Читать книгу - "Дочь врага - Мелисса Поутт"

права, знаешь ли. – Я скрещиваю руки на груди. – Это ненастоящий брак. Ты не обязан рушить свое будущее с ней из-за меня. – Мне неприятно ратовать за счастье Аннетт, ведь я знаю, что это она оставила меня умирать от голода. Но я продолжу, если это убедит его меня отпустить. – Я точно не…

– Между нами с Аннетт ничего нет.

Тристан поднимается на ступеньку, потом еще на одну.

Я давлюсь смехом. Пусть я неопытна в отношениях, но не настолько наивна.

Он опускает голову.

– Больше нет.

Тристан продолжает подниматься по лестнице, и чем он ближе, тем больше его эмоции и искренность затуманивают мне разум. Все они совпадают с тем, что он говорит.

Значит, я раскрыта точно так же. Я ставлю ногу на ступеньку позади.

– Мне все равно.

Я ощущаю краткое давление на разум, пока его травянисто-зеленые глаза изучают мое лицо. Потом один уголок его губ ползет наверх.

– Идем. – Тристан протягивает руку. – Тебе надо выпить отвар фесбера.

Он прав. Надо. Но я могу только смотреть на его пальцы, тянущиеся в мою сторону. Ко мне возвращается их призрачное ощущение. То, как они сплетались с моими. Как подушечка его большого пальца двигалась по моей коже. Если я коснусь его сейчас, между нами снова возникнет связь?

Он правда думает, будто я такая дура, что попробую?

– Показывай дорогу, – говорю я и жестом предлагаю ему спуститься по лестнице.

Глава 13

На кухне Тристан отодвигает для меня один из кожаных стульев возле стола темно-янтарного цвета. Они в прекрасном состоянии и выглядят куда удобнее, чем все наше имущество в Ханук. Это как удар в живот. Яркое напоминание об их запасах и обо всем, что они сделали, чтобы оставить кланы ни с чем. Я предпочитаю прислониться к стене, держась поближе к выходу и стараясь скрыть, насколько я запыхалась.

Тристан открывает большой металлический шкаф, и, к моему потрясению, оттуда вырывается холодный воздух и касается моих ног. Я придвигаюсь ближе, и холод становится сильнее. Но я не вижу там кусков льда.

Чувствую, что Тристана это забавляет, и мгновенно смущаюсь. Возвращаюсь к своему месту у стены.

– Я читала про такие ледники в книгах.

Тристан прикусывает нижнюю губу.

– Это называется холодильник. У некоторых остались только морозильники – они более живучие. Если хочешь, могу объяснить, как он работает.

Он предлагает мягко, и мне любопытно, но единственная информация, которую сейчас стоит вытаскивать из него, – та, что поможет моему побегу.

– Может быть, в другой раз.

– Хорошо. Сделать тебе что-нибудь поесть?

Я качаю головой, думая о той еде, которую спрятала в комнате, прежде чем Энола убрала поднос с ужином. Тристан закрывает дверцу, и я смотрю, как он движется по кухне с той же грацией, что и в лесу. В его движениях нет ни усталости, ни слабости.

– Ты и правда только пил отвар фесбера, чтобы вылечиться?

Он бросает на меня взгляд через плечо, потом открывает шкаф.

– В целом да. Но пришлось хлебать это добро несколько дней. И мне все еще нехорошо.

Не уверена, что я на это куплюсь.

– Тебе в миллион раз лучше, чем мне.

Он поворачивается и медленно вздыхает.

– Я знаю, ты думаешь, что я просто хочу влезть тебе в голову, но я мог бы… помочь разделить весь оставшийся яд. Компенсировать время, которое ты потеряла для исцеления из-за Каро и Аннетт.

По моим губам скользит понимающая улыбка. Недолго же пришлось ждать.

– Нет, спасибо. Я лучше попью отвар.

Он пожимает плечами, потом открывает еще один шкафчик и распихивает его содержимое, пока не вытаскивает с верхней полки небольшую миску.

– Я буду держать фесбер и белый чертополох здесь, чтобы ты могла сама делать отвар, сколько тебе нужно. Кружки стоят…

Я показываю на шкафчик, который он только что закрыл.

Тристан снова открывает его.

– И правда.

– Почему у меня впечатление, будто ты не знаешь, где что лежит в твоем доме?

– Потому что это не мой дом. Точнее, не был до недавнего времени. Это дом моего отца.

– О. – У меня сдавливает ребра, я быстро опускаю взгляд.

– Я, Сэмюэл и мой кузен, Райленд, живем в паре улиц отсюда.

Райленд – его кузен, вот почему они похожи. А еще это объясняет, почему спальня Тристана настолько безликая – как будто гостевая комната с запасной одеждой и детскими вещами.

Кухня погружается в молчание, когда он насыпает травы в две кружки и наполняет водой забавный металлический чайник. Нажимает кнопку, и вода начинает нагреваться. Это как магия.

В каком же удобном мире он живет.

Вопросы горят у меня на языке, и я решаю все-таки их задать. В конце концов, это Аннетт заперла меня в комнате, а не Тристан. Я показываю на чайник.

– Я раньше видела такие приборы, но не то, что заставляет их работать. – Я старательно скрываю горечь в голосе. – Что вы делаете, чтобы производить электричество?

Тристан прищуривается, потом прислоняется бедром к стойке.

– На реке стоит гидроэлектростанция. Она была там еще до бомб. Мы смогли восстановить большую часть, и торговцы знают, что мы всегда ищем запчасти. Еще у нас есть угольная шахта, которая однажды может стать источником энергии, если мы найдем детали, но пока что она просто обогревает наши дома.

Я задыхаюсь от шока.

– Значит, это место, – я жестом обвожу все вокруг, – и правда часть старого мира? Как оно оказалось ничем не затронуто? Бомбами? Войной за ресурсы, которая началась после? – Серьезный удар: узнать, что они не боролись, как мы, отстраивая все с нуля. Как мы могли об этом не знать? – Вы всегда были здесь?

– Нет. – Тристан наполняет кружки кипятком. – Наши семьи-основатели обнаружили это место, потому что моему отцу приснился сон. Они шли, полумертвые от голода, сражаясь за жизнь на каждом шагу. Но спустя несколько месяцев нашли это место, как оазис в пустыне. Или, как говорил мой отец, «чудо». – По его лицу пробегает судорога боли. – Оно было заброшено, но нетронуто. По правде говоря, я думаю, изначально местные жители эвакуировались, когда начали падать бомбы, но город уберегло само его месторасположение. Горы защитили от ядерных осадков и ядовитой пыли, и они же сохранили чистым бассейн. Это потребовало большого труда, но мы восстановили все как смогли. Когда прибыло больше людей, мы принимали их, пока не начались беспорядки, и мы построили электрическую ограду, чтобы защититься от воров. Вандалов. Агрессоров. – Он бросает на меня странный взгляд, но