Читать книгу - "Архивраг - Константин Сергеевич Стригунов"

бойца, увлекая его за собой. Филиппов воткнул нож почти на всю длину лезвия в зверя, а затем руками со всех сил потянул на себя. В этом ему помогли еще трое человек и тварь ощутила сильнейшую боль. Усилия грушников принесли плоды и, наконец, ее уволокли к выходу, откуда внутрь влетал ветер. Стрелять все еще опасались, тем более основная борьба разворачивалась в той стороне, где был экипаж. Очередная встряска заставила упасть на пол почти всех, за исключением Самонина и одного из десантников, успевших ухватиться за угол. В результате инженер оказался ближе всех остальных к автомату, выпущенному из рук одним из бойцов и скользившему по металлическом полу в зависимости от угла крена вертолета. Оценив ситуацию, Алексей кинулся за ним, слыша за спиной голоса сразу нескольких человек.

— Что ты делаешь?! Не вздумай стрелять!! — едва ли не хором кричали они, но Самонин об этом даже не думал. Грушники пытались вытолкнуть тварь, однако усилий было явно недостаточно, чтобы справиться с разъяренным порождением Зоны. Кто-то из них попытался достать пистолет и открыть огонь с тем расчетом, чтобы выпущенные пули в существо, прошив его тело, вылетали наружу через проем за ним, а не срикошетили внутри отсека вертолета, но из этого ничего не вышло — в тряске и запале борьбы пистолет упал и укатился в сторону. Тогда Самонин что есть мочи заорал:

— Автомат!

Филиппов мгновенно понял задумку инженера и отпрянул от твари.

— Бросай! — крикнул он.

Алексей тут же отреагировал и здоровой рукой кинул оружие капитану ГРУ, который снял с предохранителя автомат и дал команду:

— РАЗОЙДИСЬ!!! — в тот же миг державшие тварь бойцы, бросились в разные стороны, а Филиппов выпустил очередь в жуткое порождение Зоны. Две пули выбили кусок черепа уродливой головы, а следующие пробили оба его сердца. Потеряв остаток сил, существо разжало хватку своих пальцев с мощными когтями и выпало, поглощенное наступившим туманом. Спецназовцы немедленно задвинули дверь и устало повалились на пол. Погибшего десантника обернули в спальный мешок возле стенки.

— Доложите обстановку, — затребовал командир вертолета.

— Подверглись атаке мутанта, погиб один человек, — сообщил один из военных. Пилот произнес ругательство, услышанное всеми и после короткой паузы тихо сообщил: — Летим домой, парни.

Филиппов присел рядом с Самониным и одобрительно похлопал его по плечу. В ответ инженер лишь устало кивнул.

— Спасибо тебе, парень, если бы не ты, неизвестно, чем бы все закончилось. А теперь постарайся заснуть, это тебе сейчас надо больше всего.

Оставив наедине Алексея, капитан ушел к своим, а изумленный Самонин, наконец впервые полностью осознал ненапрасность всех стараний и жертв. Пережитое за последние две недели привело к полному бардаку в голове и до слов этого человека, инженер не знал, как ему быть после пройденного кошмара.

«Неужели жизнь может быть настолько безумной?» — спросил он себя. Единственное, чего ему больше всего хотелось, чтобы усилия сотрудников комплекса, а также Руденко, погибших под ракетным ударом спецназовцев и этого десантника не пропали даром. Так не должно быть, ведь нельзя просто бросить стольких людей на смерть, а может даже на нечто худшее, чем смерть? В истории имелись прецеденты, но Самонину искренне хотелось верить, что сейчас все будет по-другому и, глядя на мужественных людей, пришедших за ним в самое сердце тьмы, он в этом окончательно убедился.

* * *

Поступившая на командный пункт информация о безопасном нахождении обоих вертолетов, принесла колоссальное облегчение и Селезнев на минуту закрыл глаза от морального переутомления.

— Товарищ генерал-майор, — обратился к нему один из офицеров, — получены последние данные.

— Докладывайте капитан, — ответил Селезнев, быстро придя в себя от радостной новости.

— Товарищ, генерал-майор, идея выслать дополнительно четыре вертолета для введения в заблуждение противника сработала. Мы не зафиксировали ни единого вылета натовской авиации. Сейчас все шесть наших вертолетов пересекли Периметр. Два из них с группами разведчиков направились к четырнадцатой военной базе седьмого приграничного участка. Общие потери группы Егорова — два человека, потери группы Филиппова — шесть, столько же погибших десантников. Егерь выжил.

Селезнев почувствовал, как участилось его сердцебиение. Вместе с Егоровым летел Пророк — человек, которого он, можно сказать, выпестовал. Знать, что он был жив и выполнил задание — ощущение непередаваемое. Увидев красноречивый взгляд стоявших рядом Остапова и Клюева, он глубоко вздохнул и остальные заметили, как его лицо просветлело, словно генерал очнулся от длительного кошмарного сна и с пониманием улыбнулись. После этой необходимой паузы шеф ГРУ отдал приказ:

— Подполковник, распорядитесь, чтобы всем обеим группам оказали всю необходимую помощь. Категорически запретить кому бы то ни было расспрашивать о целях, миссиях и материалах, собранных группами в Зоне. Ответственность возложить лично на начальника базы.

Офицер отдал честь и ушел выполнять приказ. Кирилл Петрович повернулся к своему заместителю и Селезневу.

— О результатах спасательной операции я и Василий Александрович лично доложим в Генштабе и Президенту. Вы оба — молодцы, я знал, что могу на вас рассчитывать. Пока рано делать окончательные выводы, но, полагаю, Николай Федорович, ваша позиция об использовании агентуры в сталкерской среде найдет нужное понимание в высших эшелонах власти. Теперь отдохните.

— Так точно, Кирилл Петрович. Разрешите идти?

— Ступайте, — ответил Остапов, смотря в след Селезневу. Впервые у него появилась надежда на появление шанса выкрутиться из сложившегося положения. Погибло много славных парней, отдавших жизни за один-единственный шанс сделать неожиданный ход в этой партии Большой игры, который застанет противника врасплох. Наверняка такого шанса больше не будет, подумал Остапов уже сидя в своем просторном кабинете. Противник умен и опасен, пусть на этот раз нам удалось вырваться вперед и немного отквитаться в первую очередь за счет работы одного агента и случайно выжившего в бойне инженера, но вряд ли он позволит себе не сделать должные выводы и отныне будет готов к любым поворотам.

Начальник военной разведки просмотрел справки, присланные ему штабными офицерами, отсеявшими для высокого начальства информацию наибольшей важности из аналитических отделов. Особое внимание привлекли сообщения из США и Ирана, которые заставляли как минимум обратить на них внимание больше, чем обычно. В докладе не упоминались источники и способы получения информации, но подозрительные и не совсем понятные шевеления в иранском руководстве, а также резкая активизация американской и британской агентуры в Тегеране заставляли задумываться о возможных серьезных событиях, которые могут последовать в дальнейшем.

«Последние заявления рахбара и вся активность Госдепартамента мало чем отличаются от их предыдущей риторики, но похоже, что в этот раз все по-другому».