Читать книгу - "Фантастика 2026-182 - Татьяна Петровна Крылова"

такой подход стал шоком, однако все работали, что-то делали, и труд их приносил плоды.

— Ты куда собрался? — остановила меня у выхода копьём и словом стражница.

— Дай пройти, я должен им помочь.

— Чем, брёвна таскать собрался? — смеясь, оскалилась кошка.

— Брёвна, брёвна, — говорю я, пытаясь пройти, но натыкаюсь на копьё, его не убрали.

— Дурак, что ли? Зачем надрываться, это ж не мужское дело. Сиди… — рукой толкнула меня в сторону лежанки кошка.

— Кто сказал, что не мужское дело⁈ — возразил я.

Стражница рассмеялась:

— Не, ну точно больной. Природа, именно природа сказала, что физический труд не мужское дело. Отошёл и ляг!

— А ты заставь. — С трудом устояв от тычка, гыркнул я.

— Не нарывайся. — Прорычала кошка.

Щекотливую ситуацию, в которой я был готов использовать весь свой матерный багаж, разрешила Ахерон, кошка с большой грудью и очень проработанным мозгом. Она больше других заботилась обо мне, наших женщинах и вообще выглядела скорее как наш союзник, нежели враг. Ахерон забрала меня из-под гнёта тирании стражницы, привела в наш лагерь, а после напомнила: «Сбежишь — их всех убьют». Будто такое забудешь. Я кивнул и, на радость нашим дамам, стал помогать с обустройством жилья. Кошки благородно помогли собрать нам все обломки самолета. С ними принесли чемоданы, вещи, они были столь щедры, что перенесли все наши пожитки без остатка, не оставив и воспоминания о нас на прошлом пляже. Они были заинтересованы в нас, а я — в их знаниях, в том числе и в медицине, при помощи которой меня вернули с того света.

— Не подходи! — когда я спустился с холма, встретился с Марией, воскликнули в сопровождении кошки. Обе оскалились при виде Марии. — Иди работай и не подходи к нему!

— Но я…

— Вон! — то ли шипя, то ли рыча, требовала аборигенка. Глядя в глаза стюардессы, кивнул, пусть идёт. Уверен, позже мы найдём способ поговорить. Кое-как, успокоив свою стражу просьбами, расходимся.

— Ведите себя более сдержанно с моими друзьями. — Пытаюсь поставить кошек на место.

— Между самцом и самкой нет дружбы, лишь соитие. — Заявила провожатая. — Ты нам должен на эти четыре дня. Не будет соития, не будет общения. Давай семя, а после поговорим.

— Ну, так давай, — одёрнул я стражницу, — пошли, отдам семя, тогда ты перестанешь меня доставать?

Стражница растерялась, на моё прикосновение нервно дёрнулась, отстранившись, отвела взгляд в сторону. Лицо её покрылось румянцем, от прежней воинственности её и второй воительницы не осталось и следа.

— Жрица говорила, что ты владеешь чарами, без жрицы нельзя. — Сделала шаг назад кошка.

— Я хочу сейчас, — чувствуя слабость собеседницы, настаиваю я.

— Тогда давай со мной. — Выходит вторая, более крупная, высокая смугляшка. Ростом добрый метр девяносто, и грудь её на уровне моего рта.

Вам нужно семя? Окей, без проблем.

— Отойдём, не хочу при всех. — Без проблем заявляю я и даже эта высокая амазонка замирает, смущённо замерев, опускает взгляд, заявляет:

— Подожди, стой, пока нельзя, не готова…

Да что с вами не так⁈ То они требуют секса, словно он единственное, что в жизни их интересует. То теперь, словно я какой-то изгой, выродок и прокажённый, избегают его со мной. В чём проблема-то? Я не понимаю! С моей злобой, недовольством, возрастает и опасение стражниц. Они словно каменеют, подзывают подруг и теперь, вместо двух, в кольце меня держат четверо. С оружием, косыми взглядами, готовностью в любой момент убить.

— Даже не думай, самец. Ты заключил контракт, не юлить, ты хотел нас отвлечь от своего племени, соблазнить, да? Ха-ха, тебе почти удалось. Мы кетти, стойкие воины, нас не так легко обмануть. Я видела твой жезл, следила за ним, он не поднялся и вряд ли бы стоял на такую как я. Не гневи богов, не шути с нами, иначе кара постигнет тебя!

Что за дуры меня сопровождают. Если я сейчас не поссу, то даже на хомяка встанет член, и что тогда, бедное животное по нему размазывать? Ну и дуры…

— А в туалет?

— В… ту… что? — переспросили кошки.

— Нужно слить воду. — Пальцем указываю на пах, спортивки, которые мне позволили сохранить.

— А… ссать захотел, — переглядываясь, рассмеялись кошки, — ну так ссы.

— Что, прямо здесь? — спрашиваю я и те кивают, ещё более пристально глядя… не на меня, а на мой пах. Извращенки! — Отвернитесь хоть! — рявкнул я, и девки таки послушались, отвернулись. Вот ведь, кажется, даже в их мире подобное считалось неприличным. Ссать хотелось слишком сильно, объектом удобрения стала ближайшая пальма. Хоть бабы и отвернулись, все, как одна, в момент, когда раздался естественный звук, хоть одним глазком да повернулись. Боже, как стыдно…

— Большой… — прошептала одна из кошек.

— Отвернитесь! — сгорая со стыда, как истеричка, воскликнул я, и все девки тут же дёрнувшись, шевельнули головами. Блин, я даже не думал, что это может настолько смущать. Обычное действие, как сходить в туалет, превратилось в испытание. Для всех местных девочек переселение стало вызовом. Для них и для меня. Более никто не сидел без дела, не отлынивал, не плакал, под блеск направленных на них железных жал, все трудились, работали во спасение своё.

— Можно я помогу им? — глядя, как пара девочек-волейболисток тянет огромный ствол пальмы, прошу я у амазонок.

— Не мужское дело… Сиди и не отсвечивай. — Словом попыталась оградить меня от работы Ахерон.

Тонкие ножки Кати затряслись, подкосились, толстый ствол едва не рухнул ей на ногу.

— Отойди. — Не выдержав, отодвинул я свою конвоиршу, игнорируя копьё, замершее всего в сантиметре от моего лица, прошёл дальше. Плевать на кошек, на их угрозы, тут же девочки, слабые и беззащитные. Я ж мужчина и должен им помочь! Взвалив на свои плечи самый толстый конец бревна, под пристальные взгляды наблюдательниц потянул бревно к молодому, только-только возводимому строению. Я воспрял духом, чувствовал уверенность в ногах, руках, потому не позволю относиться к себе как к инвалиду.

— Кать, воды хватает? — Когда закончили с бревном, спрашиваю я.

— Да, Лёш, кошки нам помогают… — С долей смущения и стеснения в словах говорит спортсменка.

— А еды, всего хватает? — Перехожу ко второй потребности.

— Конечно, мы ещё