. А Анна просто представила.

Вот если бы Гошка…

Если бы он…

Нет, даже язык такое не выговаривает! И думать не хочется. И жутко становится, потому что ей тогда просто незачем бы жить…

– Благодарю. Все организует мой секретарь. Похороны послезавтра, в два. Прощание в Благовещенской церкви.

– Мы обязательно придем.

– ВЫ? – уточнила Ольга Сергеевна.

– Я и сын, – спокойно ответила Анна. – Он имеет на это право.

В телефоне помолчали.

– Никогда не думала, что я так скажу. Приходи.

И понеслись гудки.

Несколько минут Аня смотрела на телефон. А потом махнула рукой и отправилась к Борису. Надо же ей с кем-то посоветоваться?

Надо.

Насколько она поняла характер Цветаевой…

Сейчас ей плохо и больно. Через два часа ей все равно будет плохо и больно, но появится жажда действий. А каких?

Есть подозрение, что Анне они не понравятся.

Сына нет, есть внук, внука надо заполучить тем или иным способом… да все способы хороши в этой войне без правил! Что может сделать Цветаева?

Что угодно.

И Анна всего не предугадает, у нее разум иначе работает. Чуточку, но иначе. Надо поговорить с тем, кто лучше нее разбирается в реалиях этого мира.

* * *

Савойскому звонок не понравился. Но…

Может, дама решила протянуть оливковую ветвь?

Должно ведь в ней быть хоть что-то человеческое? Ну хоть немного? Хоть огрызком каким… не каждый ведь день родной сын умирает?

Анна в этом сильно сомневалась, но допускала возможность чуда. Хотя вряд ли… Борис подумал и решил ее слова не отвергать. Она этих людей лучше знает.

– Аня, ты как себя чувствуешь?

На Ольгу Сергеевну ему плевать было. А вот Аня – его женщина. Любимая… точно? Определенно. И ее психологический комфорт Борю волновал намного сильнее.